Архив рубрики: психология, перинатальная психология

ИСЦЕЛЕНИЕ ОТ ТРАВМЫ: ПИТЕР ЛЕВИН И ЕГО 8 ЭТАПОВ

ИСЦЕЛЕНИЕ ОТ ТРАВМЫ: ПИТЕР ЛЕВИН И ЕГО 8 ЭТАПОВ

 

Исцеление от психологической травмы — это процесс. Когда травмирующее переживание прорабатывается, и мы избавляемся от гнета разрушительных эмоций, новая энергия «наполняет наши паруса». Мы искренне благодарим судьбу за опыт, пусть и очень тяжелый, и делаем шаг в счастливое будущее.
Исцеление от травмы — это долгий и непростой процесс. Каждый из нас сталкивался с травмирующими переживаниями: потерей близких, унижением, агрессией, провалом, предательством и так далее, список можно продолжать до бесконечности. При этом чаще всего травма не проходит бесследно, со временем осознанная боль притупляется, но разрушительная энергия, которая выделилась в момент травмирующего события никуда не уходит, и продолжает разрушать нас изнутри, проявляясь в виде подавленности, страхов, беспричинной тревоги, бессонницы или психосоматических заболеваний.
Психолог Питер Левин в своей книге «Исцеление от травмы» пишет о том, что общество учит нас бороться с переживаниями, прятать их, «быть сильными», «не сдаваться перед лицом трудностей» — мы смотрим фильмы про сильные личности, которые всегда преодолевают любые препятствия, читаем книги, в которых герои «берут себя в руки» сразу после травмирующего события и идут дальше, вопреки всему… Нас учат «держать лицо», не подавать виду, что нам больно, не позволять себе слабость, хотя, пишет Левин, психологическая травма переносится ничуть не легче, а то и гораздо тяжелее физической.
Представьте себе, что человек, сломавший ногу неделю назад идет играть в футбол – с большой долей вероятности его посчитают законченным идиотом. При этом когда девушка, переживающая тяжелейший разрыв с любимым, «берет себя в руки» и ведет себя так, как будто ничего не произошло (а то и вовсе сразу бросается в новые отношения, из которых, скорее всего, она выйдет еще более травмированной), мы восхищаемся силой ее духа.
ИСЦЕЛЕНИЕ ОТ ТРАВМЫ
Исцеление от психологической травмы. Питер Левин.
Сложность в том, что психологическая травма – это понятие очень субъективное. Если последствия физической травмы очевидны и поддаются понятному лечению, с травмой психологической каждому из нас приходится разбираться самостоятельно. Избегать травмирующих переживаний невозможно, сам Левин пишет о принципиальной роли, которую играют травмы в нашей жизни: тяжелые испытания помогают нам осознать важные для нас вещи, трансформироваться. Но очень важно правильно пройти и завершить все процессы, чтобы травмирующее переживание стало опытом, на который мы можем опереться, а не источником проблем и заболеваний.
Питер Левин разработал программу по правильной проработке травмы, основы которой он изложил в своей книге «Исцеление от травм». Подход у Левина интересный: он работает с ощущениями тела, и через них помогает человеку избавиться от разрушительной энергии травмы. Его программа состоит из 8-ми основных этапов:
ЭТАП 1: ВОЗВРАЩЕНИЕ ЧУВСТВА БЕЗОПАСНОСТИ
Если вы пережили травмирующее событие (предательство любимого, смерть близкого, публичное унижение, разрыв отношений и т. д.), то первое, с чего советует начать доктор, это с восстановления границ собственного пространства. Травмирующее событие разрушает нашу защиту, мы перестаем чувствовать себя в безопасности, нас буквально разрывают тяжелые эмоции, мы чувствуем себя незащищенными перед внешней агрессией.
Левин предлагает специальные упражнения, которые помогают снова почувствовать границы, внутри которых мы в безопасности – это границы нашего тела. Постукивание по коже, контрастный душ помогут буквально «кожей» почувствовать границу, которая отделяет и защищает наше личное пространство от агрессивного внешнего мира. Почувствуйте, что вы «в домике», и никто и ничто не может проникнуть в ваше пространство, вы в абсолютной безопасности.
ЭТАП 2: ОБРЕТЕНИЕ ПОЧВЫ ПОД НОГАМИ
Любое травмирующее событие буквально выбивает почву у нас из-под ног. Нам кажется, что все рушится вокруг нас, все нестабильно: мы как будто летим на скорости в безвоздушном пространстве, и ничего не можем с этим поделать, мы не контролируем события, которые развиваются помимо нашей воли. Левин рекомендует «заземлиться» — буквально встать голыми ступнями на землю и просто почувствовать, что вот она, почва, что вы стоите очень надежно. Нет никакого безвоздушного пространства, вы стоите на земле двумя ногами, и мир не рушится вокруг вас, все стабильно. Вы не падаете, и не теряете своего равновесия, вы на 100% контролируете происходящее, почувствуйте это и дайте себе время, чтобы это ощущение закрепилось.
ЭТАП 3: ОПРЕДЕЛЕНИЕ ИСТОЧНИКОВ «ПОДПИТКИ» И ЛАТАНИЕ «БРЕШЕЙ»
Это очень важный этап. У нас у каждого есть свои способы пополнения энергии – кто-то спит или перечитывает любимые книги, чтобы восстановиться, кто-то готовит и ест любимую еду, кто-то занимается спортом, кто-то слушает музыку, кто-то едет к маме, и так далее. Левин советует попытаться определить, что является таким источником для вас – вспомните, что помогло вам преодолеть травмирующие переживания в прошлом? Какие занятия приносят вам чувство удовлетворения, успокаивают? Рядом с какими людьми вы чувствуете себя в безопасности, кто подпитывает вас своей энергией?
Левин советует закрыть глаза и представить возможные источники энергии, а также попытаться увидеть кто или что, наоборот, вашу энергию забирают. В качестве брешей, через которые утекает энергия могут выступать, например, родители, которые требуют чтобы мы соответствовали их требованиям, или кто-то рядом с нами, кто высасывает силы и время, нелюбимая работа, неприятная рутина или даже определенные места, города и страны.
После того, как вы провели реестр «источников питания» и определили «бреши», важно максимально оградить себя от того, что забирает силы, и наполнить жизнь занятиями и общением с теми людьми, которые вас подзаряжают. Когда вы восстанавливаетесь после физической травмы, вы соблюдаете определенный режим и избегаете того, что может ухудшить ваше состояние – восстановление после психической травмы идет по такому же принципу. Вы сейчас очень уязвимы, оградите себя по максимуму от новых травм.
ЭТАП 4: ПОИСК БЛОКОВ И ОТСЛЕЖИВАНИЕ ЭФФЕКТА ТРАВМЫ
На этом этапе психолог учит следить за ощущениями тела чтобы понять, как именно травмирующее переживание проецируется на физические ощущения. Например, когда девушка переживает боль предательства – в каком месте эта эмоция проявляется физически? И как ощущается физически? Боль в солнечном сплетении? Холод в животе? Ком в горле? Эти ощущения важно отследить и попробовать «пощупать» — каков по размерам этот ком? А по весу? Из какого материала он состоит?
ЭТАП 5: АКТИВНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ ЗА ОЩУЩЕНИЯМИ
Как только вы сможете отслеживать физические проявления своих переживаний, травмирующий эффект события начнет снижаться, потому что вы снова будете чувствовать контроль над происходящим. Невозможно перестать чувствовать обиду или страх, но можно наблюдать и контролировать физические ощущения, которые вызывают эти эмоции.
На этом этапе доктор советует очень внимательно наблюдать за собой и ощущениями тела. Закройте глаза и задайте себе вопрос: что я чувствую, когда вспоминают про событие? Какие ощущения в теле испытываю при мыслях о человеке, с которым связано травмирующее переживание? Меняются ли эти ощущения? Возможно, камень, который вы чувствуете в районе солнечного сплетения, когда думаете о предательстве любимого, становится легче и менее плотным? Или наоборот? Возможно ком в горле, который вы ощущаете, когда вспоминаете о смерти близкого человека, ушел, и вместо этого вы чувствуете боль в груди?
Наблюдайте и записывайте свои ощущения.
ЭТАП 6: «КОНТАКТ С ПЕРЕЖИВАНИЕМ»
Тяжелые травмирующие переживания часто имеют свойство оказывать долгое негативное влияние потому, что нам слишком тяжело возвращаться к ним чтобы переработать их в опыт и отпустить. Энергия, которая высвободилась в момент травмы (стыд, страх, унижение — это все очень сильные переживания, которые высвобождают много энергии) никуда не уходит, и если мы не выпустим ее на волю, то она так и остается внутри бомбой замедленного действия.
«Контакт с переживанием» это возможность разминировать эту бомбу. В своей книге психолог приводит несколько упражнений, которые помогают «обезвредить» травму, все они построены на проигрывании разных сценариев момента травмирующего переживания и наблюдения за собой. В качестве одного из упражнений Левин советует сесть в удобную позу, закрыть глаза, вернуться в момент переживания, вспомнить свои ощущения (стыд, страх, боль, ужас и т. д.) и постараться удерживать на этих ощущениях свое внимание как можно дольше, до тех пор, пока они не начнут видоизменяться и их интенсивность не начнет снижаться.
ЭТАП 7: ВОЗВРАТ К НОРМАЛЬНОЙ ЖИЗНИ
Когда мы находимся во власти травмы, мы настолько заняты своей болью и выживанием, что практически не реагируем на внешние переживания. Мы не чувствуем вкус еды, не замечаем хорошую погоду, все наши ощущения притупляются. После того, как мы выпустили разрушительный ураган на волю, мы можем, наконец, открыть глаза и с удивлением обнаружить тот мир, который мы не замечали, пока лечились от травмы.
Левин буквально советует открыть глаза и внимательно изучить предметы вокруг себя: их цвет, особенности, назначение. Что происходит в мире? Какие фильмы, книги, темы обсуждаются? Любопытство, которое пробуждается на этом этапе, помогает окончательно избавиться от последствий травмы – травма не может сосуществовать с энергией познания, которая влечет нас вперед.
ЭТАП 8: ЗАКРЕПЛЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТА И ДВИЖЕНИЕ ДАЛЬШЕ
Когда тяжесть травмирующего переживания уйдет, вы почувствуете как к вам возвращаются силы и желание двигаться вперед. Очень важно оставаться на этой волне, не скатываясь обратно, и иногда здесь может потребоваться внешняя помощь. Левин приводит аффирмацию, которую он советует повторять всем своим клиентам, эта аффирмация на самом деле — древняя молитва североамериканских индейцев: ««Я приношу благодарность за помощь, которая — я знаю — уже на пути ко мне».

Когда травмирующее переживание прорабатывается, и мы избавляемся от гнета разрушительных эмоций, новая энергия «наполняет наши паруса». Мы искренне благодарим судьбу за опыт, пусть и очень тяжелый, и делаем шаг в счастливое будущее.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

ЭРИК БЕРН: РАЗРЕШИТЕ СЕБЕ ЖИТЬ ПО СОБСТВЕННЫМ ПРАВИЛАМ!

ЭРИК БЕРН: РАЗРЕШИТЕ СЕБЕ ЖИТЬ ПО СОБСТВЕННЫМ ПРАВИЛАМ!люди которые играют в игры

Развивая идеи психоанализа Фрейда, общей теории и метода лечения нервных и психических заболеваний, знаменитый психолог Эрик Берн акцентировал внимание на «трансакциях» (единичных взаимодействиях), лежащих в основе межчеловеческих отношений.

Некоторые виды таких трансакций, имеющие в себе скрытую цель, он назвал играми. В данной статье мы представляем вам краткое изложение книги Эрика Берна «Люди, которые играют в игры» — одной из самых знаменитых книг по психологии XX века.

1. Транзактный анализ Эрика Берна

Сценарный анализ невозможен без понимания основной, базовой концепции Эрика Берна — транзактного анализа. Именно с него он начинает свою книгу «Люди, которые играют в игры».

Эрик Берн считает, что у каждого человека есть три состояния Я, или, как еще говорят, три Эго-состояния, определяющие, как он ведет себя с окружающими и что из этого в итоге получается. Эти состояния называются так:

  • Родитель
  • Взрослый
  • Ребенок

Изучению этих состояний и посвящен транзактный анализ. Берн считает, что мы в каждый момент своей жизни находимся в одном из этих трех состояний. Причем их смена может происходить сколь угодно часто и быстро: например, вот только что руководитель общался со своим подчиненным с позиции Взрослого, уже через секунду обиделся на него как Ребенок, а через минуту начал его поучать из состояния Родителя.

Одну единицу общения Берн называет транзакцией. Отсюда и название его подхода — транзактный анализ. Чтобы не было путаницы, Эго-состояния Берн пишет с большой буквы: Родитель (Р), Взрослый (В), Ребенок (Ре), а эти же слова в их обычном, относящемся к конкретным людям значении, — с маленькой.

Состояние «Родитель» ведет свое происхождение от родительских образцов поведения. В этом состоянии человек чувствует, думает, действует, говорит и реагирует точно так же, как это делали его родители, когда он был ребенком. Он копирует поведение своих родителей. И тут надо учитывать два Родительских компонента: один — ведущий происхождение от отца, другой — от матери. Состояние Я-Родитель может активизироваться при воспитании собственных детей. Даже тогда, когда это состояние Я не выглядит активным, оно чаще всего влияет на поведение человека, выполняя функции совести.

Вторая группа состояний Я заключается в том, что человек объективно оценивает то, что с ним происходит, рассчитывая возможности и вероятности на основе прошлого опыта. Это состояние Я Эрик Берн называет «Взрослый». Его можно сравнить с функционированием компьютера. Человек в позиции Я-Взрослый пребывает в состоянии «здесь и сейчас». Он адекватно оценивает свои действия и поступки, полностью отдает себе в них отчет и берет на себя ответственность за все, что он делает.

Каждый человек несет в себе черты маленького мальчика или маленькой девочки. Он порой чувствует, мыслит, действует, говорит и реагирует точно так же, как это делал в детстве. Это состояние Я называется «Ребенок». Его нельзя считать ребяческим или незрелым, это состояние только напоминает ребенка определенного возраста, в основном двух-пяти лет. Это мысли, чувства и переживания, которые проигрываются из детского возраста. Когда мы в позиции Эго-Ребенка, мы находимся в состоянии контролируемых, в состоянии объектов воспитания, объектов обожания, то есть в состоянии тех, кем мы являлись, когда были детьми.

Какое из трех состояний Я более конструктивное и почему?

Эрик Берн считает, что человек становится зрелой личностью, когда в его поведении доминирует состояние Взрослого. Если же преобладает Ребенок или Родитель, это приводит к неадекватному поведению и к искажению мироощущения. И поэтому задача каждого человека — добиться баланса трех Я-состояний с помощью усиления роли Взрослого.

Почему Эрик Берн считает состояния Ребенка и Родителя менее конструктивными? Потому что в состоянии Ребенка у человека наблюдается достаточно большой перекос в сторону манипулирования, спонтанности реакций, а также нежелания или неспособности взять на себя ответственность за свои поступки. А в состоянии Родителя в первую и главную очередь доминирует контролирующая функция и перфекционизм, что тоже бывает опасно. Рассмотрим это на конкретном примере.

Человек совершил какую-то оплошность. Если у него доминирует Эго-Родитель, то он начинает ругать, пилить, «грызть» себя. Он постоянно прокручивает в голове эту ситуацию и что он сделал не так, корит себя. И эта внутренняя «пилёжка» может продолжаться сколь угодно долго. В особо запущенных случаях люди пилят себя по одному и тому же вопросу десятилетиями. Естественно, что в какой-то момент это превращается в психосоматическое расстройство. Как вы понимаете, реальную ситуацию такое отношение к ней не изменит. И в этом смысле состояние Эго-Родителя не является конструктивным. Ситуация не меняется, а психическое напряжение возрастает.

А как в такой ситуации ведет себя Взрослый? Эго-Взрослый говорит: «Да, здесь я сделал ошибку. Я знаю, как ее исправить. В следующий раз, когда возникнет такая же ситуация, я вспомню этот опыт и попробую избежать такого исхода. Я всего лишь человек, я не святой, у меня могут быть ошибки». Так разговаривает с собой Эго-Взрослый. Он разрешает себе ошибку, берет на себя ответственность за нее, он ее не отрицает, но эта ответственность здравая, он понимает, что не все в жизни от него зависит. Он извлекает опыт из данной ситуации, и этот опыт становится для него полезным звеном в следующей подобной ситуации. Самое главное, что здесь исчезает излишняя драматизация и обрубается некий эмоциональный «хвост». Эго-Взрослый не тащит за собой этот «хвост» на веки вечные. И поэтому такая реакция конструктивна.

А что же в подобной ситуации делает человек, который находится в состоянии Эго-Ребенка? Он обижается. Почему так происходит? Если Эго-Родитель берет на себя гиперответственность за все, что происходит, и поэтому так сильно себя ругает, то Эго-Ребенок, наоборот, считает, что если что-то получилось не так, то это виноваты мама, начальник, друг или кто-то еще. А раз они виноваты и поступили не так, как он ожидал, то они его разочаровали. Он на них обиделся и решил, что отомстит, ну, или перестанет с ними разговаривать.

Такая реакция вроде бы какого-то серьезного эмоционально «хвоста» для человека не несет, ведь он переложил этот «хвост» на другого. Но что он имеет в результате? Испорченные отношения с тем человеком, на которого переложена вина за ситуацию, а также отсутствие опыта, который мог бы стать для него незаменимым, когда такая ситуация повторится. А повторится она обязательно, потому что у человека не изменится стиль поведения, который привел к ней. Кроме того, тут надо учитывать, что долгая, глубокая, злобная обида Эго-Ребенка часто становится причиной серьезнейших заболеваний.

Таким образом, Эрик Берн считает, что мы не должны допускать в своем поведении доминирования состояний Ребенка и Родителя. Но в какой-то момент жизни они могут и даже должны включаться. Без этих состояний жизнь человека будет как суп без соли и перца: вроде есть можно, но чего-то не хватает.

Иногда надо разрешать себе быть Ребенком: страдать ерундой, позволять спонтанный выход эмоций. Это нормально. Другой вопрос, когда и где мы позволяем себе это делать. Например, на деловом совещании это совсем неуместно. Всему свое время и место. Состояние Эго-Родителя может быть полезно, например, для преподавателей, лекторов, воспитателей, родителей, врачей на приеме и т. п. Из состояния Родителя человеку проще взять под контроль ситуацию и нести ответственность за других людей в рамках и объеме этой ситуации.
2. Сценарный анализ Эрика Берна

Теперь перейдем к сценарному анализу, которому посвящена книга «Люди, которые играют в игры». Эрик Берн пришел к выводу, что судьба любого человека программируется в дошкольном возрасте. Это хорошо знали священники и учителя средневековья, говорившие: «Оставьте мне дитя до шести лет, а потом берите обратно». Хороший дошкольный воспитатель может даже предвидеть, какая жизнь ожидает ребенка, будет ли он счастливым или несчастным, станет ли победителем или неудачником.

Сценарий по Берну — это подсознательный жизненный план, который формируется в раннем детстве в основном под влиянием родителей. «Этот психологический импульс с большой силой толкает человека вперед, — пишет Берн, — навстречу его судьбе, и очень часто независимо от его сопротивления или свободного выбора.

