Исследование влияния фазы программирования и генеалогического древа на судьбу и здоровье человека в практике Recall Healing.
Автор: Елена Барымова
«Невозможно решить проблему на том же уровне, на котором она возникла. Нужно стать выше этой проблемы, поднявшись на следующий уровень».
Альберт Эйнштейн
«Все, что не достигает сознания, возвращается к нам, как судьба».
Карл Густав Юнг
Любое общество заинтересовано в здоровье своих членов, поэтому здравоохранение (охрана здоровья) является одной из основополагающих функций государства. По уставу ВОЗ здоровье определяется как состояние полного физического, душевного и социального благополучия.
Несмотря на все успехи современной медицины, мы видим, насколько мало по-настоящему здоровых людей в нашей стране, очень большой процент пар имеют проблемы с рождением детей, множество беременностей и родов проходят с осложнениями, уже с раннего возраста дети много и часто болеют, только 40 процентов школьников признаны здоровыми.
Где же закладываются основы здоровья и благополучия человека в широком смысле этого слова? Какие возможны альтернативные пути оздоровления общества? Каждый настоящий врач и психолог видит человека системно, наблюдая глубокую связь его психики и биологии, причем рассматривает человека не как отдельно существующий объект, а и как часть семейной системы с принесенной из нее генетикой, семейными сценариями, предрасположенностями, паттернами и конфликтами.
В рамках терапевтического подхода Recall Healing наше родовое древо и Фаза Программирования вносят определяющий вклад в судьбу и здоровье человека. Данное утверждение находит свое подтверждение и в практике терапии QHS( Quantum Healing Space), в ходе которой идет работа с ключевыми моментами развития человека (зачатие, беременность, роды , овуляция, эпигенетика) и их исцеление.
Согласно Recall Healing Фаза Программирования (ФП) — это временной отрезок в 18 месяцев до рождения, включая зачатие и беременность, плюс первые 12 месяцев жизни, всего 30 месяцев. В течение этого времени ребенок запоминает все, что происходит в семье: атмосферу, намерения, конфликты, травмы и т.д. Это период его максимальной импринтной уязвимости. Свою сознательную жизнь он будет проживать в соответствии с этими воспоминаниями.
С самого начала периода ФП ребенок принимает все происшедшее с родителями как произошедшее с ним лично (любой психологический, физический или эмоциональный стресс), поскольку автоматический мозг не делает различий между происходящим внутри и снаружи, и до года у ребенка еще не сформировано собственное телесное эго. Все, что родители думают, говорят или делают, «регистрируется» ребенком. Каждый раз, когда родители испытывают стресс, ребенок принимает его на себя. Сильный стресс, пережитый родителем, может автоматически перейти в биологию ребенка, который подсознательно его принимает на себя, чтобы позволить родителю продолжать функционировать. Ребенок перенимает информацию точно, автоматически и подсознательно. Он является кристаллизацией семейного стресса.
Все эти «записи» — жизненные сценарии всего его будущего.
Все, что было заложено в нас в ходе ФП и раннего детства мощнейшим образом аффектирует наше подсознание, мы следуем той же последовательности причин и следствий в тех же ситуациях; репродуцируем те же ментальные стратегии, а потому имеем тот же результат. История, записанная в наше подсознание, пока мы были в утробе – это сценарий нашей взрослой жизни, который будет бесконечно повторяться до тех пор, пока мы его не осознаем. Знание позволяет нам изменить его.
Даже если что-то произошло до зачатия, мозг содержит эту информацию в своей «базе данных». Гены несут в себе программы, которые включают в себя семейную и личную историю, решения и нерешенные проблемы, происходящие из семейного древа. Семейные воспоминания перегружаются в ходе периода ФП.
Психологические конфликты родителей становятся биологическими конфликтами и решениями детей.Болезни и поведенческие реакции – это сигналы того, «о чем надо узнать», чтобы впоследствии убедиться: «текущая родовая память», появившаяся в результате травмы или стресса, устранена из нашей общей «базы данных». Когда болезненный опыт остается нерешенным, он незримо присутствует в поколениях и может проявиться как в виде болезни, так и, например, в выборе профессии. Воспоминания продолжают циркулировать, пока кто-либо не осознает их, не применит к ним свет своего сознания и не удалит.