Что бы ни говорили люди, что бы они ни думали, какое-то внутреннее побуждение заставляет их добиваться того финала, который часто отличается от того, что они пишут в своих автобиографиях и заявлениях о приеме на работу. Многие утверждают, что хотят заработать много денег, но теряют их, тогда как окружающие богатеют. Другие утверждают, что ищут любви, а находят ненависть даже в тех, кто их любит».

В первые два года жизни поведение и мысли ребенка программируются в основном матерью. Эта программа и формирует первоначальный каркас, основу его сценария, «первичный протокол» относительно того, кем ему быть: «молотом» или «наковальней». Такой каркас Эрик Берн называет жизненной позицией человека.

Жизненные позиции как «первичный протокол» сценария

В первый год жизни у ребенка формируется так называемое базовое доверие или недоверие к миру, и складываются определенные убеждения относительно:

  • себя самого («Я хороший, со мной все в порядке» или «Я плохой, у меня не все в порядке») и
  • окружающих, прежде всего родителей («Ты хороший, с тобой все в порядке» или «Ты плохой, с тобой не все в порядке»).

Это простейшие двусторонние позиции — Ты и Я. Изобразим их сокращенно так: плюс (+) — это позиция «все в порядке», минус (–) — позиция «не все в порядке». Сочетание этих единиц может дать четыре двусторонние позиции, исходя из которых и формируется «первичный протокол», ядро жизненного сценария человека.

В таблице показаны 4 базовые жизненные позиции. Каждая позиция имеет свой сценарий и свой финал.
У каждого человека есть позиция, на основе которой формируется его сценарий и базируется его жизнь. Отказаться от нее ему так же сложно, как вынуть фундамент из-под собственного дома, не разрушив его. Но иногда позицию все-таки можно изменить с помощью профессионального психотерапевтического лечения. Или благодаря сильному чувству любви — этому важнейшему целителю. Эрик Берн приводит вот такой пример устойчивости жизненной позиции.

Человек, считающий себя бедным, а других богатыми (Я –, Ты +), не откажется от своего мнения, даже если неожиданно у него появится много денег. Это не сделает его богатым в собственной оценке. Он по-прежнему будет считать себя бедным, которому просто повезло. А человек, который считает важным быть богатым в отличие от бедняков (Я +, Ты –), не откажется от своей позиции, даже если лишится своего богатства. Он останется для всех окружающих тем же «богатым» человеком, только испытывающим временные финансовые затруднения.

Устойчивостью жизненной позиции объясняется также тот факт, что люди с первой позицией (Я +, Ты +) обычно становятся лидерами: даже в самых крайних и трудных обстоятельствах они сохраняют абсолютное уважение к себе и к своим подчиненным.

Hо иногда встречаются люди, позиция которых неустойчива. Они колеблются и перескакивают с одной позиции на другую, например с «Я +, Ты +» на «Я –, Ты –» или с «Я +, Ты –» на «Я –, Ты +». В основном это нестабильные, тревожные личности. Стабильными Эрик Берн считает тех людей, чьи позиции (хорошие или плохие) трудно поколебать, и таких большинство.

Позиции не только определяют наш жизненный сценарий, они еще и очень важны в повседневных межличностных отношениях. Первое, что люди чувствуют друг в друге, — это их позиции. И тогда в большинстве случаев подобное тянется к подобному. Люди, хорошо думающие о себе и о мире, обычно предпочитают общаться с себе подобными, а не с теми, кто вечно недоволен.

Люди, чувствующие собственное превосходство, любят объединяться в различных клубах и организациях. Бедность также любит компанию, поэтому бедные тоже предпочитают собираться вместе, чаще всего для того, чтобы выпить. Люди, чувствующие тщетность своих жизненных усилий, обычно толкутся около пивных или на улицах, наблюдая за ходом жизни.

Сюжет сценария: как ребенок его выбирает

Итак, ребенок уже знает, как он должен воспринимать людей, как будут относиться к нему другие люди и что означает «такие, как я». Следующий шаг в развитии сценария — это поиск сюжета, который отвечает на вопрос «Что случается с такими, как я?». Рано или поздно ребенок услышит историю о ком-нибудь «таком, как я». Это может быть сказка, прочитанная ему матерью или отцом, история, рассказанная бабушкой или дедушкой, или рассказ о каком-то мальчишке или девчонке, услышанный на улице. Но где бы ребенок ни услышал эту историю, она произведет на него такое сильное впечатление, что он сразу поймет и скажет: «Это я!».

Услышанная история может стать его сценарием, который он будет пытаться реализовывать всю жизнь. Она даст ему «скелет» сценария, который может состоять из следующих частей:

  • герой, на которого ребенок хочет быть похожим;
  • злодей, который может стать примером, если ребенок подыщет ему соответствующее оправдание;
  • тип человека, воплощающий в себе образец, которому он хочет следовать;
  • сюжет — модель события, дающая возможность переключения с одной фигуры на другую;
  • перечень персонажей, мотивирующих переключение;
  • набор этических стандартов, предписывающих, когда надо сердиться, когда обижаться, когда чувствовать себя виноватым, ощущать свою правоту или торжествовать.

Так на основе самого раннего опыта ребенок выбирает свои позиции. Затем из того, что он читает и слышит, он формирует дальнейший жизненный план. Это и есть первый вариант его сценария. Если помогут внешние обстоятельства, то жизненный путь человека будет соответствовать сюжету, сложившемуся на этой основе.

3. Виды и варианты сценариев

Жизненный сценарий формируется по трем основным направлениям. Вариантов внутри этих направлений множество. Итак, Эрик Берн делит все сценарии на:

  • победителей,
  • непобедителей,
  • неудачников.

На языке сценариев неудачник — это Лягушка, а победитель — Принц или Принцесса. Родители в основном желают своим детям счастливой судьбы, но желают им счастья в том сценарии, который для них избрали. Они чаще всего бывают против изменения избранной для своего ребенка роли. Мать, воспитывающая Лягушку, хочет, чтобы дочь была счастливой Лягушкой, но сопротивляется любой ее попытке стать Принцессой («Почему ты решила, что ты можешь…?»). Отец, воспитывающий Принца, конечно же, желает сыну счастья, но он предпочитает видеть его скорее несчастным, чем Лягушкой.

Победителем Эрик Берн называет человека, который решил в своей жизни достичь определенной цели и, в конечном счете, добился своего. И здесь очень важно то, какие цели сам человек для себя формулирует. И хотя в основе их Родительское программирование, но окончательное решение принимает его Взрослый. И тут надо учитывать следующее: человек, поставивший себе цель пробежать, например, стометровку за десять секунд, и сделавший это, — победитель, а тот, кто хотел добиться, например, результата 9,5, а пробежал за 9,6 секунды — этот непобедитель.

Кто же это такие — непобедители? Важно не путать с неудачниками. Им сценарием предназначено тяжко трудиться, но не для того, чтобы победить, а чтобы удержаться на имеющемся уровне. Hепобедители чаще всего прекрасные сограждане, сотрудники, потому что всегда лояльны и благодарны судьбе, что бы она им ни принесла. Проблем они никому не создают. Это люди, о которых говорят, что они приятны в общении. Победители же создают окружающим массу проблем, так как в жизни они борются, вовлекая в борьбу других людей.

Однако большинство неприятностей причиняют себе и окружающим неудачники. Они остаются неудачниками, даже добившись определенного успеха, но если попадают в беду, то пытаются увлечь за собой всех находящихся рядом.

Как понять, какому сценарию — победителя или неудачника — следует человек? Берн пишет, что это легко выяснить, ознакомившись с манерой человека говорить. Победитель обычно выражается так: «В другой раз не промахнусь» или «Теперь знаю, как это делать». Hеудачник же скажет: «Если бы только…», «Я бы, конечно…», «Да, но…». Непобедители говорят так: «Да, я поступил так, но по крайней мере я не…» или «Во всяком случае, спасибо и за это».

Сценарный аппарат

Чтобы понять, как действует сценарий и как найти «расколдовыватель», необходимо хорошо знать сценарный аппарат. Под сценарным аппаратом Эрик Берн понимает общие элементы любого сценария. И тут надо вспомнить три состояния Я, о которых мы говорили в самом начале.

Итак, элементы сценария по Эрику Берну:

1. Сценарный финал: благословение или проклятие

Один из родителей кричит в порыве гнева ребенку: «Пропади ты пропадом!» или «Чтоб ты провалился!» — это смертные приговоры и одновременно указания на способ смерти. То же самое: «Ты кончишь, как твой отец» (алкоголик) — приговор на всю жизнь. Это сценарный финал в форме проклятия. Формирует сценарий неудачников. Здесь надо иметь в виду, что ребенок все прощает и принимает решение только после десятков или даже сотен таких транзакций.

У победителей вместо проклятия звучит родительское благословение, например: «Будь великим!»

2. Сценарное предписание

Предписания — это то, что нужно делать (приказы), и то, чего делать нельзя (запреты). Предписание — самый важный элемент сценарного аппарата, который варьируется по степени интенсивности. Предписания первой степени (социально приемлемые и мягкие) — это прямые указания адаптивного характера, подкрепленные одобрением или мягким осуждением («Ты вела себя хорошо и спокойно», «Не будь слишком честолюбивым»). С такими предписаниями еще можно стать победителем.

Предписания второй степени (лживые и жесткие) не диктуются прямо, а внушаются окольным путем. Это лучший способ сформировать непобедителя («Не говори отцу», «Держи рот на замке»).

Предписания третьей степени формируют неудачников. Это предписания в форме несправедливых и негативных приказов, неоправданных запретов, внушаемых чувством страха. Такие предписания мешают ребенку избавиться от проклятия: «Не приставай ко мне!» или «Не умничай» (= «Пропади ты пропадом!») или «Перестань ныть!» (= «Чтоб ты провалился!»).

Чтобы предписание прочно укоренилось в сознании ребенка, его нужно часто повторять, а за отступления от него наказывать, хотя в отдельных крайних случаях (с жестоко избитыми детьми) достаточно одного раза, чтобы предписание запечатлелось на всю жизнь.

3. Сценарная провокация

Провокация порождает будущих пьяниц, преступников, а также другие типы пропащих сценариев. Например, родители поощряют поведение, ведущее к итогу — «Выпей!». Провокация исходит от Злого Ребенка или «демона» родителей, ее обычно сопровождает «ха-ха». В раннем возрасте поощрение быть неудачником может выглядеть так: «Он у нас дурачок, ха-ха» или «Она у нас грязнуля, ха-ха». Затем приходит время более конкретных поддразниваний: «Он когда стукается, то всегда головой, ха-ха».

4. Моральные догмы или заповеди 

Это наставления, как нужно жить, чем заполнить время в ожидании финала. Эти наставления обычно передаются из поколения в поколение. Например, «Экономь деньги», «Трудись усердно», «Будь хорошей девочкой».

Тут могут возникнуть противоречия. Отцовский Родитель вещает: «Экономь деньги» (заповедь), в то время как Ребенок отца подначивает: «Ставь все сразу в этой игре» (провокация). Это пример внутреннего противоречия. А когда один из родителей учит экономить, а другой советует тратить, то можно говорить о внешнем противоречии. «Береги каждую копейку» может означать: «Береги каждую копейку, чтобы потом пропить все сразу».

О ребенке, который оказался зажат между противоположными наставлениями, говорят «попал в мешок». Такой ребенок ведет себя так, как будто реагирует не на внешние обстоятельства, а отвечает на что-то в своей собственной голове. Если родители в «мешок» сунули какой-нибудь талант и подкрепили его благословением на победителя, это превратится в «мешок победителя». Но большинство людей в «мешках» — неудачники, поскольку не могут вести себя сообразно ситуации.

5. Родительские образцы 

Дополнительно родители делятся опытом, как в реальной жизни осуществлять их сценарные предписания. Это образец, или программа, формирующаяся по указанию родительского Взрослого. Например, девочка может стать леди, если мать научит ее всему, что должна знать настоящая леди. Очень рано, путем подражания, как большинство девочек, она может научиться улыбаться, ходить и сидеть, а позже ее научат одеваться, соглашаться с окружающими и вежливо говорить «нет».

В случае с мальчиком родительский образец скорее скажется в выборе профессии. Ребенок может сказать: «Когда вырасту, я хочу быть юристом (полицейским, вором), как отец». Но осуществится это или нет, зависит от материнского программирования, которое гласит: «Займись (или не займись) чем-нибудь рискованным, сложным, как (или не как) твой отец». Предписание начнет действовать, когда сын видит восхищенное внимание и гордую улыбку, с какими мать слушает рассказы отца о его делах.

6. Сценарный импульс 

У ребенка периодически появляются стремления, направленные против сценария, формируемого родителями, например: «Плюнь!», «Словчи!» (против «Работай на совесть!»), «Истрать все сразу!» (против «Береги копейку!»), «Сделай наоборот!». Это сценарный импульс, или «демон», который прячется в подсознании.

Сценарный импульс чаще всего проявляется в ответ на избыток предписаний и наставлений, то есть в ответ на сверхсценарий.

7. Антисценарий 

Предполагает возможность снятия заклятия, например, «Ты можешь преуспеть после сорока лет». Такое волшебное разрешение называется антисценарием, или внутренним освобождением. Но нередко в сценариях неудачников единственным антисценарием оказывается смерть: «Свою награду ты получишь на небесах».

Такова анатомия сценарного аппарата. Сценарный финал, предписания и провокации управляют сценарием. Они называются контролирующими механизмами и формируются до шести лет. Остальные четыре элемента могут быть использованы для борьбы со сценарием.

Варианты сценариев

Различные варианты сценариев Эрик Берн разбирает на примерах героев греческих мифов, сказок, а также на наиболее часто встречающихся в жизни персонажах. В основном это сценарии неудачников, поскольку именно с ними психотерапевты встречаются чаще всего. Фрейд, например, перечисляет бесчисленные истории неудачников, тогда как единственные победители в его работах — это Моисей, Леонардо да Винчи и он сам.

Итак, рассмотрим примеры сценариев победителей, непобедителей и неудачников, описанные Эриком Берном в его книге «Люди, которые играют в игры».

Варианты сценариев неудачников

Сценарий «Танталовы муки, или Hикогда»представлен судьбой мифического героя Тантала. Всем известна крылатая фраза «танталовы (то есть вечные) муки». Тантал был обречен страдать от голода и жажды, хотя вода и ветвь с плодами находились рядом, но все время миновали его губ. Тем, кому достался такой сценарий, родители запретили делать то, что им хотелось, поэтому их жизнь полна искушений и «танталовых мук». Они как бы живут под знаком Родительского проклятья. В них Ребенок (как состояние Я) боится того, чего они сильнее всего желают, поэтому они мучают себя сами. Директиву, лежащую в основании этого сценария, можно сформулировать так: «Я никогда не получу того, чего больше всего хочу».

Сценарий «Арахна, или Всегда» основан на мифе об Арахне. Арахна была великолепной ткачихой и позволила себе бросить вызов самой богине Афине и состязаться с ней в ткацком искусстве. В наказанье она была превращена в паука, вечно ткущего свою паутину.

В данном сценарии «всегда» — это ключ, который включает действие (причем негативное). Этот сценарий проявляется у тех, кому родители (учителя) постоянно со злорадством говорили: «Ты всегда будешь бомжом», «Ты всегда будешь таким ленивым», «Ты всегда не доводишь дело до конца», «Ты навсегда останешься толстой». Этот сценарий порождает цепь событий, которая обычно именуется «полосой неудач» или «полосой невезения».

Сценарий «Дамоклов меч». Дамоклу на один день было позволено блаженствовать в роли царя. Во время пира он увидел обнаженный меч, висящий на конском волосе над его головой, и понял призрачность своего благополучия. Девиз этого сценария: «Пока радуйся жизни, но знай, что потом начнутся несчастья».

Ключ этого жизненного сценария — это зависший меч над головой. Это программа на выполнение какой-то задачи (но задачи не своей, а родительской, причем негативной). «Вот выйдешь замуж, наплачешься» (в итоге: или неудачное замужество, или нежелание выходить замуж, или сложности в создании семьи и одиночество).

«Когда вырастишь ребенка, тогда ты почувствуешь себя на моем месте!» (в итоге: или повторение неудачной программы своей матери после того, как вырастет ребенок, или нежелание иметь ребенка, или вынужденная бездетность).

«Гуляй, пока молодой, потом наработаешься» (в итоге: или нежелание работать и тунеядство, или с возрастом — тяжелый труд). Как правило, люди с этим сценарием живут одним днем в постоянном ожидании несчастий в будущем. Это бабочки-однодневки, их жизнь бесперспективна, в результате они часто становятся алкоголиками или наркоманами.

«Снова и снова»— это сценарий Сизифа, мифического царя, который разгневал богов и за это вкатывал на гору камень в подземном мире. Когда камень достигал вершины, он срывался вниз, и все приходилось начинать снова. Это также классический пример сценария «Чуть-чуть не…», где одно «Если бы только…» следует за другим. «Сизиф» — сценарий неудачника, поскольку, приблизившись к вершине, он каждый раз скатывается вниз. В основе его лежит «Снова и снова»: «Старайся, пока можешь». Это программа на процесс, а не результат, на «бег по кругу», бестолковый, тяжелый «сизифов труд».

Сценарий «Розовая Шапочка, или Бесприданница». Розовая Шапочка — сирота или по каким-то причинам чувствует себя сиротой. Она сообразительна, всегда готова дать добрый совет и весело пошутить, но мыслить реалистически, планировать и реализовывать планы не умеет — это она оставляет другим. Она всегда готова прийти на помощь, в результате приобретает много друзей. Hо каким-то образом она в конце концов остается в одиночестве, начинает пить, принимать стимуляторы и снотворное и часто думает о самоубийстве.

Розовая Шапочка — сценарий неудачницы, поскольку, чего бы она ни добивалась, она все теряет. Этот сценарий организован по принципу «нельзя»: «Это тебе нельзя делать, пока не встретишь принца». В основе его лежит «никогда»: «Никогда не проси ничего для себя».

Варианты сценариев победителей

Сценарий «Золушка».

У Золушки было счастливое детство, пока была жива ее мать. Затем она страдала до событий на балу. После бала Золушка получает выигрыш, полагающийся ей по сценарию «победителя».

Как же разворачивается ее сценарий после свадьбы? Вскоре Золушка делает удивительное открытие: самыми интересными для нее людьми оказываются не придворные дамы, а посудомойки и служанки, занятые на кухне. Путешествуя в карете по маленькому «королевству», она часто останавливается, чтобы поговорить с ними. Со временем этими прогулками начинают интересоваться и другие придворные дамы. Однажды Золушке-Принцессе пришло в голову, что неплохо бы собрать вместе всех дам, ее помощниц, и обсудить их общие проблемы. После этого родилось «Дамское общество помощи бедным женщинам», избравшее ее своим президентом. Так «Золушка» нашла свое место в жизни и даже сделала вклад в благосостояние своего «королевства».

Сценарий «Зигмунд, или “Если не выходит так, попробуем иначе”». 

Зигмунд решил стать великим человеком. Он умел работать и поставил себе целью проникнуть в высшие слои общества, которые стали бы для него раем, но его туда не пускали. Тогда он решил заглянуть в ад. Там не было высших слоев, там всем было все равно. И он обрел авторитет в аду. Успех его был столь велик, что скоро высшие слои общества переместились в преисподнюю.

Это сценарий «победителя». Человек решает стать великим, но окружающие создают ему всяческие препятствия. Он не тратит время на их преодоление, он все обходит стороной, и становится великим в другом месте. Зигмунда ведет по жизни сценарий, организованный по принципу «можно»: «Если не получается так, можно попытаться иначе». Герой взял неудавшийся сценарий и превратил его в успешный, причем вопреки противодействию окружающих. Это удалось благодаря тому, что оставлялись открытые возможности, позволяющие обойти препятствия, не сталкиваясь с ними лоб в лоб. Такая гибкость не мешает достижению желаемого.

КАК САМОСТОЯТЕЛЬНО ВЫЯВИТЬ СВОЙ СЦЕНАРИЙ

Эрик Берн не дает четких рекомендаций, как самостоятельно распознать свой сценарий. Для этого он предлагает обращаться к сценарным психоаналитикам. Он даже про себя пишет: «Что касается лично меня, то я не знаю, играю ли я по-прежнему по чужим нотам или нет». Но кое-что сделать все-таки можно.

Есть четыре вопроса, честные и продуманные ответы на которые помогут пролить свет на то, в какой сценарной клетке мы находимся. Вот эти вопросы:

1.Каков был любимый лозунг ваших родителей? (Он даст ключ к тому, как запустить антисценарий.)

2.Какую жизнь вели ваши родители? (Продуманный ответ на этот вопрос даст ключ к навязанным вам родительским образцам.)

3.Каков был родительский запрет? (Это наиболее важный вопрос для понимания поведения человека. Часто бывает так, что какие-то неприятные симптомы, с которыми человек обращается к психотерапевту, — это замена запрета родителей или протест против него. Как говорил еще Фрейд, освобождение от запрета избавит пациента и от симптомов.)

4.Какие ваши поступки заставляли родителей улыбаться или смеяться? (Ответ позволяет выяснить, какова альтернатива запрещенному действию.)

Берн приводит пример родительского запрета для сценария алкоголика: «Не думай!» Пьянство — это программа замены мышления.

«РАСКОЛДОВЫВАТЕЛЬ», ИЛИ КАК ОСВОБОДИТЬСЯ ОТ ВЛАСТИ СЦЕНАРИЯ

Эрик Берн вводит такое понятие, как «расколдовыватель», или внутреннее освобождение. Это «устройство», отменяющее предписание и освобождающее человека из-под власти сценария. В рамках сценария это «устройство» для его саморазрушения. В одних сценариях оно сразу бросается в глаза, в других его надо искать и расшифровывать. Иногда «расколдовыватель» таит в себе иронию. Такое обычно бывает в сценариях неудачников: «Все наладится, но после твоей смерти».

Внутреннее освобождение может быть ориентировано либо на событие, либо на время. «Когда встретишь Принца», «Когда умрешь, сражаясь» или «Когда родишь троих» — это событийно ориентированные антисценарии. «Если переживешь возраст, в котором умер твой отец» или «Когда проработаешь в фирме тридцать лет» — это антисценарии, временно ориентированные.

Чтобы освободиться от сценария, человеку требуются не угрозы и не приказы (приказов у него в голове и так достаточно), а разрешение, которое освободило бы его от всех приказов. Разрешение — главное орудие в борьбе со сценарием, ибо оно в основном дает возможность освободить человека от предписания, наложенного родителями.

Нужно разрешить что-то своему Я-состоянию Ребенка со словами: «Все в порядке, это можно» или наоборот: «Ты не должен…» В обоих случаях звучит также обращение к Родителю (как своему состоянию Я): «Оставь его (Я-Ребенка) в покое». Такое разрешение работает лучше, если оно дано авторитетным для вас человеком, например психотерапевтом.

Эрик Берн выделяет позитивные и негативные разрешения. С помощью позитивного разрешения, или лицензии, нейтрализуется родительское предписание, а с помощью негативного — провокация. В первом случае «Оставь его в покое» означает «Пусть он это делает», а во втором — «Не принуждай его к этому». Некоторые разрешения совмещают в себе обе функции, что ясно видно в случае антисценария (когда Принц поцеловал Спящую Красавицу, он одновременно дал ей разрешение (лицензию) — проснуться — и освободил от проклятия злой колдуньи).

Если родитель не хочет внушать своим детям то же самое, что было когда-то внушено ему самому, он должен осмыслить Родительское состояние своего Я. Его долг и обязанность заключаются в контроле своего Отцовского поведения. Только поставив своего Родителя под надзор своего Взрослого, он может справиться со своей задачей.

Трудность заключается в том, что мы часто относимся к своим детям как к нашей копии, нашему продолжению, нашему бессмертию. Родители всегда довольны (хотя могут не показывать вида), когда дети им подражают, даже в дурном отношении. Именно это удовольствие и нужно поставить под Взрослый контроль, если мать и отец хотят, чтобы их ребенок чувствовал себя в этом громадном и сложном мире более уверенным и более счастливым человеком, чем они сами.

Негативные и несправедливые приказы и запреты должны быть заменены на разрешения, которые не имеют ничего общего с воспитанием вседозволенностью. Важнейшие разрешения — это разрешения любить, изменяться, успешно справляться со своими задачами, думать самому. Человека, обладающего подобным разрешением, видно сразу, так же как и того, кто связан всевозможными запретами («Ему, конечно, разрешили думать», «Ей разрешили быть красивой», «Им разрешено радоваться»).

Эрик Берн уверен: разрешения не приводят ребенка к беде, если не сопровождаются принуждением. Истинное разрешение — это простое «можно», как, например, лицензия на рыбную ловлю. Мальчишку никто не заставляет ловить рыбу. Хочет — ловит, хочет — нет.

Эрик Берн особенно подчеркивает: быть красивой (так же, как иметь успех) — это вопрос не анатомии, а родительского разрешения. Анатомия, конечно, влияет на миловидность лица, однако лишь в ответ на улыбку отца или матери может расцвести настоящей красотой лицо дочери. Если родители видели в своем сыне глупого, слабого и неуклюжего ребенка, а в дочери — уродливую и глупую девочку, то они такими и будут.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Свой бестселлер «Люди, которые играют в игры» Эрик Берн начинает с описания своей главной концепции: транзактного анализа. Суть этой концепции заключается в том, что каждый человек в любой период времени находится в одном из трех Эго-состояний: Родителя, Ребенка или Взрослого. Задача каждого из нас — добиться доминирования в нашем поведении Эго-состояния Взрослого. Именно тогда можно говорить о зрелости личности.

После описания транзактного анализа Эрик Берн переходит к концепции сценариев, которой и посвящена эта книга. Основной вывод Берна таков: будущая жизнь ребенка программируется до шести лет, и дальше он живет по одному из трех жизненных сценариев: победителя, непобедителя или неудачника. Конкретных вариаций у этих сценариев очень много.

Сценарий по Берну — это постепенно развертывающийся жизненный план, который формируется в раннем детстве в основном под влиянием родителей. Часто сценарное программирование происходит в негативной форме. Родители забивают головы детей ограничениями, приказами и запретами, таким образом воспитывая неудачников. Но иногда дают и разрешения. Запреты затрудняют приспособление к обстоятельствам, тогда как разрешения предоставляют свободу выбора. Разрешения не имеют ничего общего с воспитанием вседозволенностью. Важнейшие разрешения — это разрешения любить, изменяться, успешно справляться со своими задачами, думать самому.

Чтобы освободиться от сценария, человеку требуются не угрозы и не приказы (приказов у него в голове и так достаточно), а все те же разрешения, которые освободили бы его от всех родительских приказов. Разрешите самому себе жить по собственным правилам. И, как советует Эрик Берн, отважьтесь наконец-то сказать: «Мама, лучше я сделаю по-своему».

 

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

Эмоционально-образная терапия в работе с паническими атаками

Эмоционально-образная терапия в работе с паническими атаками

Сухина И.С.

1. Паника – это тревога, характеризующаяся внезапным началом и высокой интенсивностью. Слово «паника» берёт своё происхождение от имени древнегреческого бога Пана. Согласно мифам, неожиданно появившийся ПАН вызывал такой ужас, что человек опрометью бросался бежать, не разбирая дороги.

Чувство паники или страха может быть, как сильно выражено в момент приступа, особенно в дебюте заболевания, так и полностью отсутствовать, заменяясь ощущением тоски, безысходности, чувством жалости к себе. В таких случаях на первый план выступают различные вегетативные проявления: повышение артериального давления, сердцебиения, боли в сердце или головная боль, удушье и другие.

2. Вегетативные приступы (вегето-сосудистые кризы, панические атаки), обычно начинаются в возрасте 20-40 лет — это характерное для взрослых течение вегетативной дисфункции чаще встречается у женщин.

Вегетативная нервная система состоит из двух отделов:

симпатический обеспечивает нашему организму напряжение, необходимое для борьбы или бегства (таковы варианты поведения в ситуации стресса);
парасимпатический, наоборот, заведует нашим отдыхом, покоем и пищеварением.

Если в работе вегетативной системы преобладает активность симпатического отдела вегетативной нервной системы, то возникает, так называемый, симпатоадреналовый приступ (криз). Обычно он начинается с головной боли или боли в области сердца, сердцебиения, покраснения или бледности лица. Поднимается артериальное давление, учащается пульс, повышается температура тела, появляется озноб, иногда возникает беспричинный страх.

Если в работе вегетативной нервной системы преобладает активность парасимпатического отдела, то развивается, так называемый, вагоинсулярный приступ (криз), характеризующийся общей слабостью, потемнением в глазах. Появляются потливость, тошнота, жидкий и учащенный стул, частое мочеиспускание, головокружение, снижается артериальное давление и температура тела, замедляется пульс.

3. Паническая атака — симпатоадреналовый криз на фоне невроза с нарушением функции вегетативной нервной системы. В этом случае криз запускается головным мозгом (высшими центрами вегетативной нервной системы), который дает надпочечникам ошибочную команду к выделению избыточного количества адреналина.

Панические атаки на фоне невроза — самая распространенная форма симпатоадреналовых кризов.

Психологическая подоплека панических атак — недопережитые и вытесненные в бессознательное психологические травмы и переживания.

4. Паническое расстройство — периодическое появление повторных внезапных панических атак.

Люди, страдающие паническим расстройством, с тревогой ожидают повторения атак, беспокоятся по поводу ее возможных последствий (смерть, автомобильная авария, неспособность выполнять свои обязанности).

Они часто связывают свои атаки с определенными ситуациями (нахождение в метро, удаление далеко от дома) и могут наполнять будущие панические атаки ожиданием попадания в такую ситуацию.

5. Происхождение панического расстройства

Что такое паническое расстройство?

Паническое расстройство является настоящим заболеванием, имеющим как психическую, так и соматическую основу. Хотя стрессовые ситуации или психологические конфликты и могут усугубить симптоматику панического расстройства, его причиной всё же являются биологические нарушения в центральной нервной системе.

В основе панического расстройства лежат нарушения обмена нейромедиаторов (серотонина, норадреналина, ГАМК). Нередко первая паническая атака появляется в состоянии тяжелого похмелья, когда расшатана вегетативная нервная система.

Факторами, способствующими возникновению панических атак, являются:

• органическое поражение головного мозга (последствия патологии беременности, асфиксии в родах, черепно-мозговых травм, сотрясений мозга)
• злоупотребление алкоголем
• наследственная предрасположенность
• стрессы, эмоциональное переутомление

6. Группа риска

Возникновению и закреплению панических атак способствуют такие черты характера:

• тревожность, мнительность, пессимизм;
• повышенная чувствительность к телесным сигналам;
• такие люди с трудом говорят о своих чувствах и заявляют о собственных потребностя (алекситимия- термин, в общем случае описывающий затруднения человека в определении, понимании и выражении собственных эмоций);
• они считают важными лишь физические недуги и недооценивают значимость психологических моментов.

pic-08.png
pic-08.png (141.76 КБ) Просмотров: 4243

7. Стрессовые ситуации, которые могут повлечь за собой закрепление панических атак, делятся на несколько групп:

1) «Хочу, но не могу». Реализации желаний препятствуют или сознательные запреты, которые человек ставит сам себе, или объективные обстоятельства. Но в любом случае — есть препятствие. Если человек не может его преодолеть, может случиться «уход в болезнь».
2) «Новичок». Эти ситуации связаны с тем, что человек попадает в новые для себя обстоятельства жизни.
3) «Отголоски прошлого». Если человек в прошлом (даже несколько лет назад) пережил какую-то травмирующую ситуацию, например, военные действия, криминал, тяжелую болезнь, которую смогли вылечить, то эти ситуации исподволь могут влиять на его жизнь.

8. Паническая атака всегда влечет за собой какую-то «прибыль» (внимание и забота близких, удержание рядом с собой супруга и детей, возможность не работать или как-то иначе уменьшить социальную нагрузку и др.), от которой человеку сложно отказаться. И эта «прибыль» неизменно выше, чем «затраты» (страхи и приступы). Избавиться от панических атак вполне возможно, но нужно быть готовым встретиться лицом к лицу с проблемами, которые к ним привели. Правда, есть один «тонкий» момент. Организм, познавший невротический путь бегства от проблемы, может применить этот способ и в новой стрессовой ситуации.

9. Картина личности

Что касается психодинамических условий, то в первую очередь следует выделить фиксацию и симбиотические отношения с матерью, прежде всего у молодых мужчин. Среди больных с кардиофобией много единственных в семье детей, часто растущих без отца. Здесь также много младших сыновей, которые очень привязаны к матери.

Фрейд впервые констатировал, что это не столько отвержение само по себе, сколько общая изнеженность, которая делает позже человека не способным отказаться от любви или хотя бы временно довольствоваться меньшим. Чрезмерная ранняя привязанность предрасполагает к неврозу.

Что касается личности, то, как и при других психосоматических заболеваниях, имеется два противоположных типа личности (поведения): тип А, который демонстрирует непосредственно симбиотическую зависимость, и тип Б, который не терпит этих унизительных ситуаций и ведет себя подчеркнуто независимо, проявляя демонстративные псевдонезависимые реакции в своих осознанных и неосознанных поступках (Richter, Beckmann, 1973).

Особенности клиентов с «панической атакой» (картина личности)
(из опыта психотерапевтической работы Сухиной И.С.)

1. Единственные или младшие дети в семье с гиперопекающей и контролирующей матерью.
2. Отец отсутствовал, или семья была на грани развода в период раннего детства.
3. Отсутствие грудного вскармливания.
4. Ребенок 1-го года жизни много времени находился один.
5. Ребенок родился ослабленным и много болел в детстве.
6. В школьные годы общение с ребенком сводилось к указаниям и заботе о здоровье. Мнением ребенка и его переживаниями никто не интересовался.
7. Во взрослой жизни наблюдались трудности оценки ситуации и принятия решений.
8. Готовность исполнять чужие желания и указания, безотказность, стремление угодить другим.
9. Трудности дифференциации своих эмоций (они описываются в терминах «хорошо-плохо») или вместо описания эмоций – описание телесных ощущений.
10. Трудности общения в детстве и во взрослой жизни (в общении пассивность, иногда навязчивость).
11. Страх возможной потери близких людей, подавление гнева и сексуальной неудовлетворенности. Стараются не показывать другим своего недовольства из страха отвержения.
12. Болезнь, как способ выхода из сложной, в основном, не осознаваемой ситуации и способ не остаться в одиночестве.

Особенности психотерапевтической работы с клиентами с «Панической атакой»

1. Такие клиенты считают свою болезнь только физическим недугом. Они никогда не пытались разобраться в ее психологической составляющей, и она явилась для них полным откровением.
2. Им очень трудно говорить о своих чувствах и говорить о себе вообще.
3. Такие клиенты пассивны в терапии, и у них нет внутренней работы между сессиями.
4. В процессе работы соматические проявления «панической атаки» часто проходят через обострение, а затем уменьшаются до исчезновения, при этом начинают ярче проявляться негативные эмоции (страх, тревога, беспокойство, раздражение), которые затем тоже уменьшаются. Симпатические проявления могут сменяться парасимпатическими.
5. Почти все образы отражают страх и подавленный гнев.
6. В процессе терапии часто выясняется, что клиент был на грани смерти во внутриутробном периоде и/или в раннем детстве.
7. Во время «панической атаки» человек психически и телесно повторно проживает состояние близкое к смерти, когда-то им уже пережитое в раннем детстве или/и внутриутробном периоде.
8. Над чем в основном пришлось работать:
— принятие и оказание поддержки Внутреннему ребенку, начиная с внутриутробного периода;
— выражение подавленного гнева;
— прояснение неосознаваемой конфликтной ситуации в настоящем времени;
— поиск и осознание собственных желаний, эмоций;
— обучение анализу жизненных ситуаций и оценке результатов своих поступков.

Описание одной из сессий, проведенных Сухиной Ириной с клиенткой М. 35 лет, страдающей паническим расстройством

Паническая атака последний раз началась у М., после того как она в течение 2 часов не могла дозвониться до мужа. У нее появилась «паника, резкая слабость, сердце выскакивало, резко затошнило и сдавило грудь».

В ходе ранее проведенной работы удалось выяснить, что родители ее мамы были против брака ее родителей, что первые 6 месяцев жизни она подолгу оставалась одна, грудного вскармливания практически не было, а после полугода родители расстались, и отца она не видела до 19 лет. Панические атаки начались 1,5 года назад на фоне длительной стрессовой ситуации в семье, и после того как у соседей сгорела баня.

Исходя из перечисленных симптомов и истории жизни, я предположила, что у М. во время приступа какая-то часть личности (Внутренний ребенок, которому страшно) стремиться убежать – «покинуть тело».

Объясню, почему у меня появилась такая гипотеза. Активизация симпатической части вегетативной нервной системы, которая происходит у человека во время Панической атаки, обеспечивает возможность бегства или нападения. Если мы рассмотрим указанные симптомы (паника, резкая слабость, сердце выскакивало, резко затошнило и сдавило грудь) – это конечно бегство, а с помощью тошноты и рвоты тело стремится от чего-то избавиться.

Желание убежать возникает в сложных для клиентки ситуациях, угрожающих её безопасности (недоступность мужа или сына, гроза (гром и молния), поездка на работу и любой выезд из дома, забор крови на анализ и т. д.). Возникает вопрос, почему у М. такие обычные для большинства взрослых людей ситуации вызывают страх и желание убежать. Я думаю, что ситуацию здесь оценивает не взрослая часть личности, а беззащитный Внутренний ребёнок, для которого данные ситуации действительно являются угрожающими. Причем, как показала проведенная ранее терапия, это часть личности является у клиентки доминирующей.

Я спросила М.: «Какая часть ее личности хочет убежать, выскочить из тела?»
Она ответила, что это громадная оранжевая тыква с большим хвостиком, которая находилась в груди, она уже созрела, и ей стало мало места, потому что в груди всё сжимается. (Тыква напоминает матку, созревшую для родов, похоже, что Внутренний ребенок оказался еще не родившимся.)

На вопрос, что сжимает и давит на грудь, клиентка ответила, что это красный кирпич. Так как образ камня обычно символизирует подавленные «окаменевшие» чувства, обиду, я предложила ей разрешить кирпичу высвободить энергию чувства с помощью воображаемого звука. М. «услышала» звук бьющегося стекла и «увидела» осколки стекла, вылетавшие из кирпича. Я спросила, чем было стекло до того как оно разбилось.