Свет сознания, пролитый на причинный уровень собственной реальности, коим являются импринтированные сценарии и нерешенные конфликты и травмы родителей и родных во время ФП и переданные в нашу «базу данных» из семейного древа, понимание этих связей во многих случаях уже освобождает нас от этого груза. Именно это имел ввиду Карл Юнг, говоря, что все, что не достигает сознания, возвращается к нам, как судьба.
Целью данного исследования был анализ того, как Фаза Программирования и конфликты и травмы, заложенные в семейном древе, раскрываются в индивидуальной судьбе человека в виде паттернов, болезней, событий, сценариев и стиля жизни на примере нескольких случаев из практики.
Татьяна, 53 года.
После определенного сопротивления со стороны ее матери, характерного для практически всех подобных случаев, удалось полностью прояснить картину, складывающуюся во время фазы программирования Татьяны и за некоторое время до этого.
Невидимые семейные узы. Семейное древо. Синдром предков
При исследовании обратило на себя внимание четкое совпадение возрастов, в которых Татьяна и ее мать вышли замуж и родили первого ребенка с довольно большим временным интервалом между этими событиями около 3 лет.
В то время Татьяна заканчивала учебу в институте в Москве. Сразу после ее замужества произошла странная мистического характера болезнь, в результате которой пришлось сделать прерывание первой беременности. Сигналом для обращения к врачу послужил внезапный приступ боли в эпигастральной области, по итогам рентгеновского обследования был поставлен диагноз — язва желудка. Странность заключалась в том, что сначала ее обнаруживали и подтверждали рентгеновским путем в различных лечебных учреждениях до и во время лечения при отсутствии физических симптомов, причем после месячного лечения препаратами, несовместимыми со здоровьем плода, картина на снимках ухудшилась настолько, что давала возможность подозревать самый худший вариант диагноза. При гастроскопии и более глубоком обследовании через неделю после подозрения на опухоль оказалось, что язвы никогда и не было, как и вообще вся болезнь была фиктивной — до сих пор непонятно, что именно так упорно показывал рентген. Вся история этой «болезни » возникла как будто для того, чтобы лишить зачатого в то время ребенка шанса появиться на свет. Событие тяжело переживалась Татьяна, и после него несколько месяцев она пребывала в депрессии. Всю жизнь она пыталась понять смысл и причину данной истории в своей жизни.
Оказалось, что такая же история потери первого ребенка была у ее матери. Точно также (многие детали совпадают буквально) мать клиентки вышла замуж по любви после очень недолгого знакомства, учась в институте в Москве. Вскоре наступила беременность, отягощенная сильнейшим токсикозом, в результате которого и других угроз врачей относительно здоровья ребенка и матери, было решено сделать аборт. При рассказе чувства матери относительно ситуации были полностью вытеснены, единственным признаком катастрофы служило ее признание, что бабушка Татьяны (мать ее матери) привезла ее после аборта на дачу к родным, и у нее так шло молоко грудью, что пришлось ее бинтовать. И это в три месяца беременности: насколько сильный шоковый был удар по материнским инстинктам и насколько весь организм желал продолжения беременности! После рассказа об этой истории мать Татьяны моментально осознала, что такая же по содержанию история была и у ее собственной матери: она тоже была ребенком, родившимся после потерянного в результате болезни матери первого ребенка.
Один и тот же сценарий повторяется в трех поколениях женщин с четким совпадением возрастов. Надо добавить, что клиентка, как и ее мать ребенок номер 2 в семье, поэтому программы ее матери, непрожитые подавленные ею конфликты и истории имеют на Татьяну сильное влияние.
Для полноты рассмотрения данного случая добавлю, что и со стороны мужа Татьяны были все предпосылки для неизбежной реализации данного сценария — его старшая сестра умерла в раннем детстве в результате несчастного случая — отравления, она была также первым ребенком в родительской семье мужа. Таким образом, в данном браке соединились два супруга — носители программы смерти (нерождения) первого ребенка. Причем первый ребенок Татьяна был потерян тоже из-за «отравления »- токсичными лекарственными препаратами и рентгеновским облучением.