Оказалось, что стекло раньше было бутылочкой из-под детского питания, которая находилась внутри кирпича. То есть в кирпич было замуровано чувство недовольства ребенка, связанное с неудовлетворительным кормлением и заботой в младенчестве.

Я предложила клиентке удовлетворить оральные потребности этого Внутреннего ребёнка, представив себя грудным младенцем и накормив его досыта из бутылочки.

После этого давление на грудь прекратилось, кирпича не стало, М. свободно вдохнула, и сказала, что тыква теперь на месте, ей не тесно, и она уже не хочет выскочить из тела. Я спросила, что нужно этому Внутреннему ребёнку, чтобы он больше не пытался в страхе покинуть тело. Она ответила, ребёнок будет спокоен, если все близкие (муж и сын) будут всегда доступны.

Понятно, что нужно работать дальше. Можно сделать вывод, что в младенчестве М. часто было одиноко, страшно и голодно, что и сформировало испуганного и боящегося остаться в одиночестве Внутреннего ребенка. Возможно, угроза для жизни была и у еще не родившегося ребенка. А панические атаки помогают ей привлечь внимание и заботу близких людей.

Когда М. пришла на следующую сессию, она сообщила, что стала реже звонить мужу и уже спокойно переносит, когда он не доступен. Телесные проявления панических атак заметно уменьшились, а эмоции (в том числе страх и гнев) стали ярче и понятнее.

Размышления, возникшие позже

Созревшая тыква с семенами, которой стало тесно, сильно напоминает матку с переношенным плодом. Ему уже пора рождаться, питания не хватает, но он не выходит, так как боится не выжить вне матки-матери, а тут худо-бедно жить можно. Эта тема появлялась в последующих сессиях, но здесь ребёнок рождаться не стал.

Часто в рисунках, образах у клиентки появлялся маленький зверёк, который пытался от страха спрятаться в норку, но весь там не помещался. То есть первоначальная гипотеза, о том, что Внутренний ребёнок хочет убежать от опасностей, верна, но убежать он хочет обратно в материнскую утробу (норку).

Может быть, корни панических атак уходят в страх перед необходимым рождением (страх перед предстоящей жизнью), а потом и перед всем непредсказуемым?

Тогда задача состоит в том, чтобы помочь ребенку, наконец, отделиться от материнского тела (родиться) и начать отдельную от матери жизнь, принимая и осваивая без «паники» окружающий мир. Дальнейшая работа и была этому посвящена.

Результат: Нормализовалось артериальное давление и сердцебиение, прошла тошнота. Приступы тревоги стали контролируемы и, несмотря на эмоции, сохраняется способность действовать. Отношения с мужем стали более открытыми в выражении чувств и желаний, исчезло раздражение и дискомфорт, возникавшие ранее при его появлении. Перестала бояться летать на самолете.

 

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

Лечение панических атак

Лечение панических атак

Линде Н.Д.

Как лечить панические атаки?

Панические атаки представляются чем-то загадочным и непреодолимым. Многие считают, что это заболевание пожизненное, надо просто приспособиться и постоянно лечиться. Скажу кратко, что я считаю, что, работая в рамках Эмоционально-образной терапии, мне удалось разгадать то, как устроены панические атаки, понять, в чем их причина и найти общее для всех случаев психологическое «лечение» этой проблемы. Такое заявление может показаться слишком самоуверенным, но я расскажу, как это произошло. Знаете, открытие пенициллина произошло ведь случайно, так же случайно я натолкнулся на разгадку природы панических атак. Но это было возможно только в работе методом ЭОТ, почему, будет ясно из дальнейшего.

Как-то пришла ко мне на консультацию молодая женщина, которая уже три года страдала паническим расстройством и совершенно отчаялась в надежде от него избавиться. «Вот, смотрите, у меня руки постоянно трясутся, не надо даже глаза закрывать!» — говорит она. Кисти ее рук действительно непрерывно тряслись! — «Я ужасно боюсь сойти с ума! Можете ли Вы дать мне гарантию, что я не шизофреник?» Я говорю: «Легко. Любую бумагу подпишу, я невооруженным глазом вижу, что ты не шизофреник!» Она: «А потом? Я ведь потом могу сойти с ума…У нас соседка шизофреничка! Это такой ужас! Я боюсь стать такой! Вы мне можете гарантировать, что я потом не сойду с ума?! Я же могу повредить моему ребенку, убить моего мужа…»

Я говорю:

— Представьте на этом стуле ту сумасшедшую Марину (имя изменено), которой Вы так боитесь стать.

— О! Она такая ужасная! У нее такие патлы на голове. У нее страшные когти на руках. Она такая злая! Она может разорвать кого угодно. Она может повредить даже моему ребенку!

— Примите ее как часть Вашей личности! Чтоб она вошла в Ваше тело, как душа входит в фантастических фильмах.

— Да Вы что, я же тогда с ума сойду, я кому-нибудь могу повредить!

— Принимайте! Хуже уже не будет!

И она приняла! Тут же ее руки перестали дрожать и спокойно легли на колени! После этого мы еще 40 минут проговорили, и ее руки ни разу не дрогнули!

В итоге я сказал:

— Вся Ваша проблема происходит из-за внутреннего расщепления и борьбы с самой собой. Чем больше Вы отвергаете саму себя, тем больше «материала» перемещается в отвергаемую часть. Она рвется к Вам обратно, и Вам все труднее ее сдерживать, но Вы стараетесь, и все больше боитесь. Страх усиливается именно в тех ситуациях, когда Вы ощущаете, что никто не придет на помощь. А в помощи нуждается именно Ваша отвергаемая часть. Когда же Вы приняли саму себя, вся проблема исчезла!

Девушка ушла абсолютно спокойной. Она никому не хотела повредить и не боялась сойти с ума. Но через пару дней позвонила мне в состоянии ужасной паники:

— Мне еще хуже! У меня состояние полной дереализации!

— Что это значит?

— Я не понимаю, то, что вокруг меня — это реально или нет?! Мне иногда кажется, что я в какой-то иной реальности!

— Приезжайте!

Опять мы создали образ «дереализованной» Марины, она его приняла как часть своей личности, и вся так называемая «дереализация» тут же прошла! Понятно, что только через представление «ужасного» образа и его принятие можно было понять суть внутреннего конфликта клиентки. Это было возможно только благодаря применению метода ЭОТ.

Она еще пять раз запугивала себя и меня какими-то «сумасшедшинками», потом принимала их как части своей личности и успокаивалась. Она поняла, что причина коренится в ее детстве, когда она боялась поведения отца-алкоголика и отрицала саму себя. На последнем занятии она поняла, что недовольна отношениями с мужем, что злится на него и боится его авторитарности, что тоже провоцирует ее панические атаки. Она полностью выздоровела, о чем мне сказала ее подруга «по болезни», которой Марина рекомендовала меня, и с которой мы работали по скайпу почти год. Она жила на Украине.

Эта подруга сильно сопротивлялась, но, как потом призналась, эффект почувствовала сразу, на первом же сеансе, после того, как приняла свою «больную» часть, то есть внутреннего ребенка, которого в детстве постоянно критиковала мать. Она вышла после сеанса к мужу и сказала, что уже чувствует себя хорошо и спокойно, и спросила: «Это что? Волшебство?!» Муж ответил: «Волшебство!»

Дело в том, что она уже 6 лет лечилась у разных врачей, пила разные таблетки, выполняла разнообразные рекомендации и ограничивала свою жизнь разными способами. Ничто, естественно, не помогало. Она не могла поверить в то, что все обстоит так просто, как я объяснял! Это открытие принесло много разочарований: во врачах, в самой себе, в маме…Она не могла привыкнуть к мысли, что ей теперь открыта вся нормальная жизнь, что она не сумасшедшая и не надо ложится в больницу… Не могла привыкнуть, что простую истину открыл какой-то малоизвестный психолог… Не могла смириться, что столько усилий за 6 лет жизни было потрачено напрасно!

Поэтому она еще долго сопротивлялась… В конце занятий она сказала, что ей стало почти совсем хорошо, но еще немного страхов осталось, но она дальше справится сама… Я понял по косвенным признакам, что страхи ей еще были выгодны, ими она могла запугивать своего мужа! Иначе он мог бы подумать, что она столько лет притворялась и зря его морочила! Но на этом мы расстались…

Но недавно, полгода назад, она опять написала мне, что «два года после нашей работы жила просто как в раю!», а теперь у нее опять вернулись страхи. Почему это может быть? Я сказал, что какие-то события, видимо, спровоцировали ее опять на то, чтобы отвергнуть саму себя… Учитывая то, что происходило и происходит на Украине, это легко понять, тем более, что ее муж — военный. Я предложил ей снова поработать по скайпу, но она ответила, что сразу все поняла и справится сама. Я думаю, что она справилась.

Были еще разные случаи, которые подтверждают основную концепцию, независимо от того, что они не были завершены, не было «хэппи-энда» по разным причинам. Чаще всего это одна и та же причина – клиенты отказывались от дальнейшей работы, не веря в эффективность такой простой схемы. Но другая причина состояла в том, что панические атаки имеют еще и существенный истерический компонент. То есть клиент в состоянии паники испытывает состояние полной беспомощности и хочет, чтобы его кто-то спас! Этот кто-то, как правило, мама, которой и адресуется паническая атака, даже если она никак не может ее увидеть. Как говорил один взрослый, сильный и относительно богатый клиент, жалуясь на равнодушие близких людей: «И ведь никто не пойдет со мной посидеть в очереди к врачу в поликлинике!» Из одной этой фразы специалист легко поймет, какую выгоду извлекал он из панических атак, и как в детстве обращалась с ним мама.

Одна молодая женщина, страдавшая от панических атак, представляла свой страх как ужасное чудовище. Я предложил ей погладить это жуткое чудовище и сказать ему, что оно хорошее. После двух-трех повторений чудовище превращалось в маленькую девочку. Она принимала ее, но не очень искренне. Я объяснял ей, что ее страх — это страх маленькой девочки, которая боялась отца, когда он приходил пьяный и бил мать. Что принятие успокаивает Ребенка, и от этого ее собственный страх тоже проходит. Она удивлялась, но опыт снова и снова подтверждал мою правоту. Но дома она снова боролась со своим страхом, отвергала его, и паника повторялась вновь и вновь, несмотря на мои объяснения и положительный опыт. Наконец, на пятый раз она заявила: «Николай Дмитриевич, я всю неделю мечтала о том, как я приду к Вам, и Вы избавите меня наконец от моего страха! А Вы опять мне говорите, что я должна что-то сама делать! Вы меня не понимаете!» Очень недовольная она ушла, и ее панические атаки как-то сами собой прошли… Об этом она рассказала мне через два года, когда пришла снова, потому что панические атаки возобновились.

Точно так же я работал с ней и в этот раз и добился большего понимания. Она согласилась, что только она сама может себе помочь, что я прав в том, почему у нее происходят эти атаки. Она согласилась, что неправильно потакать собственной беспомощности. Но все-таки она думала, может быть правильнее лечь в больницу? В клинику неврозов? Я сказал, что она сама вправе это решать, но лечь в клинику — это значит опять проявить свою беспомощность и отдать все полномочия врачам, что будет закреплять ее «болезнь». Она согласилась, записалась на следующий сеанс, а когда наступил день приема, позвонила и говорит: «Николай Дмитриевич, я к Вам не приду, я уже в больнице». Вот такой расклад…Но я понимаю, у нее богатый муж, и было полезно и удобно запугивать его своими страхами…

Еще одна история длилась целый год. Молодой человек 19 лет, из одной бывшей союзной республики, писал мне «в личку» в фейсбуке. Я сразу сказал ему, что надо принять своего Внутреннего Ребенка, но он под разными предлогами отказывался это делать. Он сопротивлялся, злился на меня, спорил, уходил в бесконечную интеллектуализацию, оправдывался папой и мамой, и братом-наркоманом, как будто бы если он выздоровеет, то он тем самым их всех бросит… Действительно, его папа в свое время бил маму. А мама ко всем придиралась, во все лезла и всех ругала! Но прежде всего, он сам себя не принимал в детстве, потому что был беден, чем-то некрасив, мыл машины для помощи семье, боялся отца… Он создал себе мечту, что станет большим и сильным, настоящим мачо и т.д., и всем докажет! А я убеждал его, что ему надо принять маленького трусливого мальчика из детства. С этим он не мог согласиться.

Только «вчера» он согласился сделать это. Ему действительно сразу стало лучше. В результате буквально «вчера» он понял, что это путь к здоровью. Он обещал, что будет дальше развивать этот путь, что откажется от бесконечной интеллектуализации и стремления к достижениям, даже если мама будет недовольна. Но я не уверен еще, будет ли он верен своим обещаниям. Я думаю, мы еще будем с ним общаться. Но еще раз я убедился, что модель происхождения панических атак, которую я сформулировал, абсолютно верна и будет еще много раз подтверждена на разных случаях и на разных клиентах. Время покажет, но я хотел поделиться этими результатами со своими коллегами.

Еще раз сформулирую основные положения:

  1. Пациент с паническими атаками вытесняет часть своей личности, которая ему чем-то не нравится. Она наполнена хроническим состоянием страха;
  2. Эта часть личности, естественно, снова и снова возвращается к нему, а он пугается ее и снова с ней борется;
  3. Чем больше он с ней борется, тем больше «материала» вытесняется в эту часть и тем сильнее она становится;
  4. Эта часть личности обычно является детской частью клиента, его Внутренним Ребенком;
  5. В детстве клиент подвергался критике, нападкам со стороны родителей, возможно получил предписание «не живи»;
  6. Часто в детстве клиент наблюдал скандалы и даже драки между родителями, например, когда отец бил мать;
  7. Ребенок считал себя виноватым в чем-то и ответственным за отношения родителей и счастье семьи, он стыдился чего-то и отказывался от самого себя.

Лечение состоит в том:

  1. Чтобы взрослый клиент принял отвергаемую им часть личности как неотъемлемую и любимую часть;
  2. Перестал злиться на самого себя;
  3. Отказался от комплекса беспомощности и принял на себя функции защитника детской части личности;
  4. Снял с себя ответственность за отношения родителей в детстве, за семью сегодня;
  5. Разрешил всем членам семьи самим заработать свое счастье и здоровье;
  6. Научился заботиться о самом себе, признал себя хорошим и благословил себя на счастливую жизнь.

P.S. (10.08.15)

Был на небольшой конференции по ЭОТ под Тверью, и привез оттуда две истории по работе с ПА и новую модификацию нашего метода лечения. Случаи лечения были супер-быстрыми, а метод мне представляется наиболее точным.

Первый случай. Молодой человек подошел буквально в перерыве, пока я пил кофе и попросил помощи в работе с паническими атаками. Они возникли у него после смерти отца, ему в ту пору было примерно 13 лет. Потом они развивались по нарастающей и в данный момент стали уже большой проблемой, он много думал о смерти и боялся. Все симптомы характерные для ПА у него присутствовали. В данный момент он был спокоен, но я предложил ему вспомнить, как он испытывает страх и создать образ страха.

Это был образ испуганного ребенка, и он чувствовал со своей стороны чувство отвержения к этому ребенку. Я предложил ему мысленно сказать этому ребенку: «Я разрешаю тебе бояться смерти. Все живые боятся смерти, даже, если они верят в бессмертие после жизни. Это нормально – бояться смерти, я не буду тебя осуждать». Он сказал, что тогда ребенок успокаивается. Я предложил снова повторить эту фразу – еще больше успокоился ребенок. Еще, и еще раз –пока ребенок не успокоился полностью. Я предложил ему сказать: «Если ты еще когда-нибудь испугаешься, я не буду тебя осуждать и отвергать!» Молодой человек повторил и сказал, что теперь совсем хорошо стало. Я спросил, нравится ли ему такой ребенок и согласен ли он его принять как часть своей личности. Ответ был положительным, и он сделал это. Его состояние стало еще более уверенным и стабильным. Отдаленных последствий я еще не знаю, но уверен в положительном результате, потому что молодой человек все понял и был вооружен методом, чтобы не бороться со страхом, а разрешать ребенку бояться. Это парадоксально, но именно ключ в этом. Потому что все «паникеры» борются со своим страхом, а следует перестать осуждать внутреннего ребенка за страх.

Второй случай.

Я провел лекцию по ЭОТ перед большой аудиторией, провел упражнение «Радость – печаль», шеринг и три «горячих стула», это за 4 часа с небольшим перерывом. Но в конце, когда оставалось всего 10 минут, вызвалась девушка с ПА. Она вызывалась и ранее, но я отложил ее запрос, потому что нужно было сделать упражнение, а потом конечно, более активные вышли вперед. Поэтому я решил рискнуть, несмотря на малое время.

Я предложил ей рассказать, как она испытывает страх и создать его образ. Это были какие-то выпученные глаза. И тут она вспомнила! Ей было шесть лет, она гуляла с папой около пруда, и вдруг увидела утопленника около берега с остекленевшими глазами. Ее папа, видимо испугался, что девочка очень испугается, стал заслонять собой ужасную картину, и говорить ей, что все хорошо!

Тогда причина ПА стала ясна: девочка гнала от себя страх, чтобы угодить папе и не бояться, но она же все равно боялась! Это породило постоянно усиливающийся страх, с которым она боролась, уже не осознавая, скрытой в прошлом причины. Я предложил: «Скажи этой маленькой девочке: «Я разрешаю тебе бояться. Это нормально для маленькой девочки – бояться утопленников. Можешь сколько угодно бояться, я не буду тебя осуждать». После нескольких повторов, она увидела, что девочка полностью успокоилась. Она приняла эту девочку как часть своей личности и заверила ее, что и в будущем разрешает ей бояться. Эта фраза явно успокоила саму клиентку еще больше. На этом мы закончили, и я также уверен, что успех достигнут.

Таким образом, вывод состоит в том, что ПА возникают (может быть не всегда, но часто) как страх человека перед переживанием страха, что порождает систему само усиливающегося страха. Необходимо разрешить своей части личности, которая боится, а это всегда внутренний ребенок, бояться и принять этого ребенка.

Эти результаты не отменяют того, что было открыто ранее, но делают процедуру лечения более простой и конкретной, еще более быстрой.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

ОСОБЕННОСТИ СОЗАВИСИМОЙ ВЛЮБЛЕННОСТИ

 

ОСОБЕННОСТИ СОЗАВИСИМОЙ ВЛЮБЛЕННОСТИ

Елена Иванова

На сайте знакомств я увидела ЕГО! Засияли лампочки в голове, запорхали бабочки в животе…  Хотела сразу же написать и вверить себя в его идеальные руки. Заволновалась, остановилась. Но он написал мне сам. Я не могла в это поверить!

 

«Конечно же, это судьба! Я сразу это почувствовала, увидев его фото, его взгляд… Хотела уйти от судьбы! Но нет, он сам (сам!) выбрал меня!»

 

Он казался мне идеальным. Его увлечения, образ жизни, работа, лысина… Все казалось «моим». Одновременно с этим многое «резало глаз» – вызывало вопросы и недоумение. Какой-то части меня, еще сохранившей рассудок, было очевидно, что это совсем «не мое», и что с некоторыми особенностями человека могут быть сложности в семейной жизни.

 

Как обходиться с этим «не моим»? По старой привычке можно было бы надеяться, что «я смогу это в нем изменить». Но к тому времени я была уже достаточно «психологизированной», чтобы не надеяться на перемены в нем. И я прониклась идеей всепринятия: раз я на что-то резко реагирую, значит, нужно разбираться со своими тараканами, чтобы реагировать спокойно. Каким-то образом здравая мысль преломилась через созависимый паттерн так, что в итоге свелась к хорошо знакомому «это со мной что-то не так, мне нужно становиться лучше и под него подстраиваться».

 

Шло время, я разбиралась со своими тараканами. Стало совсем очевидно – «не мое». Решила закрыть эту историю. Но вдруг мужчина сказал, что хочет развивать наше общение в длительные серьезные отношения. У меня снова заискрились лампочки и бабочки, а идея всепринятия вспыхнула с новой силой.

 

Тем временем мужчина отдалялся и писал все реже. А я сидела и думала, что, наверное, это какой-то хитрый план, а не потеря интереса ко мне, ведь выразил же «серьезное» намерение. Жадно ловила каждое его редкое слово, подтверждая для себя, что я ему все-таки нужна.

 

Виртуальное общение продолжалось, держась на моей инициативе. Я, с одной стороны, не понимала, что происходит, с другой стороны, была уверена, что вот оно счастье.

 

А потом как будто морок сошел, туман рассеялся, и я увидела паттерны созависимой влюбленности.

  • Выбор вслепую, мгновенное «падение в любовь», не узнав человека. В данном случае – даже ни разу не увидев в реальности. Влечение с первого взгляда, в том числе и взгляда на фотографию, может возникнуть, и это нормально. Но это сексуальный импульс и интерес узнавать друг друга, а не «твердая уверенность», что это судьба и теперь «вместе на века».
  • Убежденность, что это судьба. В подтверждение этому собираются самые разные доказательства. Вплоть до того, что собачку Жучку его двоюродной тети Моти звали также как моего кота Мурзика. Это могут быть просто совпадения – мало ли Жучек и Мурзиков. Это может быть действительно выбор партнера под семейную систему. Но это не значит, во-первых, что выбор здоровый, во-вторых, что этот выбор на всю жизнь.
  • Ожидание от партнера мгновенной же взаимности. В том, что он тоже меня уже выбрал. В буйстве испытываемых чувств. В твердой уверенности в «судьбе» и далеко идущих планах.
  • Мгновенная тотальная идеализация. С обесцениванием всего предыдущего опыта. Все приятное, связанное с предыдущими партнерами, резко становится «никаким» по сравнению с новым избранником. Вместе с этим может и развернуться собственная система ценностей, появляется готовность отказаться от чего-то, что было важно, и с упоением принять то, что раньше было безразлично или неприемлемо.
  • Если что-то неидеальное и просто не совпадающее, не подходящее, все же обнаруживается, то включается уверенность, что либо партнер изменится, либо я изменюсь, подстроюсь.
  • Как такового знакомства и сознательного выбора партнера не происходит – партнер как бы выбран и идеален уже заведомо. Т.е. нет настоящего интереса к тому, каков партнер в реальности. Основное, что волнует – «любит ли он меня, нужна ли я ему, серьезные ли у него намерения».
  • Даже если объективно заметно, что со стороны партнера нет взаимности, «серьезных намерений» или просто он не подходит, все равно в ход идут различные доказательства того, что «любит» и «судьба». Вплоть до гаданий.
  • Слепая уверенность в любви партнера может сменяться противоположными импульсами – «я ему не нужна, я от него уйду». При том, что партнер-то еще в стадии знакомства и выбора, он еще не мыслит категориями любви и дальних планов, он просто изучает нового человека и прислушивается к себе, как ему с этим человеком.
  • Отстранение партнера вышибает опору из-под ног, кажется, что мир рушится, становится тяжело дышать.

Созависимая влюбленность похожа на резкое напрыгивание и прилипание, присасывание к объекту. Подобно тому, как личинка «чужого» из фильма напрыгнула на лицо героя и срослась с ним. У человека как будто ноющая рана и вакуум в области груди, он стремится закрыть свою рану, и, как вакуумная присоска, прирастает к выбранному объекту. Отлепиться потом очень сложно и любые попытки разъединения приносят острую боль. Как и в случае зависимости, действия слабо поддаются контролю. Выбор объекта происходит фактически без выбора, дальнейшие действия тоже происходят как в тумане.

 

Когда происходит исцеление от созависимости, у человека появляется возможность выбора партнера и плавного вхождения в отношения, постепенного сближения и развития близости, привязанности. Все это происходит осознанно, с участием всех центров – выбор телом (по сексуальному импульсу), сердцем (по симпатии, развитию привязанности), разумом (по трезвой оценке совместимости и совпадению жизненных путей). Если что-то не совпадает, то есть возможность трезво взвесить, обсудить с партнером и выйти из отношений.

Фрагмент из сборника «Созависимость в собственном соку«.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

НЕВРОТИЧЕСКАЯ ЛЮБОВЬ

НЕВРОТИЧЕСКАЯ ЛЮБОВЬ

 Илона Калашник

Зависимость от чувства любви — это эмоциональная «ненасытность» по отношению к объекту привязанности, что выражается в требование быть единственным объектом любви, жертвуя своими ценностями, убеждениями, временем т.д. Иными словами «задушить любовью» и страхами о потере, контролем, «обездвижить» — единственный способ удержать объект зависимости. 

Так какие же проявления невротической зависимости?

Объект любви должен всецело быть под контролем. Способы контроля могут быть разными: «Ты должен(а) уведомлять меня о своих действиях, отвечать на мои звонки во что бы то ни стало, разрешить доступ к твоим гаджетам и.тд».

Желание мести за нехватку любви. Любви всегда мало, а раздирающее чувство тревоги за ее потерю слишком велико. Потеря контроля даже мнимого обуславливает чувство агрессии и страха потери любви. Это может выглядеть так: «Он(а) не ответил на звонок, смс – значит не любит. Может у него (нее) уже кто-то есть? Закачу скандал, чтобы знал как мне больно или накажу молчанием. Крайними вариантами мести является шантаж нанесением физических увечий себе или партнеру.

Потребность в доказательствах любви. Такие проявления, зачастую не осознаются, так как доказательствами могут выступать: обида, а именно, кто первый пойдет на примирение, кто в ссоре уступит, кто в диалоге имеет первенство, кто принимает решения, как относится к родным и др.
 Потребность в ярком выражении чувств. Обычно самым распространенным есть драма, без которой как будто нет страсти. Мы соримся половину ночи, а вторую половину страстно миримся. После сумасшедших скандалов, такой же секс примирения, полон страсти и любви.

 Приписывание объекту любви несуществующих качеств или вынуждение к проявлению негатива. Живя жизнью объекта любви и неспособность к переключению на что-то иное, обуславливает внутреннее напряжение. Сбрасывание такого негатива происходит путем скандалов, где проявляются разные виды провокаций.

Так искаженно происходит получение чувства любви (ревнует, следит, бьет – любит).

Таким образом, невротическая зависимость от любви, выражает такую тезу: «Нет любви, отношений — нет меня, нет радости. Есть любовь, отношения — тогда есть я и т.д. Но замете, что любовь, это боль, страсть, драма, жизнь прошлыми отношениями, теперешними и фантазийными будущими.

Избавиться от зависимого поведения можно путем осознания его влияния на свое психологическое состояние.

Такого рода зависимость формируется в детстве, и нужна определенная психологическая работа для того, чтобы изменить эмоциональные реакции и поведение.

В своей работе я использую психодраматические методы, арт-терапевтические приемы и многое другое что позволит вам осознать истоки проблемы

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

КАК ЗАЛАТАТЬ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ДЫРЫ?

КАК ЗАЛАТАТЬ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ДЫРЫ?

Жанна Ремпель

  1. Нащупать привычные чувства, которые вызывают отток энергии

Некоторые дыры вы можете нащупать сами. Но лучше делать это с хорошим собеседником. Многим помогает собеседник профессиональный: коуч или психотерапевт.

Будете ли вы делать это сами или вместе с кем-то, попытайтесь ловить те моменты, когда у вас возникают привычные чувства обиды, раздражения, тревоги, беспомощности, желания немедленного удовольствия и другие.

Каким конкретным образом ваша энергия уходит в эту дыру? Например, Лея лезет в соцсети, находит там подтверждение своей неполноценности по сравнению с другими, и это обессмысливает дальнейшие начинания, заставляет ее опустить руки. Или Лея собирается чем-то заняться, но груз ежедневных мелочей так давит, что ей снова кажется бессмысленным начинать что-то долгосрочное. А каковы ваши механизмы?

Любой сиюминутный пробой, если за ним проследить, окажется хроническим, повторяющимся. Вам необязательно понимать, откуда он взялся изначально (хотя долгосрочная психотерапия может дать вам это понимание). Но если вы хотя бы частично заметите и поймете, что происходит и каков механизм ваших индивидуальных утечек, вам будет легче двигаться дальше.

 

  1. 2.Позволить себе пережить эти чувства

Очень важно не пытаться засунуть их подальше. Причины, которые вызывают наши привычные чувства, могут казаться глупыми, но сами эти чувства – абсолютно реальны! Даже если кажутся неадекватными и ошибочными.

Лея действительно иногда чувствует себя неполноценной, и не так важно, какие детские травмы вызывали это чувство. Мария взаправду боится лететь на самолете, пусть статистика и говорит ей, что это безопасно. Андрей на самом деле переживает возможное отвержение, когда видит, что адресат прочел письмо и не ответил на него.

Важно пережить чувство, одновременно наблюдая за ним.

Для этого я предлагаю технику четырехтактной схемы вхождения в роль и выхода из нее.

 

Первый такт: вы заметили чувство, уловили его и назвали.
Желательно называть чувство не его общим именем («тревога», «обида»). Придумайте своему привычному чувству индивидуальное имя. Отец Реформации Мартин Лютер, например, использовал для своих приступов тревоги и неуверенности в себе слово Anfechtungen – что-то среднее между «схваткой», «искушением» и «скорбью». Очень точное слово, которым он хотел выразить, что его «хватает в когти дьявол».

А вот как называют чувства мои клиенты:

«Голлум приполз» (сложная смесь унижения и противной трусости).

«Пирожок ни с чем» (ступор, ощущение собственной глупости и стыдной банальности).

«Зашквар» (чувство, что все сейчас увидят твою некомпетентность, желание спрятаться, отмолчаться).

 

Второй такт: переживаем чувство как можно сильнее, но коротко.

Да, ужасно обидно! Да, стыдно так, что сквозь землю хочется провалиться! Да, тревожно на 10 баллов из 10! Да, «надо посуду вымыть, а тянет разбить»! Если возможно, запишите свои чувства и мысли в сильных выражениях. Вот пример Леи:

«Я ничтожество! У меня никогда и ничего не получается! Я чувствую себя инфантильной, бездарной, капризной теткой, которая только ноет и прокрастинирует! Другие страдают и преодолевают, а я расклеиваюсь от всякой фигни! Позор и стыд такой мямле, как я!»

Этот такт может длиться от 30 секунд до минуты-двух.

 

Третий такт: выходим из чувства.

А теперь ослабляем напряжение и рассредоточиваемся. «Делаем ничего». Полезно посмотреть в окно, понаблюдать за птичками, а можно, наоборот, помедитировать на собственное дыхание. Этот такт тоже может длиться около минуты.

 

Четвертый такт: оглядываемся.

Мы смотрим назад и фиксируем состояние, которое нас охватило. Вспоминаем, каким сильным было чувство и как оно ослабло, когда мы от него отвлеклись. Важно: не следует отрицать это чувство, ругать себя за него, пытаться себя переубедить. Все, что нам нужно, – это получить опыт осознанного чувства, когда мы входим в него и выходим по собственному желанию. Мы разрешаем себе почувствовать, отводим на это определенное время, а потом включаем внешнего наблюдателя и убавляем интенсивность чувства, как звук на колонках.

 

 

  1. Стремимся к тому, чтобы чувства не застревали, не уходили в бессознательное и не влияли на наше повседневное поведение

Научившись применять четырехтактную схему, вы сможете работать с привычными, залипающими чувствами в момент, когда они возникли. Вы каждый раз их разминируете, вытаскиваете из них жало. Вы приобретаете новую полезную привычку:

Чувствовать можно и нужно, но чувство не должно автоматически диктовать мне, что делать.

Стоит заранее подумать (а можно делать это регулярно) над тем, чем мы будем заменять привычное поведение, которое формирует нашу энергетическую дыру.

Я знаю много приемов, которые помогают в этих случаях. Некоторые из них я придумал сам, некоторые с удовольствием заимствовал у коллег, а некоторые мне подсказали мои клиенты.

Вот примеры таких подсказок:

«У меня есть специальный файл, который я озаглавил «депресняшки». Как только меня начинают охватывать привычные чувства, я открываю этот файл и пишу туда все, что крутится у меня в голове. Со временем я стал перечитывать свои записи и анализировать их. Я обнаружил, что у меня есть свои порочные круги чувств, по которым я хожу. Теперь я даже могу иногда сэкономить время и сказать себе: “А, депресняшка! Я знаю, что будет дальше. Давай-ка прямо к развязке, потом чашку хорошего чая – и за дело”».

«Свои страхи я стала рисовать, есть очень смешная портретная галерея, как они выглядят. В будущем хотела бы сшить кукол и втыкать в них булавки в трудную минуту».

«Когда на работе у меня возникает чувство, что я ничего не сто́ю, и охватывает страх по поводу собственной некомпетентности, я не пытаюсь заесть его в кафетерии и не катаю эти мысли по кругу, потому что теперь у меня есть четкий план, как действовать. Сначала я иду проведать кактусы, которые высадила на подоконнике. У меня нет подчиненных, но кактусы – это моя тайная армия. Одновременно я про себя пою песенку кота Леопольда. А потом я иду делать ту часть работы, в которой стопроцентно компетентна и уверена в себе. Так сложилось, что в ходе ее выполнения я могу замечать, что никто другой в офисе не может делать эти вещи так же хорошо, как я».

Цит: Леонид Кроль. Энергия — новая валюта: Как поддерживать баланс жизненных сил.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

СОЗАВИСИМОСТЬ: «Я ЕМУ ВСЕ ПРОЩАЮ, Я ЕГО ПОЛНОСТЬЮ ПРИНИМАЮ»

СОЗАВИСИМОСТЬ: «Я ЕМУ ВСЕ ПРОЩАЮ, Я ЕГО ПОЛНОСТЬЮ ПРИНИМАЮ»

 Елена Иванова

Умение прощать действительно необходимо в отношениях. Прощение является нормальным, если выполняется ряд условий:

  1. Поступок не относится к тем, которые прощать нельзя. Например, умышленное причинение вреда жизни или здоровью (побои как частный случай) — нельзя прощать.
  2. Ситуацию удалось обсудить. Удалось выяснить и обсудить, что именно причинило боль — какие именно объективные действия партнера и какое именно субъективное восприятие этих действий. Партнеры нашли решение, как избежать повторения таких ситуаций.
  3. Если был нанесен ущерб, то он компенсирован. В каких-то случаях достаточно принести извинения, в каких-то случаях — необходимо возместить материальные потери или сделать что-то эмоционально приятное.
  4. Партнер действительно поменял свое поведение и проблемные ситуации не повторяются. Некоторые изменения требуют времени. Например, партнеру нужно привыкнуть к тому, чтобы не называть вас “зайкой”. Но должны быть заметны перемены — что партнер помнит и старается называть вас по-другому — именно так, как вы с ним договорились.

Как обычно бывает в жизни?

Мы прощаем молча. Ничего не говорим партнеру о том, что нам больно или что-то для нас неприемлемо. Возможно, партнер мог бы поменять свое поведение, но он не знает о нашей боли. А сказать ему мы боимся. Как правило, боимся обидеть и разрушить отношения, боимся потерять партнера, но в итоге теряем себя. Конечно, стоит в конструктивном ключе обсуждать проблемы.

Порой мы говорим об обидах, но это выливается в ссору и не приводит к решению проблемы. В этом случает стоит освоить навыки обсуждения проблем. В этом могут помочь книги: “Ненасильственное общение” М. Розенберг, “Обними меня крепче” С. Джонсон, “7 принципов счастливого брака” и “8 важных свиданий” Дж. Готтман.

Порой мы говорим, но партнер даже не хочет слушать, может махнуть рукой и уйти от разговора. Возможно, мы говорим неконструктивно. Но возможно и другое — партнер не готов нас слышать. Если навыки конструктивного общения не помогут, то, вероятно, партнер просто не готов к отношениям и прощать в таком случае разрушительно и для себя, и для партнера.

Порой партнер вроде бы слушает и даже кивает, но в итоге ситуация не меняется. Конечно, в таком случае прощение бессмысленно и тоже разрушительно.

Что стоит сделать?

Определить для себя, что для вас важно, ценно, необходимо и комфортно в отношениях. И определить границы допустимого: что вы не будете прощать вообще, что можете простить, но только один раз (обсудить с партнером, конечно), над решением каких проблем вы готовы работать вместе с партнером.

Освоить навыки конструктивного общения. И сообщать партнеру, если что-то причиняет вам боль. Сообщать стоит сразу, не терпеть. Наше молчание подкрепляет действия партнера. Если не удается говорить сразу, то можно говорить тогда, когда есть ресурс. Но не прощать молча.

Если партнер продолжает причинять боль, то стоит признать, что отношения разрушительны.

Утверждения, что “любовь это прощение” и “любовь это принятие”, порой воспринимаются неправильно и приводят к вседозволенности и неуважению.

Принятие — тоже один из важных аспектов любви.

Сложно выбрать партнера, в котором совсем ничего не вызывало бы раздражения или досады. Какие-то вещи не меняются и их можно только принять — признать, что они есть и будут, и перестать раздражаться.

Однако это относится к тем вещам, которые не причиняют нам боли и не становятся для нас разрушительными. Можно принять разбросанные носки. (Хотя для людей некоторых психотипов это будет разрушительным и не стоит это принимать на самом деле). Но нельзя принимать алкоголизм, потому что зависимость партнера сказывается разрушительно и на нас самих. Нельзя принимать неуважительное отношение к нам и т.д.

Если мы принимаем и прощаем то, что разрушительно для партнера или для нас, то мы поощряем это, мы подкрепляем деструктивное поведение человека. Оставаясь в деструктивных отношениях, мы лишаем себя здоровья и укорачиваем свою жизнь.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

ЕСЛИ “БОМБИТ” В САМОМ НАЧАЛЕ ОТНОШЕНИЙ, ИЛИ ЛОВУШКИ НАДЕЖДЫ И ПРИНЯТИЯ В СОЗАВИСИМОСТИ

ЕСЛИ “БОМБИТ” В САМОМ НАЧАЛЕ ОТНОШЕНИЙ, ИЛИ ЛОВУШКИ НАДЕЖДЫ И ПРИНЯТИЯ В СОЗАВИСИМОСТИ

 Елена Иванова

Если “бомбит” уже на старте, то продолжать, скорее всего, не стоит. Но вдруг еще можно что-то сделать? Давайте обо всем по порядку.

Почему мы испытываем сильные неприятные чувства?

(Зачастую эти чувства — боль и злость из-за ощущения отвергнутости и ненужности.)