Согласно Recall Healing дети, рожденные после абортов, несут в себе чувство отверженности. Именно эта история с абортом у матери была определяющей в том, что в детстве Татьяна много болела и росла с субъективным ощущением брошенности и отвержения матерью….
Перейдем к Фазе Программирования (ФП) Татьяны
Родители Татьяны любили друг друга, ребенок был желанным, хотя и незапланированным. Отец жил в это время в семье родителей жены (будущих бабушки и дедушки Татьяны), был ими тепло принят, однако наверняка не мог чувствовать себя хозяином. Мать при первой возможности летала к мужу в Сибирь, где жили ее родители и куда незадолго до этого он переехал жить и работать, письма друг другу они писали чуть ли не ежедневно. Жили ее родители в коттедже с двумя комнатами, одна из них была проходной, именно в ней и обосновалась молодая пара. Вряд ли молодые чувствовали себя полностью свободно. Зачатие произошло во время, когда мама Татьяны приехала на преддипломную практику в Сибирь. Сразу после практики она уехала делать диплом в Москву. Самым ярким событием этого периода был полет Юрия Гагарина в космос, мама, как и другие московские студенты, восторженно встречала приезд первого космонавта после полета в Москву. В это же время у нее начался сильный токсикоз, как и при первой беременности. Она похудела на 10 кг, практически ничего не могла есть. Единственным продуктом, который принимал ее организм, была красная икра, после чайной ложки икры, она могла втолкнуть в себя еще ложку каши. Все время, когда нужно было делать диплом, чувствовала себя нехорошо, хотя училась легко; перед защитой диплома, когда токсикоз уже прошел, к ней смог приехать из Сибири в отпуск муж. После защиты будущие родители уехали в Сибирь, она вышла на работу в строительную организацию и проработала 3 месяца до декрета. Воспоминания об этом периоде работы у матери сложились в одну фразу: « Боролась с одним бракоделом».
Татьяна родилась в день, когда в очень маленьком роддоме умерло в родах 2 ребенка, и будущую маму, которая была там несколько предыдущих дней, ожидая родов, знакомая врач хотела отправить домой дожидаться родов дома вне тяжелой атмосферы, сложившейся после смерти детей в роддоме. Но вечером начались стремительные роды, надо думать, что в психике матери рожавшей первый раз явно присутствовал страх родов и тема возможной смерти на фоне произошедшего в роддоме в тот день. Случай со смертью детей в родах вновь активировал тему потери ребенка, как у нее самой, так у ее матери, запечатлевшись в момент рождения Татьяны…
Как и положено было в те времена, мать должна была выйти через 2 месяца на работу, что и произошло. Молодая пара по-прежнему жила с родителями, и бабушка новорожденной оставила работу, чтобы вместо матери быть с ребенком, мать сцеживала молоко, бабушка была бесконечно любящей – все выглядело очень даже хорошо. Однако ребенок много болел все дошкольные годы.
Рассмотрим, какое отражение нашло происходившее во время Фазы Программирования в ее жизненном сценарии.
В данном случае повторение было буквальным во многом: как и ее мама, Татьяна забеременела первым рожденным ребенком, когда была дома на преддипломной практике, она доучивалась в институте в Москве, а ее муж в это время жил в семье ее родителей в Литве, и она много ездила из Москвы в Литву и обратно в это время до защиты диплома.
Всю жизнь ее любимый продукт, без которого не мыслится праздник, — красная икра.
Полет первого человека в космос и его встреча в ликующей Москве окрасила космической темой детские мечты и жизненный путь Татьяны: любимыми сказками были сказки о космических путешествиях, позже фантастика, интерес к астрономии с раннего детского возраста, мечта стать «докторицей космонавтов», а во взрослом возрасте близкие люди были связаны с космической сферой и космическая тематика всегда находилась в поле ее интересов.