  1. Партнер действительно делает нечто, говорящее о его безразличии, пренебрежении, безответственности или еще каком-то неприятном к нам отношении. То есть партнер действительно относится к нам не так, как мы хотели бы. Или не обладает теми качествами, которые мы от него ожидаем.
  2. У нас с партнером разные модели поведения, разные модели выражения чувств и разные представления о том, что “хорошо”, а что “плохо”. То есть партнер действительно хорошо к нам относится, но выражает это непонятным для нас языком. Наш язык он, вероятно, тоже не понимает.
  3. Партнер относится к нам хорошо, выражает свое отношение на подходящем нам языке, но мы настолько глубоко погружены в свою боль, что мы не принимаем хорошее отношение, мы во всем находим “червоточину”, во всем видим подвох и повод провалиться в боль еще глубже, закричать “ты меня не лююююбишь”.

Какой выход?

Прояснять ситуацию и тестировать реальность.

  1. Составить для себя собственное представление желаемых отношений — чего хочется в отношениях, что является выражением любви, привязанности, уважения и т.д.
  2. Обращать внимание на то, что происходит в реальности. Что именно делает партнер? Что попадает в нашу “модель”? Что не попадает, но нравится? (Тогда можно расширить свою модель.) Что происходит такого, что не нравится, что именно вызывает неприятные чувства: то что партнер не делает чего-то из желаемого или делает что-то такое, что противоречит желаемому?
  3. Поговорить с партнером. “Для меня любовь это Х. Однако я вижу, что ты делаешь Y, тогда я думаю и чувствую Z. Что ты можешь сказать об этом?”

Например.

“Для меня важно каждое утро и каждый вечер обмениваться сообщениями “Доброе утро” и “Спокойной ночи”. В некоторые дни ты пишешь мне, а в некоторые — нет. В некоторые дни ты отвечаешь мне, в некоторые нет. Когда ты мне не пишешь и не отвечаешь, мне кажется, что ты обо мне забыл, что я для тебя не важна, тогда я злюсь и обижаюсь. Важна ли я для тебя? И что ты думаешь о том, чтобы обмениваться сообщениями по утрам и вечерам?”

А дальше действовать по ситуации.

Если нас бомбит из-за того, что мы слишком глубоко в своей боли, то нам необходимо освобождаться от боли. Терапия, духовные практики, что-то еще — у каждого свой путь.

Если у нас с партнером разные языки выражения любви, то здесь два крайних варианта — мы найдем вариант, который нас обоих устраивает, или же мы слишком разные, не подходим друг другу и лучше расстаться.

Если партнер правда не испытывает к нам тех чувств, которые мы хотели бы, или не обладает теми качествами, которые важны для нас в партнере, то вариант один — расстаться. Но мы попадаем в ловушки “надежды” и “принятия”.

Мы так боимся отказаться от партнера, что пытаемся найти объяснение и оправдание его действиям. И думаем, что сможем “принять его таким, какой он есть”, чему нас учат из каждого утюга.

За этим всем стоит надежда на то, что когда-то что-то поменяется, партнер станет таким, каким мы хотим, полюбит нас так, как мы желаем, и будем мы жить долго и счастливо.

Эта надежда заставляет нас вкладываться в то, что заведомо нежизнеспособно и лишь отнимает у нас силы.

Представьте ситуацию. Мы собираемся приготовить салат из помидоров. Прям с утра как захотели этот салат, так в животе заурчало. Бежим радостно в магазин, чтобы выбрать самые вкусные помидоры. Подходим к витрине, видим большой красный помидор в ящике, берем его — и обнаруживаем, что с обратной стороны он гнилой. Бадабумс.

Что мы делаем? Осматриваем его, убеждаемся, что он гнилой, откладываем его в сторону и выбираем другие помидоры, которые нам нравятся. Ах, он последний в этом магазине? Идем в другой магазин. Там тоже нет подходящих? Ок, откладываем идею салата до завоза новых помидоров. Едим пока что огурцы и кукурузу.

Но что мы делаем в случае созависимости? Мы хватаем этот гнилой помидор и мучаемся в сомнениях: “Вдруг он не гнилой, а это мне только кажется?”, “Вдруг это я виновата, что он такой гнилой? Тогда я могу все исправить своими действиями, он станет не гнилым”, “Вдруг я смогу его отогреть своей любовью и он изменится?”.

Мы пытаемся взять на себя вину и вместе с ней — власть над ситуацией.

Потому что если мы этого не сделаем, нам придется столкнуться с бездной чувств: беспомощностью, одиночеством, разочарованием, болью от потери… С ними так страшно сталкиваться, что кажется более выигрышным терять силы в заведомо проигрышной схватке с гнилым помидором. “Ну, может, я его обрежу, и вот хоть хвостик, но пойдет в салат?”

Чтобы выйти из бесплотных надежд, важно смириться с тем, что порой мы беспомощны и ничего не можем поменять, некоторые вещи от нас не зависят, некоторые вещи мы не можем получить. Это больно, но это факт.

Зато если не воевать за несбыточное, то можно получить что-то другое прекрасное.

Если не воевать за неподходящего партнера, то можно, наконец, выбрать подходящего.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

ОТНОШЕНИЯ ЛЮБВИ. СЕПАРАЦИЯ ОТ РОДИТЕЛЕЙ.

ОТНОШЕНИЯ ЛЮБВИ. СЕПАРАЦИЯ ОТ РОДИТЕЛЕЙ.

 

 Юлия Латуненко

Для того, чтобы подойти к вопросу: как мужчина и женщина выстраивают друг с другом отношения, рассмотрим вначале, как в биологическом субъекте формируется психология мужчины или женщины. Биологически мы все несем в себе признаки того или иного пола, но являемся ли мы психологически зрелыми мужчинами и женщинами? И как формируется та или иная психологическая зрелость? В нашем обществе не редкость несоответствие биологического и психологического возрастов одного и того же человека. Например, мужчина 45-50 лет с психологией подростка или женщина 30 лет с психологией 5-6 летней девочки. Можно только представить, как такая женщина или такой мужчина будут выстраивать отношения с противоположным полом.

Мы все из личного опыта знаем, что идеальных отношений нет и что задача каждого из нас найти партнера и приобрести с ним некий опыт, часто не очень приятный, получить урок для собственного развития. И, как правило, для этого мы находим совершенно подходящих партнеров. Если, к примеру, в детстве, на раннем этапе развития, ваши родители заботились о вас только функционально (исправно меняя вам пеленки, кормили по времени, укладывали спать и т.д.), при этом были с вами эмоционально холодными, и вы от этого очень страдали, хотя этого и не помните, то вы скорее всего найдете такого партнера, который будет воспроизводить ваш детский травматический опыт, давая вам возможность снова и снова прожить одиночество, научиться обходиться с этой болью, простить своего партнера, приняв его и собственную не идеальность. И второй вариант: когда-то вы, смирившись со своим одиночеством, сами стали отгораживаться от внешнего мира эмоциональной холодностью. В этом случае вы вероятнее всего найдете очень тревожного истеричного партнера, который от вашей холодности и отстраненности будет сходить с ума, нападая на вас, контролируя вас и актуализируя ваши страхи быть поглощенным кем-то целиком. В этом случае ваша задача — научиться контактировать с внешним миром, стать более чувствительным, замечать рядом другого человека и научиться договариваться с ним, объясняя ему свои особенности.

Но часто все эти трудности в браке замалчиваются, подавляются и складываются в шкафчик. Но в один прекрасный день, даже через десятилетия совместной жизни, этот шкафчик может открыться и оттуда вывалятся «скелеты». Причем эти скелеты – это не только обиды и скрытая злость из отношений с партнером, но и скелеты из нашего детства.

Почему же оказывается столь важно какие мы травмы получили в детстве? Потому что очень часто, да почти всегда, мы на нашего партнера проецируем те детские потребности, которые не были удовлетворены в отношениях с нашими родителями, а именно, опыт эмоционального и телесного слияния, теплоты, близости.

Приведу пример. Мы часто хотим, чтобы наши желания угадывались партнером и не говорим ему о том, чего хотим, так, как это было в раннем детстве, когда мы не умели еще говорить, а мама угадывала по нашим воплям, что нам нужно. Так мы ведем себя и с нашими партнерами, забывая, что давно уже взрослые и умеем говорить. О своих желаниях партнерам нужно сообщать, пользуясь тем, что нам дала природа – речь.

Обо всем этом, понятное дело, в период влюбленности мы забываем. Нам так хорошо, ведь любимый человек делает тысячи попыток угодить и предугадать все наши желания. Мы стараемся продлить этот опыт, как можно дольше. Но это всего лишь этап влюбленности, идеализации партнера, страсти, слияния и эйфории. Все это рано или поздно заканчивается. Этот этап ничего общего не имеет с истинной любовью между мужчиной и женщиной. Этап любви гораздо более спокойный. Для него характерны разные переживания, и негативные в том числе. И если вы можете принять то, что ваш партнер ничего общего не имеет с вашими идеалистическими ожиданиями влюбленности, если для вас возможно принять то, что ваш партнер далеко не совершенство, он может быть отчужденным, замкнутым, злым или истеричным, если вы, увидев в нем все это наконец-то, все-таки не обесценили его и продолжаете видеть и хорошие его качества, то вот это и есть любовь – допустить, что ваш партнер может быть разным: злым, жадным, придирчивым, но в то же время любящим, нежным, щедрым, и вы учитесь жить рядом с таким неидеальным человеком – вот это и есть любовь.

Но на это способны только психологически зрелые мужчины и женщины.

Как же достичь этой психологической зрелости? Для этого необходимо пройти опыт сепарации (отделения) от своих родителей. Отделиться – это не значит уехать в другой город, перестать общаться или похоронить их. Психологическое отделение происходит в три этапа: 1) возникновение напряжения между родителями и ребенком, 2) объявление о своей злости, обидах и выстраивание своих личных границ, 3) прощение друг друга. Этот процесс может занимать годы и может даже никогда и не завершиться. Рассмотрим, как процесс сепарации происходит у мужчин и женщин.

Для мужчины, чтобы отделиться от собственной матери, важно внутренне принять, что мама в его взрослой жизни та женщина, которая теперь всегда будет занимать второе место после его избранницы. Более агрессивные формы сепарации пригодны для контролирующих, авторитарных, вмешивающихся в личную жизнь сыновей мам. В этом случае сын благодарит мать за все, что она сделала для него и прямо объявляет о том, что он вырос и теперь мама не может быть главной женщиной его жизни. Более мягкие формы сепарации происходят на внутреннем плане, т.е. в психической реальности, когда сын для себя решает отодвинуть мать на второй план, освобождая место рядом с собой для создания полноценных партнерских отношений. При этом он не очень реагирует на ее обиды, упреки, манипуляции, агрессивность и ревность. Он понимает свою принадлежность другой женщине и тогда может свободно соединиться с ней. А мать, если она психически здорова, сама освобождает место для невестки, признавая ее первенство для сына. Все конфликты между невесткой и свекровью – из разряда конкуренции, кто из них главнее для того единственного мужчины. Чтобы мама не переживала так сильно «утрату» любимого чада, ей неплохо было бы все свое внимание переключить на своего мужа или какого-нибудь другого мужчину, заняться больше собой и своими личными потребностями. Этот процесс берет свое начало приблизительно в подростковом возрасте сына и может тянуться всю жизнь, если мама «не сдается», а может и вовсе не начаться, если мать пресекает с рождения все попытки сына проявить агрессию по отношению к ней и угрожает ему потерей любви. Психологически здоровая мать,- в нашей культуре это редкость-, сама отходит на второй план, признавая, что сыну нужно повзрослеть, она принимает агрессию сына и отпускает его к другим женщинам, символически или прямо сообщая ему, что теперь он свободен от ее власти.

Теперь поговорим, как важно женщине сепарироваться (отделиться) от родителей. Все девочки, начиная с определенного возраста, переживают влечение к отцу, если он есть, или к более старшему мужчине в ее окружении, идеализируя и влюбляясь в него. Это может происходить уже в возрасте 5-7лет. Это так называемый эдипальный возраст. В этот период девочка тянется больше к отцу, начиная конкурировать за него с матерью, таким образом, делая первые попытки сепарироваться от нее.

Что будет в этом случае делать мать, имеющая собственные психологические детские травмы? Она будет препятствовать этой любви, ревновать и мешать эмоциональному контакту дочери и отца. Причем это свое поведение такая мать не будет осознавать. Такое препятствие контакту дочери и отца может носить очень скрытые, завуалированные формы, например обесценивания всего того, что делает папа по отношению к дочери: «не те туфельки надел», «не тем накормил» и т.д.

Отец в таких условия может самоустраниться и стать равнодушным к дочери или он может испытывать сильное чувство стыда как реакцию на проявляющуюся женскую привлекательность маленькой девочки. Тогда эдипальный конфликт не может быть благополучно разрешен.

Отец в этот период должен, не соблазняя дочь, сообщить ей, что она восхитительна и красива. Он одобряет ее женственность и не препятствует ее контактам с мальчиками, особенно это важно в подростковом возрасте. Таким образом дочь получает инициацию как женщина, признание и благословение от первого мужчины в ее жизни – отца.

При этом мама и папа радуются вместе взрослению дочери и демонстрируют теплое отношение друг к другу .

Если сепарация с реальными родителями не завершена, то вероятнее всего мужчина или женщина организуют ее со своими брачными партнерами. Такие пары не могут расстаться мирно, приняв тот факт, к примеру, что отношения исчерпаны, поблагодарив друг друга за все, что смогли дать и взять в этих отношениях. Обязательно это будет очень травмирующий разрыв отношений. Поэтому, призываю всех родителей позволить своим детям стать независимыми от вас, принять их агрессивные чувства и любовь к вам.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

10 ПРИЗНАКОВ ВЛИЯНИЯ РОДОВОГО ТРАВМАТИЧЕСКОГО ОПЫТА НА ВАШУ ЖИЗНЬ И РАЗВИТИЕ ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ СОЗАВИСИМОСТИ

10 ПРИЗНАКОВ ВЛИЯНИЯ РОДОВОГО ТРАВМАТИЧЕСКОГО ОПЫТА НА ВАШУ ЖИЗНЬ И РАЗВИТИЕ ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ СОЗАВИСИМОСТИ

Наталья Филимошкина

Зависимость от мнения других, вина и стыд, страх выделиться, успеха, денег, желание перевоспитать мужчину, своего ребенка или всегда контролировать других, жизнь, судьбу – не возникает на пустом месте. Зачастую этому предшествовали события в семье, которые случились задолго до вашего рождения. Но проявляются они уже через выше описанные симптомы.

В каком –то поколении случилась травма и предки не смогли  с ней справится – кто-то внезапно умер или повесился или погиб перед свадьбой или утонул или сгорел или все потерял, этих «или» может быть еще с десяток. Просто не справились с тяжелыми переживаниями, залипли в них, вытеснили, проигнорировали, заморозили свою душу, чтобы никогда ничего не чувствовать – и теперь эхом ТА боль докатывается до вас. И вы несете ее и проживаете то, что к вам лично не относится – проживаете травматический опыт предков, через эмоциональную созависимость.

Пробуждайтесь от психического сна! Осознавайте свою жизнь!

  1. Вас охватывает беспричинная грусть, печаль, тоска, которая накатывается сама по себе.2. Вас раздражают ваши родители или у вас к ним много претензий, или вы осуждаете своих родителей. И этот поток не иссякает.

    3. Вы не испытываете никаких чувств к ребенку, супругу, родителям. Они вам безразличны, словно чужие люди. И вам приходится это от всех скрывать.

    4. Вас охватывает в каких-либо ситуациях в семье или социуме чувство ярости, злости, ненависти, хочется все крушить и кричать.

  2. Вы являетесь борцом за справедливость, часто отстаиваете свою точку зрения до конца.6. В вас до сих пор присутствуют претензии к вашему бывшему партнеру. Вы не можете понять, почему он так поступил с вами. Вам сложно отпустить ситуацию и жить настоящим.7. Вы чувствуете себя одиноким, никому не нужным. Вы ищете кого-то для отношений, чтобы почувствовать себя любимым, излечиться от скуки, за счет отношений наполнить свою жизнь смыслом и любовью, закрыть свою пустоту.

    8. Вам не хватает поддержки, уверенности и опоры в жизни. Вы всегда ищете ее в других людях

    9. Вы живете прошлым, каждый день думаете о том, что было.

    10. Вы хотите выйти замуж (женится) но отношения с противоположным полом не складываются.

Сколько пунктов у вас совпало? Сколько из этих пунктов вы уже осознаете в своей жизни?

 

Влияние войны на формирование эмоциональной созависимости

 

Недавно слушала исторический доклад к.и.н Виктории Сак о групповых изнасилованиях советских женщин (около 70 тысяч) нацистами только на одном фронте –Восточном!

После доклада я в себя приходила, перед глазами стояла моя двоюродная бабулечка, в 16 лет прошедшая через руки нацистов, сошедшая с ума от боли и ужаса и повесившаяся через неделю.

И таких женщин только на одном Восточном фронте было около 70 тысяч!!! Всю жизнь они молчали, несли и прятали эту рану в себе, следили за своими детьми, чтоб волос не упал с их головы, подстилали где надо и не надо соломки, прислушивались к их дыханию. Теперь таких мам называют гиперконтролирующими и гиперопекающими. Они, не ведая, продолжают нести в себе эту рану, становясь созависимыми, тревожными, боящимися жизни и передающие эту модель поведения уже своим детям.

Потом я почитала комментарии под докладом, сколько же мужчин писало! Как тяжело им это слушать, как надо им настроиться, сколько же горя вынесли советские женщины, а насильники мрази так и не были наказаны (изнасилование — нацисты не считали преступлением), почему эту тему до сих пор замалчивают, и т.д.

Какую же великую миссию выполняют историки (не путайте с историками с низкой социальной ответственностью), они нарушают табу, открыто говорят о том, о чем молчат поколениями, делают это видимым!

Все что не было прожито и оплакано снова и снова возвращается по кругу, до тех пор пока кто-то не проживет и не отпустит, т.е возьмет из этой боли силу и новую ценность в свою жизнь.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

МНЕ НЕ БОЛЬНО. Я — ТРАВМАТИК.

МНЕ НЕ БОЛЬНО. Я — ТРАВМАТИК.

Керова Надежда

У человека перенесшего, но не пережившего эмоциональную травму могут быть заблокированы, заморожены чувства. Внешне человек может выглядеть спокойным, уравновешенным, общаться с людьми, поддерживать социальные контакты. Но если присмотреться внимательно, то оказывается, близко к себе он никого не подпускает. Контакты с людьми поверхностны, глубинная потребность в близости не удовлетворяется. Легко общаясь на темы «о природе и погоде» травматик тщательно оберегает внутренний мир, соприкасающийся с темой травмы, сооружая внутри себя мощную защитную стену. Когда-то, в ситуации травмы, чувств было слишком много, интенсивность переживаний была на грани переносимости.