Ее мать во время ФП явно ощущала отсутствие рядом с собой мужчины, его помощи и поддержки, поскольку большая часть тяжелого периода беременности прошла в разлуке, он в Сибири, она одна в Москве — в это время было нужно и учиться и как-то справляться со своим плохим самочувствием, при этом было много любви, писем друг другу. Этот сценарий характерен для всей жизни Татьяны, когда во все непростые моменты и периоды жизни ее партнеры либо были где-то вдалеке, либо просто не давали возможность на них опереться и почувствовать себя женщиной, многие периоды жизни были прожиты в разлуке с партнерами, при этом чувств, любви и писем тоже было много.
Поскольку мама училась и защищала диплом в то время, учеба стала лейтмотивом и сопровождает всю жизнь Татьяны, заканчивается одно образование, начинается другое. Обе женщины учились легко и хорошо, старшая — небольшой период получения высшего образования, младшая – всю жизнь.
Короткий период борьбы с бракоделом у матери внес свой вклад в программу перфекционизма у ее дочери: «Мама не любит тех, кто делает что-то нехорошо. Следовательно, чтобы мама тебя любила, надо все делать на пятерку ». Практически всю жизнь дочь прожила с синдромом отличницы. Это касалось самых разных сфер ее жизни, где она при полном отсутствии внешних стимулов и мотиваций, старалась все сделать исключительно хорошо, тратя на это силы и время. Другим слагаемым в формировании программы отличницы был выход матери на работу, когда дочери было 2 месяца. Маленькая девочка трагично переживала этот момент: «Мама меня бросила. Надо быть очень хорошей девочкой, чтобы у мамы не было причин меня бросать .».Мамину любовь надо выслужить своей хорошестью. Состояние брошенности, оставленности любимым человекомтакже было неоднократно пережито Татьяной в течение жизни.
Надо сказать, что глубокая проработка всей истории зачатия, беременности и родов дал Татьяне возможность найти самый ключевой момент, на котором потом построилась вся ее идентичность и личная история. Им оказался момент, когда во время беременности Татьяной у матери начался токсикоз. Маленькое существо внутри пережило ужас возможной смерти, поскольку в качестве незрелой яйцеклетки в яичнике матери, оно проживало всю предыдущую историю своей мамы и хорошо помнило, что предыдущая беременность окончилась абортом (убийством плода) из-за сильнейшего токсикоза. И вот теперь ситуация повторяется. Решением ребенка было затаиться и не причинять никаких неудобств своей матери — быть максимально хорошей девочкой, никак не проявлять своего недовольства и потребностей, тогда у мамы не будет причин ее не любить и отвергнуть — в данном контексте – убить. Быть любимой — как условие выживания. Такова главная жизненная программа будущего ребенка, очень большая значимость любви в жизни и уязвимость в этой сфере, страх не быть любимой, с младенчества «покупка» родительской любви своей «хорошестью». Вся последующая жизнь в сознании внутренней необходимости быть хорошей.
Еще один эпизод из ФП послужил причиной панического иррационального страха змей у Татьяны, который проявился уже в раннем детстве – в 4-5 лет, когда реальных змей она ни разу не видела, но листая энциклопедию и наткнувшись на цветную вкладку с разными видами змей, не решалась дотронуться до страницы, чтобы ее перевернуть. Специально она работала с этим страхом в трансперсональной психотерапии в возрасте близком к 40 годам, после чего страх практически исчез, но остался вопрос, откуда он появился у маленького ребенка с отсутствием собственного опыта, связанного с рептилиями. Как оказалось, в начале ФП, до зачатия, было начало сибирского лета, родители гуляли в прибрежных скалах, и сами не заметили, как попали в змеевник, где на солнышко выбрались сотни змей, свитых в клубки, видимо, у них был брачный период. Родители бежали, не смотря себе под ноги от ужаса.