Каким образом это происходит? 
Травма появляется в том месте, где происходит столкновение реальности и внутренних установок, ценностей, какого либо знания о себе и мире. Травматическая реакция на событие развивается в том случае, если эту реальность невозможно принять. Либо события развиваются слишком быстро, информация и эмоции не успевают перерабытываться, либо на переработку, проживание не хватает ресурсов. В первом случае можно говорить скорее о шоковой травме, во втором вероятнее травма развития. Шоковая травма – событие, которое резко меняет жизнь человека. Изнасилование, автокатастрофа, внезапная смерть близкого человека – травмирующие события. Иногда шоковой травмой может быть и измена, развод, потеря работы – это во многом зависит от сопутствующих факторов, от той жизненной ситуации, в которой находится человек и его личностных особенностей. Травма развития – травма протяженная во времени, когда интенсивность переживаний в единицу времени может быть не высока, но накапливаясь, приводит к разрушительному эффекту.
Возникает впечатление, что «я неправильная» или «мир неправильный» – это сильнейший внутренний конфликт, который бывает очень больно и непросто прожить. Заблокировать, отщепить эмоции от себя в тот момент было необходимо для самосохранения. Человеку может даже казаться, что ничего страшного не произошло, что ситуация завершилась и все уже в прошлом и можно просто жить. Однако просто жить почему-то не получается. Периодически всплывают воспоминания, какие-то случайные события, вещи вдруг вызывают сильную эмоциональную реакцию.

Его эмоции заморожены, чувствительность снижена. Человек живет словно вполсилы, дышит верхушками легких. Не допуская глубокого вдоха, потому что это может причинить боль. И тогда кажется, что проще не чувствовать совсем, убрать эмоции из своей жизни – это своеобразная анестезия, защищающая от страха, злости, вины…

Почему это не работает? Невозможно заблокировать эмоции избирательно, нельзя отказаться от переживания злости и оставить любовь – чувства идут комплектом. Отказываясь от «плохих» мы автоматически лишаем себя хороших. Общение превращается в сухой пересказ событий жизни, иногда с оттенком цинизма. Человек обесценивает собственную боль и не замечает ее в других.

Например, пережив в детстве насилие,  человек может рассуждать о пользе такого подхода к воспитанию. «Меня били, наказывали ремнем и ничего (ничего страшного) – человеком вырос. И своих детей лупить буду». Тем самым приближая насилие к норме, отрицая собственную боль и страх — невыносимые чувства в детстве.

Женщина, столкнувшаяся с грубостью и хамством, негуманным отношением медиков в родах, травмированная этим, может потом говорить: «Ничего страшного, раньше вообще в борозде рожали, а современные женщины неженками стали».

Чем же так страшно отщепление этих болезненных чувств?

Во-первых, это существенно обедняет собственную жизнь, лишает ее красок. Делает процесс жизни механистическим, пустым.

Во-вторых, неосознанно мы все же стремимся избавиться от боли, прожить ее. Из-за этого человек может регулярно попадать в ситуации, в которых травма, так или иначе, повторяется. Это происходит неосознанно, в надежде прожить травму с другим исходом, более благополучным. И тем самым восстановить собственную целостность, вернуть себе себя.

К сожалению, чаще это приводит к ретравматизации – повторной травме «по тому же месту». Так происходит, потому что нет собственного ресурса для проживания эмоционально напряженной ситуации, сил недостаточно, нет и поддержки окружающих – они либо не знают, что травматик в ней нуждается, либо он не может ее принять, не умеет этого делать, неосознанно отвергает. Ситуацию усугубляет и то, что большая часть переживаний не только не озвучена, но и не осознана, внутренне не распознается. И кажется, что события – набор несчастливых случайностей.

Что с этим можно делать?

Травма нуждается в проработке. Причем в профессиональной.

В этой работе важно учитывать еще одну особенность травматика. Ему не больно! Точнее кажется, что ему не больно, а на самом деле боль настолько хорошо упакована. Такие клиенты легко открываются, смело идут навстречу своей боли, кажутся очень стойкими и невозмутимыми. Если чувствительности и опыта психолога не хватит, чтобы это распознать, то клиент, соприкасаясь со своим травматическим опытом, остается один, без поддержки и ресурса. Ресурс был потрачен на рассказ, на то, чтобы собраться с силами, дойти до психолога, сесть на стул и просто все изложить. Все! Запасы истощились. А со стороны может показаться, что он в норме и достаточно крепок. С учетом того, что у травматика снижена чувствительность к собственной боли, чувства заблокированы, есть вероятность попасть в ре-травму прямо в кабинете психолога.

Как это преодолеть?

В терапии травмы важен темп сближения и постепенная наработка доверия между клиентом и психологом, что требует времени и терпения. Не стоит сразу глубоко заныривать — это бывает больно.

Если приближение к травме будет слишком интенсивное, клиент потеряет свои старые способы защиты от травмы, но не успеет нарастить новые. При том, что блокировка переживаний, эмоциональная анестезия, позволяла держать себя в рамках, не развалиться. Она защищала от лишнего внимания и ненужных вопросов. От добавочной боли. Она как корочка на ранке — защищает то нежное, что есть внутри. Сначала надо внутри окрепнуть, чтоб заживали ранки, новой кожицей обрастали, а потом уже от корочки избавляться.
Если в интенсивной работе резко лишить травмированного человека его «неправильных» защит, даже из самых благих намерений, то можно получить новую травму по старому месту. Да, иногда подход, направленный на «открыть глаза», «понять, что сам себе злобный Буратино» и прочая шоковая терапия может сработать. Но не в случае с психологической травмой. В травме только бережно, аккуратно и постепенно.

Для погружения в травмы нужны наработанные ресурсы. Одним из этих ресурсов является доверие психологу, уверенность в его компетенции и стабильности. Что не испугается, не сбежит, не бросит и верно поймет. Что не станет стыдить или винить. Как правило, такая уверенность нарабатывается не одной беседой, а в ходе некоторого количества «проверок». Не форсируя события можно сначала набраться сил, а потом соприкасаться со сложными темами. В моем опыте, чем болезненнее тема, чем она глубже, тем больше времени и внимания нужно отношениям, безопасности, доверию. Это совсем не значит, что все встречи посвящены знакомству и привыканию друг другу. Можно начинать работу с менее значимых тем – на них и проверяются отношения, стиль работы психолога, его темп, его внимание к клиенту.

Добавлю, что клиенту в работе с психологом хорошо бы еще чувствовать, прислушиваться к себе, ориентироваться на свои ощущения, учиться доверять им. Говорить о них и своих желаниях другому. Не просто выполнять задания, а с оглядкой на себя — про что они для меня, что дают, что я узнаю о себе. Прислушиваться к себе хотя бы на уровне собственного комфорта или дискомфорта – насколько это переносимо.

Проживая травматический опыт при поддержке психолога, человек освобождает огромный кусок своей души, обретает целостность. И вместе с этим существенное количество жизненной энергии. Хочется жить, любить, творить, заниматься любимыми делами. Появляются новые замыслы, идеи и силы на их воплощение. Вновь появляется чувствительность, возможность переживать эмоции, проживать их не убегая от собственных чувств во всем их разнообразии. Качественно по-другому стоятся отношения с людьми, более глубоко и интересно.

По-новому ощущается собственное тело – сильным, красивым и гармоничным. Это можно сравнить с ощущением, когда из душного помещения со спертым воздухом выходишь в сосновый бор после летней грозы. Настолько сильно меняется самоощущение при проживании травмы.

Наверное, эти приобретения стоят усилий, которые сопровождают работу с собой? Мне кажется, стоят!

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

ЧТО МЫ ПУТАЕМ С ЛЮБОВЬЮ В СОЗАВИСИМОСТИ

ЧТО МЫ ПУТАЕМ С ЛЮБОВЬЮ В СОЗАВИСИМОСТИ

 Елена Иванова

ГОЛОД ПО ЛЮБВИ

Когда мы испытываем сильный физический голод, то зачастую мы можем накинуться на еду, как только получим такую возможность. Дразнит аромат, дразнит вид еды. Не так сильно заботит качество. Главное — скорее поесть. И оторваться от еды сложно. Хочется еще и еще.

Если внутри живет ощущение одиночества и пустоты, то это создает постоянный голод по любви. И тогда каждое свидание с новым человеком — как котлета с пюрешкой для голодного. Человек кажется идеальным, хочется поскорее окунуться в отношения с ним и не отпускать его. Некогда думать о совместимости — “поесть” бы сначала.

Симптомы:

  1. Быстрое погружение в отношения без достаточного узнавания друг друга.
  2. Партнер кажется идеальным. Если кто-то пытается “открыть глаза” и сказать “вы не пара”, то это вызывает злость — хочется зарычать, как если бы у собаки отнимали кусок мяса.
  3. Хочется проводить как можно быть времени вместе, все делать вместе, разделять все-все, ни в чем не иметь секретов.
  4. Хочется во всем быть похожими, одинаковыми.
  5. Мысль о расставании вызывает ужас. Появляются фразы “Ты для меня все”, “Я без тебя не смогу”, “В тебе вся моя жизнь”, которые свойственны состоянию зависимости.

Что-то похожее может происходить во время влюбленности, но острота влюбленности постепенно сходит и “голод” удовлетворяется. Но если голод это внутреннее состояние, то он не удовлетворяется никогда.

НАДЕЖДА НА ЛЮБОВЬ

Когда есть сильный голод по любви и при этом есть внутренний запрет на отношения (страх близости, глубокое чувство отвергнутости и т.п.), то мы можем оказаться в иллюзорных отношениях.

Симптомы:

  1. Кажется, что мы удовлетворяем свои потребности в отношениях, но по факту нет. Звучит абсурдно, но так бывает.
  2. Предполагаемый партнер явно или косвенно обозначает, что не готов к отношениям с нами. Но мы продолжаем его добиваться и верить, что когда-то у нас получится завоевать его любовь.
  3. Мы состоим в отношениях, но партнер явно обозначает, что он заинтересован меньше. И мы всячески стараемся сделать так, чтобы он наконец нас полюбил, стал уделять достаточно внимания и т.д.
  4. Мы воспринимаем как любовь не какие-то конкретные приятные действия партнера по отношению к нам, а сам факт существования этого человека, его “привет, как дела” раз в месяц. Для нас важнее не то, что происходит в отношениях на самом деле, а есть ли у возлюбленного хоть капля интереса к нам. Почва для заработка гадалок на вопрос “любит-не-любит”.

Когда-то я познакомилась с мужчиной на сайте знакомств. Мы переписывались уже несколько недель, но он не хотел встречаться в реальности. Однако говорил, что его намерения ко мне серьезны. Я верила. Для важны были именно его “намерения”, а не реальные действия.

В какой-то момент я наконец поняла, что встречи не будет. Но я не хотела завершать это общение, потому что включаться в новые отношения не хотелось, а здесь, как мне казалось, есть возможность поболтать вечером, поделиться, как прошел день. А потом я вдруг поняла, что это иллюзия — нет такой возможности, никто на самом деле не спрашивает меня и не слушает, когда я рассказываю.

ГОЛОД ПО КОМФОРТУ

В это случае ценность представляет не сам человек, а то, что он может дать, тот комфорт, который он дает. Как игрушка для ребенка, как некий обслуживающий персонал, как ортопедический матрас и кофе-машина.

Комфорт может быть и от эмоционального присутствия, но это эгоистичная жажда, желание только получать, но не давать. Например, один все время жалуется, а другой утешает, но сам не может получить поддержки.

Человек готов что-то вкладывать в отношения, но довольно механистично. “Мне нужно, чтобы ты не сломалась, поэтому пойдем в театр, раз ты хочешь, а потом ты сделаешь мне минет”, сказал как-то один мой бойфренд.

Если у нас есть такие чувства к человеку, то его отсутствие приносит реальную боль. Но боль именно из-за того, что мы лишишь чего-то приятного. Сам человек нас мало волнует.

“Прости, я не могла тебе ответить, у меня была высокая температура”, говорю я, а в ответной реакции больше обиды за то, что я не отвечала (не удовлетворила потребность), а не волнения и заботы о моем здоровье. Типичное проявление такой “любви”.

Часто сходятся пары, когда у одного “надежда на любовь”, а у другого “голод по комфорту”. Тогда первый становится обслугой для второго.

ГОЛОД ПО ПРИЗНАНИЮ

Мы можем нуждаться в человеке, который будет восхищаться нами. Мы можем нуждаться в человеке, которым мы будем восхищаться.

Мы можем хотеть, ожидать, требовать, чтобы партнер становился лучше (в работе, во внешности, в чем угодно). Мы можем сами стремиться прыгнуть выше головы, чтобы стать достойным партнера.

В таких отношениях идут игры со стыдом и восхищением, очарованием и разочарованием.

В таких отношениях сложно быть простым, обычным. Нужно быть только лучшим, чтобы заслужить хоть капельку тепла, и то не факт.

НАСИЛИЕ

Это похоже на Стокгольмский синдром, когда мы “любим” человека, который унижает нас, оскорбляет, разрушает нашу самооценку, применяет физическое насилие. Да даже если просто пассивную агрессию в виде постоянного сарказма и подколов.

Это не любовь. В этом случае имеет смысл обращаться к специалисту.

Фрагмент из  книги «С чем мы путаем любовь, или Любовь это«.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

КАК ПОНЯТЬ, СЕПАРИРОВАЛСЯ МУЖЧИНА ОТ МАТЕРИ ИЛИ НЕТ?

КАК ПОНЯТЬ, СЕПАРИРОВАЛСЯ МУЖЧИНА ОТ МАТЕРИ ИЛИ НЕТ?

Косачева Светлана

⭐️ПРИЗНАКИ ОТСУТСТВИЯ СЕПАРАЦИИ МУЖЧИНЫ И ЕГО ЗАВИСИМОСТИ ОТ МАТЕРИ⭐️

🔷 Нет территориальной сепарации. Взрослый мужчина (ориентировочно — возраст окончания школы и/или ВУЗа) все еще живет с мамой. Вы можете услышать оправдательные фразы:

❌«Это не я с мамой живу, а она со мной».
❌«Ну так же удобнее, я все равно почти не бываю дома».
❌«Я коплю на свою квартиру».

Исключения возможны: например, он на время переезда решил попользоваться «своей детской комнатой».

🔷 Есть территориальная, но нет конфликтной сепарации. Мужчина разъезжает по миру, уехал на другой конец света ради увеличения расстояния между собой и матерью, так как не может выстроить личные границы с матерью через здоровую конфронтацию.

🔷 Нет конфликтной сепарации. Мужчина не способен высказать свое мнение, отстоять свои границы, при необходимости – поругаться с мамой и при этом не разрушиться, и не провалиться в чувство вины.

🔷 Чувству вины стоит уделить особое внимание. Мужчина, почти при каждом контакте с матерью, проваливается в вину:
✔️легко поддается на материнские манипуляции (эти «шедевры» – достойны отдельного поста),
✔️не умеет говорить «нет» или «стоп»,
✔️не умеет выходить из контакта с матерью без страха, что она его бросит или умрёт,
✔️все его действия по отношению к матери идут из позиции «должен», а не из собственного, свободного желания помочь и чувства благодарности.

🔷 В контакте с женщиной такой мужчина будет повторять свое поведение с мамой:
✔️проваливаться в чувство вины,
✔️избегать конфликтов, а также
✔️видеть манипуляции там, где их нет,
✔️либо отыгрывать ситуацию и достаточно агрессивно пытаться выйти на конфликт.

Тогда как зрелый мужчина в схожей ситуации проявит снисходительность к эмоциональности женщины и сконтейнирует ее и свои эмоции или, при необходимости, остановит ее, если она переходит грань допустимого.

🔷 Мужчина обожествляет свою мать. Когда ребенок маленький, он смотрит на маму как на Бога (Богиню) и это естественно. Если «мальчику» за 30 и он смотрит на маму, как на Богиню — снизу вверх, не видя реального человека с его достоинствами и недостатками – то это нарушает естественное развитие. Вы можете услышать:

❌«Мама – это святое!»
❌«Самая главная женщина для меня – это моя мама».
❌«Мамины слова для меня – это самое важное!»

Такой мужчина застрял на первой стадии сепарации. Он «прилип» к маме и проявляет себя инфантильно. Он не берет на себя ответственность и не сделает предложение женщине сам. Женщина может «женить» за себе такого мужчину, при этом при любом конфликте она услышит:

❌«Ты сама этого хотела, теперь выкручивайся!»

🔷 В контакте с женщиной такой мужчина может либо боготворить ее (на ранних стадиях отношений), либо – позже, со своей женой – постоянно сравнивать и обесценивать ее, давая понять, насколько она неидеальна и не дотягивает до идеальности его матери.

🔷 Такой мужчина, скорее всего, будет обсуждать свою жену со своей матерью и позволит давать ей оценки. Он пустит мать в свою собственную семью с ее рекомендациями, как ему и его жене нужно жить. От него вы услышите:

❌«Я сделаю так, как мама скажет».
❌«Мама плохого не посоветует».

🔷 Мужчина не может построить постоянных стабильных отношений с женщиной. На ранних стадиях отношений он будет отдаляться, исчезать при каждом эмоциональном сближении, сразу как только отношения будут «налаживаться».

🔷 Позже, в браке такой мужчина может изменять, уходить и снова возвращаться, потом появляться и падать в ноги. Такое непостоянство, легкомыслие характерны для мужчин, застрявших во второй стадии сепарации. В детском возрасте этой стадии соответствует тот период, когда ребенок познает мир, но имеет потребность возвращаться в безопасное убежище (к маме на ручки). У взрослого мужчины, не прошедшего эту стадию в детстве, нет сил на прямую конфронтацию, и действует он как маятник — куда качнуло, там и будет.

При этом несепарированный мужчина, как правило, не может долго оставаться без женщины, он склонен сразу же замещать потерянную любовь кем-то или чем-то.

🔷 Такой мужчина часто контролирует женщину, вторгаясь в её личное пространство, травмирует её, либо сам поддаётся контролю и слишком тесной, удушающей близости. Если бы в своё время ему удалось установить нормальные границы с матерью, мужчина бы теперь не боялся, что жена или подруга возьмёт верх в его отношениях. Если жена или подруга отождествляются с властной матерью, с той единственной женщиной, которая оказалась этому мужчине не по зубам, — он уходит от любви.

🔷 Химическая зависимость является маскировкой боли от отсутствия сепарации или борьбой с потребностью в близости. Потребность в близких отношениях подменяется по-разному — работой, сексом, наркотиками, алкоголем, хобби, спортом, едой и т.п. Всё что угодно, лишь бы не зависеть от другого человека.

***
Дорогие женщины, в посте в центре внимания – мужчина. И здесь следует заметить, что на этапах взросления возможности сепарироваться, стать самостоятельным мальчику, мужчине предоставляют родители, в частности – его мама, или – как показано выше – лишают их в силу самых разных причин, в том числе в целом отсутствием здоровых границ в семье на протяжении нескольких поколений.

Помните, что насильно сепарировать, «овзрослеть» мужчину невозможно. Он может стать взрослым, только если сам этого захочет, и никак иначе.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

Психогенетика: как гены влияют на нашу жизнь

Психогенетика: как гены влияют на нашу жизнь

Психогенетик Роберт Пломин о роли генов и воспитания в формировании личности, способности к иностранным языкам и исследованиях близнецов

Психогенетика ищет генетические предпосылки различий между людьми. На 99% наши ДНК совпадают, люди практически идентичны, но 1%, на который мы различаемся, имеет огромное значение. Многих исследователей не интересуют индивидуальные различия, они ставят вопросы о человеческом виде в целом. Но психогенетики ставят вопросы о том, почему у некоторых детей наблюдаются нарушения чтения, а у других нет, почему у некоторых развивается шизофрения, а у других нет. Это то, чем занимается психогенетика ― изучает различия.