Семейное древо (Синдром предков) плюс Фаза Программирования
1.Еще одна тема страха потери мужа на войне (или какой-то катастрофе) родом из ФП и семейного древа Татьяны. Рассказ ее матери о ФП до зачатия содержал странное на первый взгляд переживание, что она, недавно вышедшая замуж московская студентка , боялась, что мужа пошлют на войну во Вьетнам. Насколько мы помним, Советский Союз не участвовал в начавшейся в то время войне — там воевали американцы. Что заставило переживать столь отдаленную ситуацию в мире, как угрожающую лично твоей семье? Ответ нашелся в 1914 году, когда прабабушка Татьяны была на 7 месяце беременности своим первым ребенком – бабушкой Татьяны: началась первая мировая война и мужчин призывали на войну. Естественно страх, что заберут мужа на войну, где он может погибнуть, страх остаться без мужа с младенцем на руках был очень велик, он был записан в ФП бабушки и позже проявлялся в последующих поколениях в период, когда женщина выходила замуж и рожала своего первого ребенка. Сама бабушка пережила этот страх в 1937 году с только что родившейся дочерью, когда ее муж в одночасье стал сыном репрессированного врага народа. Татьяну этот страх коснулся реальной угрозой — мужа собирались послать на ликвидацию случившейся за месяц до рождения старшего сына аварии в Чернобыле. А поскольку и родители и сама молодая семья жила и работала в атомном городе, на АЭС, образование тоже было связано с мирным атомом, а город и больницы в тот момент наполнились вывезенными из зоны катастрофы пострадавшими, то иллюзий относительно последствий для жизни и здоровья тех, кто отправляется на ликвидацию практически не было.
Таким образом первично заложенный страх гибели мужа на войне (или какой-то подобной катастрофе) воспроизводился в трех последующих поколениях женщин семьи и соответствующий период появления в семье первенца.
2. Вторая подобная тема, имеющая корни в роду и ФП, это страх экзаменов, который сопровождал Татьяну постоянно, а поскольку она всегда продолжала учиться, вносил изрядный дискомфорт в ее жизнь. Ключевой эпизод произошел, когда ее маме было около года, а ее семья уже была семьей сына репрессированного. Отец матери (дед Татьяны) был изобретателем и, работая начальником лаборатории на строительстве многочисленных верхневолжских гидросооружений, вносил в составы бетона новые, им изобретенные присадки. Кем-то был написан донос, что это вредительство с целью быстрого разрушения всех этих плотин и гидроэлектростанций. Чудом в этой истории было, что деда не арестовали сразу, а дали возможность провести испытания образцов бетона с присадками в присутствии представителей НКВД. Бабушка несколько раз рассказывала внучке историю этого «Экзамена», ценою в жизнь, на котором бабушка стояла перед испытательным стендом рядом с дедом (они работали вместе), а позади и по бокам стояли готовые их тут же арестовать нквдэшники. Было страшное напряженное ожидание исхода испытания, и когда стрелка прибора показала, что образец выдерживает необходимую нагрузку, бабушка упала в обморок. В данном эпизоде явно прослеживается связь, образованная тогдаассоциация парализующего ужаса, страха смерти с «экзаменом».
Следующий эпизод, лежащий в основе страха экзаменов, принадлежит ФП. Согласно Recall Healing момент родов в будущем отражается на сдаче экзаменов ребенком, проигрывая сопутствующие родам эмоциональные состояния и динамику. Как выше было описано, родилась Татьяна в день, когда в маленьком родильном доме умерло двое младенцев в родах, что естественно в душе матери породило страх ожидания собственных родов и их возможного исхода. Кстати, этот же страх смерти был пережит и самой Татьяной в момент родов старшего сына, которые протекали тяжело, и было мгновение, когда она почувствовала, что видимо, умрет.
Детские болезни как следствие программирующего конфликта, лежащего в семейном древе.
В возрасте около 6.5 лет девочка перенесла гнойный подчелюстной лимфаденит с несколькими операциями, болела очень тяжело, долго и чудом выжила. Болезнь случилась через пару месяцев после операции по удалению миндалин.
Конфликт этого диагноза звучит так: невозможность защитить себя словами.
Провоцирующим конфликтом было состояние пережитое ребенком во время удаления гланд – невозможность защититься: ее посадили в кресло врача, а повязку на глаза завязали так небрежно, что она в парализованном от страха состоянии наблюдала из-под повязки за тем, как в ее горло проникают с какими-то страшными инструментами, это было и больно, и страшно. Как уже было описано выше, высказываниям в свою защиту в любой форме был положен запрет еще в момент начала маминого токсикоза — чтобы выжить, надо было молчать и не подавать признаков недовольства. Казалось, что это и был программирующий конфликт. Однако в ходе дальнейшей работы была обнаружена история в семейном древе, произошедшая во время ФП ее матери в 1937 году. Был арестован по доносу дед матери, главный хирург областной новосибирской больницы. Кто- то из его друзей позвонил и сообщил об этом семье его сына, живущего в то время на Волге, в тот момент у них была 9-тимесячная дочь (мать Татьяны). Жена его (бабушка Татьяны) с грудным ребенком на руках рвалась ехать в Москву, чтобы попасть на прием к Ежову (глава НКВД) – защитить свекра, доказать, что его оклеветали. Муж остановил этот сильнейший душевный порыв — высказаться в защиту, не пустил жену, и сам не поехал, понимая бессмысленность и опасность подобного действия в тех политических условиях. Однако этот конфликт – невозможность высказаться в защиту близких (и себя), окрашенный горем и страхом смерти передался по «наследству» Татьяне. Кстати, это была также одна из основных психологических проблем Татьяне на протяжении всей жизни — неумение и невозможность защищать себя словами, высказываться в свою защиту.
Почему лимфаденит случился именно в возрасте 6.5 лет и протекал с угрозой жизни?
Сложилось несколько факторов. Кроме включающего конфликта во время удаления гланд отец Татьяны (тоже ребенок с номером 2) именно в этом возрасте пережил множественное ранение от взрыва немецкой гранаты в 1942 году и выжил чудом (его товарища убило на месте). Опять прослеживается идентичность возрастов, в которых происходят значимые события у детей и предков, с которыми они связаны по семейному древу по линии родства. Обращает на себя практически мистическое сходство всех событий. Все они так или иначе связаны с хирургией, хирургами и операциями.
После обнаружения программирующего конфликта — мать Татьяны рассказала ей историю 1937 года во время семинара Recall Healing , у Татьяны произошел сильнейший прорыв энергии защиты себя и своих интересов (своей территории), выразившейся на биологическом уровне в беспрерывном сильнейшем приступообразном кашле ( бронхи — защита себя, своей территории) в течение 3 дней, прекратившемся столь же внезапно, как и начался. Надо заметить, что кашель не характерен для Татьяны , все простудные заболевания всегда были связаны с горлом и никогда с кашлем.
В результате процесса у нее изменилось субьективное ощущение – стало возможным высказывание в защиту себя. Это пример того, как детская болезнь таит в себе ключ к разрешению большой жизненной темы человека, при нахождении которого, сама тема перестает существовать.
В дополнение скажу, что очень близкой к данной, оказалась история еще одного лимфаденита у другой клиентки, с теми же проявлениями в виде поведенческих паттернов и с похожим программирующим конфликтом: ее дед был арестован по доносу, что не все, что у него было, сдал в колхоз, с невозможностью защитить ни себя, ни свою семью, во время пока он сидел 3 года, от голода умерло 3 его малолетних ребенка.
Приведу вкратце еще несколько ярких примеров клиентских историй.
Алина, 26 лет.
Во время терапевтической сессии (обратилась за психологической помощью по другому поводу) у нее возникла непроходящая боль в яичнике. По ее словам именно такую боль она переживает каждый раз во время овуляции. Несколько раз это оканчивалась скорой, и однажды ей грозила операция по удалению овуляторной кисты, на каждом цикле очередная овуляторная киста давала о себе знать сильнейшей болью. Девушка лежала в дни овуляции, ни о каком сексе, а следовательно, и зачатии в самый благоприятный для этого период не могло быть и речи. Гинекологи предлагали только одно решение проблемы — пить противозачаточные таблетки, купирующие созревание яйцеклеток (овуляцию). Их решение также предполагало, что беременность становится невозможной.
Была выяснена история, лежащая в основе данного явления. Мать Алины забеременела первый раз в институте в семейных обстоятельствах (тяжелая болезнь матери), когда беременность и рождение ребенка выглядели крайне неуместно. Результатом стал аборт. Вторая беременность окончилась рождением старшего ребенка, но также была не ко времени и не к месту, ребенка оставили просто потому, что нерожавшей женщине делать второй подряд аборт было слишком рискованно. Третья беременность – опять аборт. Алина была зачата сознательно, родители действительно ее хотели. Но предыдущие истории с абортированными и нежеланными детьми, и особенно ее связь по древу как четвертого ребенка с абортированным первым ребенком запрограммировали ее организм так: беременность — это не к месту и не ко времени, надо обезопасить себя от такой возможности. И тело исправно защищало свою хозяйку таким странным образом от беременности, которая записалась в подсознании как явление, которое грозит неприятностями, и надо его исключить. Надо сказать, что девушка весьма сексуальна, имела множество романов, и наверняка, не будь такой странной защиты, повторяла бы историю абортов матери.
С момента, как мы поняли историю данного явления прошло 6 месяцев, за все 6 прошедших циклов ни разу боль на пике овуляции не возвращалась. Стало возможным зачатие.
Маргарита , 28 лет.
Обратилась за психологической помощью. В жизни этой очень красивой и женственной девушки центральной проблемой, создающей различные болезненные ситуации и драмы в ее жизни, является редчайший врожденный дефект — отсутствие матки и фаллопиевых труб, что лишает ее возможности самой родить ребенка — единственно возможное решение — суррогатное материнство. История этого дефекта прояснилась в разговоре с матерью девушки. Родители были слишком молоды и не готовы к родительству. Мать пошла на аборт, каким-то чудом уже на кресле после введения анестезии, она опомнилась, встала и решила ребенка оставить. Но конфликт, с которым она прожила три месяца от зачатия — запрет иметь ребенка, реализовался в биологии плода, у которого как раз на третьем месяце формируется вся репродуктивная система, как отсутствие матки. Нет запрета быть женщиной — яичники прекрасно функционируют, нет запрета на секс — есть влагалище. Нет только места, где можно вырастить ребенка, «дома» для него организм не создал, поскольку у мамы имел место запрет иметь ребенка.
Валерия, 30 лет.
Здоровье физического тела не было предметом обращения за терапией, и его мы касались вскользь. Во время второй сессии обратило на себя внимание регулярное покашливание, при первом знакомстве списанное на возможное последствие простуды. Оказалось, это покашливание у девушки с дошкольного возраста, когда она крайне тяжело болела воспалением легких, которое осложнилось до такой степени, что потребовалась хирургическое вмешательство, о чем свидетельствовал огромный шрам под грудью. Стали исследовать Фазу Программирования и линию жизни девушки.
Неприятной новостью для нее стал рассказ матери о том, что около трех лет перед ее зачатием отец выпивал, и семья балансировала на грани развода, перед ее зачатием родители вроде бы решили начать жизнь заново, но после того, как жена забеременела, опять случился разлад, и мать около месяца ходила с направлением на аборт в сумке, пока все же решила оставить ребенка. Здесь уже содержится страх смерти, пережитый плодом в утробе. Когда девочке было около 7 месяцев, ее старший брат попал в аварию, и мама пережила острый страх смерти своего ребенка, что грудной ребенок «впитал вместе с ее молоком». Перед школой, когда Лере исполнилось 7 лет в семье вновь случилось происшествие с братом, что-то с хулиганством подростков и сильными телесными повреждениями, когда была и угроза его жизни и вероятность его обвинения впоследствии правоохранительными органами с перспективой колонии для несовершеннолетних. Это событие реактивировало ранее заложенные программы страха смерти, что реализовано было через некоторое время как тяжелая болезнь легких.
Самым удивительным для меня как терапевта, тогда только начавшего в то время использовать в практике Recall Healing, было полное прекращение кашля у девушки после пары сессий, нахождения и разбора причин болезни.
Этот случай также демонстрирует сильную связь событий по возрастам у матери и дочери: дочь сделала аборт при первой своей беременности в 28 лет, именно в том возрасте, в каком находилась ее мать, когда принимала решение делать аборт или рожать Леру. Кстати, страх смерти ребенка, дважды пережитый матерью в связи со старшим сыном позже реализовался в ее жизни как рак яичников. А дочь через год после аборта (потери ребенка) перенесла операцию по поводу кисты яичника.
Выводы:
1. Проведенная работа убедительно демонстрирует описанные в Recall Healing законы передачи информации, заложенных в родовом древе и Фазе Программирования, репродуцирование ментальных и эмоциональных стратегий, нерешенных психологических конфликтов, жизненных сценариев предков, а также выражение их в биологии в виде болезней.
2. На этом основании можно рекомендовать практику Recall Healing как первые несколько сессий с клиентами при глубокой личной и семейной терапии и коучинге, чтобы видеть широкую картину на причинном уровне состояния здоровья, личностных, межличностных и экзистенциональных проблем и отношений, сложившихся в жизни клиента.
3. Практика Recall Healing является весьма эффективной при терапии болезней физического тела, иногда именно ее включение приводит к исцелению тяжелейших и многолетних болезней (либо к существенному их облегчению), неподдающихся излечению силами медицины. ( Надо заметить, что Recall Healing комплиментарен медицинскому протоколу, а не является его альтернативой).
4. Просветительская работа с молодежью, будущими родителями, с родителями маленьких детей в детских центрах и лечебных учреждениях, в перинатальных центрах и центрах по подготовке к беременности и родам, демонстрирующая законы тотальной биологии, влияние Фазы Программирования и генеалогического древа на судьбу и здоровье человека исходя из практики Recall Healing, может внести значительный вклад в оздоровление общества, в рождение более здорового и счастливого поколения, поскольку уже само понимание этого материала привносит намного более осознанное отношение к зачатию, беременности, родам, периоду новорожденности ребенка, к атмосфере в семье и в отношениях между родителями в данный период, а значит создаст фундамент для большего благополучия нового поколения. Эти знания также дадут возможность людям, отягощенным тяжелыми родовыми программами и сценариями их увидеть, осознать и проработать до зачатия и рождения детей, избавляя будущие поколения от этого груза.
Знание о том, как именно влияет Фаза Программирования и синдром предков на здоровье и судьбу человека должно, на мой взгляд, стать частью психологической культуры общества.
*********************************************************************************
*********************************************************************************Я завершила полное обучение у Жильбера Рено около семи лет назад и являюсь клиническим психологом со специализацией Recall Healing ( Исцеление воспоминанием) , окончила полный курс Биологики у Роберто Барнаи и дополнила свое образование обучением в Школе Психосоматики PSY2.0, Все эти школы имеют одним из своих источников ГНМ(Германскую Новую Медицину-GNM)
Если Вы обращаетесь ко мне с проблемами здоровья, психосоматическими проблемами или повторяющимися ситуациями в своей жизни , то практически всегда я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета . Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно
Запись на консультацию
Еще о моей работе в этом методе можно прочитать здесь:
Литература.
1.Материалы всех прошедших в России семинаров Жильбера Рено :
1,2,3 ступень Recall Healing , «Дети», «Отношения», «Символы и сны», «Tool Box»
2. Анна Анселин Шутценбергер. «Синдром предков»
3. Анна Анселин Шутценбергер. «Психогенеалогия»
4.Кристиан Флеш . «Биологическое раскодирование болезней»
5. Берт Хеллингер . « Порядки любви» и другие книги Берта Хеллингера по системным расстановкам
6.Кейти Байрон . «Любить то, что есть: Четыре вопроса, которые могут изменить вашу жизнь».
7. Райк Герд Хамер . «Искусство лечения. Новая медицина»
8.Луиза Хей . «Исцели свою жизнь»
9.Омраам Микаэль Айванхов . «Воспитание, начинающееся до рождения»
10.Брюс Липтон . «Биология веры»
11. Дон Мигель Руис. «Четыре соглашения»