Природа против воспитания

На протяжении ста лет психологи предполагали, что единственный значимый фактор в объяснении различий между людьми ― это окружающая среда, в особенности обстановка, созданная родителями в первые несколько лет жизни ребенка. Это мнение господствовало с работ Фрейда и далее. Но при помощи психогенетики мы обнаружили, что разница в ДНК людей объясняет почти половину различий между ними. Генетика не просто «имеет значение» ― она играет огромную роль почти во всех областях психологии: психическом здоровье человека, заболеваниях, когнитивных способностях, развитии личности или школьных достижениях.

Долгое время люди считали, что наша личность полностью обусловлена воспитанием. Природа против окружения ― это старый дискуссионный вопрос в психологии. Психогенетики показали, что природа (гены) очень важна. Сама идея восходит к началу прошлого столетия, когда были разработаны первые психогенетические техники: близнецовый метод и исследования семей с приемными детьми.

Исследования близнецов

Около одного процента всех детей, рождающихся в мире, ― это близнецы, и треть из них ― идентичные близнецы. Их называют монозиготными, так как они развиваются из одной оплодотворенной яйцеклетки ― зиготы. Они как клоны друг друга, у них одинаковая ДНК. Другой тип близнецов (две трети от общего числа) называются дизиготными: они похожи на других братьев и сестр, но развивались в одно время в одной утробе. Близнецовый метод состоит в том, чтобы сравнивать эти две группы. Если какая-то черта, например музыкальные способности, продиктована генетикой, неизбежно предположение, что идентичные близнецы больше похожи друг на друга, чем неидентичные. Это своеобразный биологический эксперимент.

FAQ: Психогенетика: как гены влияют на нашу жизнь

Что нам дал близнецовый метод? Исследование 15 миллионов близнецов в четырех тысячах работ показало, что наследуется все ― не только психологические черты, но и физиология (например, длина и плотность костей). Все индивидуальные различия в биологии и поведении в основном обусловлены различиями в ДНК.

Метод приемных детей

Если исследования близнецов ― это своего рода биологический эксперимент, то изучение семей с приемными детьми ― это социальный эксперимент.И гены, и воспитание связаны с семьей. В течение долгого времени психологи знали, что шизофрения ― семейное заболевание. Отлично, говорили они, это все из-за окружающей среды, родители развили у своих детей шизофрению. Но психологи не принимали в расчет вероятность того, что и генетика важна. Генетический материал передается по наследству: родители и дети схожи генетически на 50%.Давайте посмотрим на биологических и приемных родителей. Детей усыновили после рождения, биологические родители передали им свои гены, но не участвовали в их воспитании. Дети растут в приемной семье и связаны с приемными родителями через окружающую обстановку. Такие исследования ― мощный инструмент для проверки важности генетики. Метод предсказывает, что схожесть между биологическими родителями и их детьми, с которыми они не живут в одной среде, позволяет протестировать влияние генетики. Сходным образом то, насколько дети похожи на их приемных родителей, ― это проверка того, насколько на детей влияет воспитание.Близнецовый метод и метод приемных детей показали ключевую роль генетики в формировании человека. От идеи, что не наследуется ничего, мы перешли к идее, что наследуется все. Теперь оба метода используются для решения более интересных вопросов.

Как рано проявляется влияние генов?

Между генетикой и окружающей средой постоянно происходит взаимовлияние. Жизненные события вроде финансовых кризисов, проблем в отношениях, ссор, потери работы ― это не события, которые пассивно с вами происходят (будто вы не имеете к ним никакого отношения). Это то, что вы делаете со средой. Здесь подключается генетика. Гены работают через их корреляцию с окружающим миром.Например, я изучаю когнитивные способности. Наиболее наследуемый из сотни показателей когнитивных способностей ― это словарный запас. Имеются в виду индивидуальные различия: у некоторых людей большой словарный запас, у некоторых ― нет. Вы не наследуете слова, они не заложены в вашей ДНК, в том числе из-за того, что в мире существует много разных языков, но склонность к использованию языка, к тому, чтобы слышать языковые тонкости, наследуется. Моя внучка всегда хочет знать все нюансы: почему какое-то слово значит именно это? А мой внук говорит: «Да какая разница, ты же понял, что я имею в виду!» ― и вот здесь начинают работать гены. Вы начинаете использовать окружающий мир, вы общаетесь с людьми, которые мыслят схожим с вами образом. Моя внучка будет общаться с другими детьми, которые читают книги и которым нравятся интеллектуальные беседы. Это хороший пример того, как взгляд с позиций генетики изменил наш подход к тому, как мы осмысляем понятие окружающей среды.

Генетические предпосылки способности к языкам

Развитие языковых навыков активно изучают. Дети сильно различаются в том, как рано они учатся говорить, как их языковые навыки развиваются в течение жизни (насколько легко для них говорить бегло) и словарный запас. Эйнштейн, например, не говорил до трехлетнего возраста.

FAQ: Психогенетика: как гены влияют на нашу жизнь
Подобные исследования часто касаются изучения первого языка. Интересный вопрос, к которому начали обращаться психогенетики, связан с изучением второго языка. Оказывается, что в этот процесс вовлечены многие из тех генов, которые регулировали освоение первого языка: люди с хорошими показателями освоения первого языка, скорее всего, будут довольно неплохо владеть вторым. Но есть и специфические генетические факторы. Результаты исследований таковы: на успешность освоения второго языка на треть влияют гены, отвечающие за освоение первого, еще на треть ― другой набор генов, а еще на треть ― общий уровень интеллекта.

Какие черты мы наследуем?

В науке произошла настоящая трансформация: до сих пор людей интересовал только вопрос, важны ли гены и если да, то насколько. На этот вопрос во всех его аспектах уже найден ответ, хотя некоторые люди до сих пор не принимают его. Генетика не просто важна, она фундаментальна почти для всех областей психологии. Уже неинтересно говорить: «Эта черта наследуется», потому что наследуется все.Мы идем глубже и задаем вопросы о развитии, о чертах характера. Например, в сфере психопатологии и психических заболеваний существует множество разных диагнозов. Оказывается, что генетические эффекты у них примерно одинаковые, то есть одни и те же гены вызывают многие из «разных» расстройств.Еще одна область исследований ― это взаимовлияние между генами и окружающей средой. Если и природа, и воспитание важны ―, а это так, потому что генетика не объясняет все различия, она обычно объясняет около половины, ― многие исследователи заинтересованы в том, чтобы выяснить, как они работают вместе: хотят выявить взаимовлияние, корреляцию и взаимодействие между генами и окружающим миром и тем, как это влияет на развитие человека.Ключевая идея ― пойти дальше и сказать: «Найдем гены, которые за это отвечают». Все наследуется, так давайте найдем конкретные гены. Если вы можете найти гены, вы можете сделать намного больше и в своей области исследований, и в сфере решения конкретных проблем. ДНК ― это лучший инструмент для прогнозирования проблем, который у нас есть, а прогнозирование позволит вовремя вмешаться, чтобы их предупредить. Это направление, в котором движется вся медицина.Например, вместо того чтобы ждать, пока человек станет алкоголиком, а потом пытаться его вылечить (или ждать, пока кто-то заработает ожирение, а потом пытаться его вылечить), могла бы появиться возможность спрогнозировать проблемы, чтобы предотвратить их появление. Это важно и для отдельных людей, и для общества в целом.

Мы уже достигли поворотной точки, где начинаем связывать различные особенности и конкретные гены. Это позволит нам делать индивидуальные прогнозы о генетических рисках и устойчивости, уязвимостях и преимуществах, что со временем позволит нам предсказывать проблемы и начать предотвращать их.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

Как работает экстракорпоральное оплодотворение

Как работает экстракорпоральное оплодотворениеНет описания фото.

В 1978 году Луиза Браун стала первым в мире ребёнком, рождённым вследствие экстракорпорального оплодотворения, или ЭКО. Её рождение перевернуло сферу репродуктивной медицины.

С учётом того, что примерно восьмая часть гетеросексуальных пар имеют трудности с зачатием, а гомосексуальные пары и одинокие родители всё чаще нуждаются в медицинской помощи при создании ребёнка, спрос на ЭКО растёт. ЭКО настолько распространено, что более 5 млн. детей были рождены с его помощью.
ЭКО работает, имитируя гениально устроенное половое размножение. Чтобы разобраться в ЭКО, для начала мы рассмотрим естественный процесс зачатия.
Верите вы или нет, всё начинается в мозге. Примерно за 15 дней до возможного оплодотворения яйцеклетки передняя доля гипофиза выделяет фолликулостимулирующий гормон или ФСГ, под действием которого в яичнике вызревает небольшое количество фолликул, которые впоследствии вырабатывают эстроген.
Каждый фолликул содержит одну яйцеклетку, и в среднем лишь один фолликул созревает полностью. Пока он растёт, он продолжает вырабатывать эстроген, который помогает скоординировать развитие и подготавливает матку, а также сообщает мозгу, насколько успешно развивается фолликул.
Когда эстроген поднимается до нужного уровня, передняя доля гипофиза вырабатывает выброс лютеинизирующего гормона или ЛГ, который инициирует овуляцию, являясь причиной разрыва фолликула и высвобождения яйцеклетки.
Как только яйцеклетка выходит из яичника, она оказывается в фаллопиевой трубе, направляемая «бахромками фаллопиевой трубы». Если яйцеклетка не оплодотворяется сперматозоидом в течение 24 часов, неоплодотворённая яйцеклетка погибает, а вся система возвращается в исходное состояние, подготавливая создание новой яйцеклетки и слизистую оболочку матки на следующий месяц.
Яйцеклетка — самая большая клетка в теле человека, она защищена толстой внеклеточной оболочкой, состоящей из сахаров и протеинов и называемой «вителлиновый слой». Слой препятствует входу в яйцеклетку более чем одного сперматозоида — мельчайшей клетки тела.
Процесс выработки спермы у мужчин занимает 2–3 месяца, а процесс её обновления идёт постоянно. За одну эякуляцию на половой акт приходится более 100 млн. сперматозоидов. Но только около 100 из них в конце концов окажутся поблизости от яйцеклетки, и только один проникнет сквозь броню вителлинового слоя.
После успешного оплодотворения зигота начинает перерастать в эмбрион и достигает матки в течение трёх дней. Требуется еще около трёх дней, чтобы прочно закрепиться на эндометрии — внутреннем слизистом покрове матки.
После имплантации клетки будущей плаценты выделяют гормон, который сигнализирует совулировавшему фолликулу о процессе беременности в матке. Это позволяет избавить этот фолликул, отныне называемый «жёлтым телом», от разрушения, что происходит обычно на этой стадии менструального цикла.
Жёлтое тело отвечает за продукцию прогестерона, необходимого для поддержания беременности на протяжении первых 6–7 недель, пока формируется плацента, обрамляющая плод, и вплоть до рождения ребёнка приблизительно 40 недель спустя.
Так как же зачать ребёнка в лаборатории?
У пациенток, осуществляющих ЭКО, ФСГ доводится до уровня выше естественного для проведения контролируемой стимуляции яичников, в результате которой можно будет получить несколько яйцеклеток.
Яйцеклетки затем извлекаются непосредственно перед овуляцией, пока женщина находится под анестезией, с помощью пункционной иглы и под контролем ультразвука. В большинстве случаев образцы спермы вырабатываются путём мастурбации.
В лаборатории распознанные яйцеклетки отделяются от соседних клеток и подготавливаются к оплодотворению в чашке Петри. Оплодотворение можно провести двумя способами.
По первому из них, яйцеклетки помещаются вместе с тысячами сперматозоидов, и оплодотворение происходит естественным путём за несколько часов.
Второй способ максимизирует вероятность оплодотворения посредством иглы, которая помещает один сперматозоид внутрь яйцеклетки. Этот метод применим, если есть проблемы с качеством спермы.
После оплодотворения эмбрионы могут быть проверены на генетическую пригодность, заморожены для следующих попыток беременности или пересажены в матку женщины с помощью катетера.
Общепринятая практика — перенос эмбриона через три дня после оплодотворения, когда эмбрион состоит из 8 клеток или на пятый день, когда эмбрион называется бластоцистой и состоит из сотни клеток.
Если яйцеклетки женщины некачественные из-за возраста или вредных воздействий или если они были удалены из-за рака, могут быть использованы донорские яйцеклетки. В случае, если у будущей мамы проблемы с маткой либо матка удалена, другая женщина, называемая суррогатной матерью, может предложить свою матку в качестве места беременности.
Чтобы увеличить шансы на успех, которые составляют до 40% для женщин моложе 35 лет, иногда врачи переносят несколько эмбрионов сразу. Это объясняет, почему после ЭКО двойни и тройни рождаются чаще, чем при естественной беременности.
Однако большинство клиник стараются избежать многоплодных беременностей, так как это более рискованно для матерей и детей.
Миллионы детей, как и Луиза Браун, были рождены благодаря ЭКО и живут нормальной, здоровой жизнью. Долгосрочное влияние стимуляции овуляции на здоровье после ЭКО в меньшей степени ясно, хотя на сегодняшний день ЭКО представляется безопасным для женщин.

Благодаря лучшей генетической диагностики, возможности отсроченного вынашивания, увеличивающейся доступности и снижающейся стоимости не исключено, что искусственное зачатие путем ЭКО или схожих технологий может вскоре опередить естественную репродукцию.

Источник: https://www.ted.com/

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

Психотерапия как маленькое чудо

Психотерапия как маленькое чудо

Оксана Фадеева

Иногда психотерапия – это способ наконец-то вырасти во взрослого человека, не боящегося собственной тени. Об этом и будет моя история.

Рядом с моим домом есть узкий проход: с одной стороны «Перекрёсток», c другой мелкие лавки, а посередине народ, идущий с электрички.

В этом проходе часто стоит один и тот же мужчина. Иногда с сигаретой, иногда просто так. Он разглядывает прохожих и отпускает в мой адрес комментарии. Делится своими лайтовыми эротическими фантазиями. Эх, красавица, я б тебя, эх, хороша, давай подвезу, эх.

Меня это приводит в ярость. Я часто хожу в «Перекрёсток», это моя тропа, и я не желаю на ней слышать ничего подобного.

В последний раз когда я шла с авоськами к дому, мужик снова стоял на проходе и снова что-то процокал мне вслед. Наверное, в его системе ценностей это совсем не оскорбительно. Но не в моей. Поэтому я остановилась, развернулась, подошла к нему вплотную и сказала всё, что думаю на этот счёт. Сказала корректно, но доходчиво.


Мужик оторопел и выдал что-то вроде «ой, иди с богом». Кажется, с ним случился когнитивный диссонанс.

А я потрусила со своими авоськами дальше, думая о том, что к началу взрослой жизни моя способность отстаивать свои интересы равнялась приблизительно нулю. И что в похожих ситуациях всё, на что меня хватало, это обернуть негодование против себя же самой. «Не рыпайся, мелюзга, – говорил мне один голос, – кто услышит твой писк?». «Вот размазня», – клеймил другой. И я задыхалась в тисках разнонаправленных предписаний, и мне хотелось сдохнуть от собственной несостоятельности.

А потом началась терапия.

И это было скучно, долго и вечно жалко денег. У меня не случилось ни одного инсайта. Я ни разу не плакала слезами облегчения и не кричала «эврика!». Более того, я часто уходила после сессии, надувшись от недопонятости.

А потом я заметила, что в типичных ситуациях выдаю новые реакции. Колоссальную разницу между «было» и «стало».
Оказывается, внутри меня проросла инстанция, способная отстаивать мои собственные интересы, и делать это совершенно без надрыва. Все равно что сбегать в магазин за хлебом.

Наверное, это и есть главный инсайт. Я изменилась, сама того не заметив. Мой мир стал другим – менее враждебным, более откликающимся. В нём не страшно отстаивать свои потребности. Более того, для этого не нужны сверхусилия – иногда достаточно что-то произнести вслух. И голоса в голове внезапно утратили свою категоричность. Теперь они все больше про «рискни, вдруг получится!»

Когда я говорю, что не хотела бы вернуться на двадцать лет назад, я понимаю, что боюсь тогдашнего чувства овцы на заклание. Но я выбралась из него не только с возрастом. Точнее, только с возрастом я бы из него точно не выбралась.

Терапия, помимо прочего, – это метод замещающего онтогенеза. Она даёт возможность ещё раз прожить тот период, в который ты затормозил, и вырастить в себе то, что когда-то не успело вырасти. И слава богу, что он есть, иначе многие из нас так и остались бы на всю жизнь перепуганными детьми без права голоса.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

 

Контейнирование.

Контейнирование.На изображении может находиться: на улице, текст «бумага UNAREw прочее стекло пластик»

 Елена Алексеева.

Контейнирование — это способность выдерживать эмоции другого человека во всей полноте. Тем самым эмоция может развернуться по максимуму и постепенно угаснуть. Как дрова в печурке или огонь в камине — есть место для горения и дымоудаления, однако окружающие получают только тепло и красоту, не обжигаясь и не задыхаясь от дыма.

Контейнирование — функция, заложенная природой в каждом человеке вместе со способностью быть родителем. Женщина способна контейнировать детей до 7 лет, пока дети осваивают мир внутри семьи и не особо взаимодействуют с социумом. В женщине посредством гормонов заложен особый процесс реагирования через возбуждение и торможение, что позволяет любой маме не прибить ребенка, нарушающего всевозможные границы, ещё в младенчестве.
Женщина может терпеть то, что мужчина не может — плач младенца, который не в состоянии объяснить, что ему нужно, нытье трехлетки, детское желание везде залезть и все попробовать на зуб — по природе мама умеет видеть боковым зрением и отлавливать детей в момент опасности. Мама знает на интуитивном уровне много того, чего не написано в книжках.
Материнская роль и опыт предыдущих поколений передается каждой девочке уже в утробе матери. До 7 лет девочка отыгрывает эти знания с куклами, другими детьми или проявляя заботу о ближних и питомцах. И девочка всегда смотрит на маму как на образец. Девочка будет вести себя со своими детьми так же, как вела себя с ней мама. Или наоборот ровно не так, если опыт был болезненным и не стёрся из памяти.
Доступ к контейнированию у каждой женщины свой собственный и сильно зависит от её детства и семейных динамик. Женщина может иметь гиперспособность к контейнированию, если в детстве её мама не умела контейнировать вообще, либо сливая все эмоции на ребенка, либо не имея доступа к своим чувствам. Такая женщина автоматически контейнирует не только своих детей, но и окружающих.
И если такая женщина не научится ясно обозначать свои границы, перестав брать на ручки и выслушивать чужих дядь и тёть с их нескончаемыми бедами — однажды эта женщина станет никому не нужной. Потому что не смогла услышать себя и позаботиться о себе. Она всё там же, в детском возрасте, контейнирует маму. Она должна быть хорошей девочкой, ведь счастье мамы зависит исключительно от неё.
Женщина может не иметь способности к контейнированию вообще. Если нет доступа к собственным чувствам, то все, что чувствует её ребенок — враньё, ерунда, тебе показалось, мне некогда. Рядом с такой мамой ребенок вырастает без надежды быть услышанным. Он идёт в жизнь, оставаясь хорошим для всех и слушая чужих дядь и тёть с их бесконечными проблемами. Либо вырастает в такую дядю или тётю, который считает необходимым слить всё, что имеет, в чужие свободные уши, потому что наконец-то можно.
Женщина по природе вещей контейнирует только своих детей, постепенно уменьшая размер контейнера и помогая детям фильтровать и разбираться в том, что из ребенка выходит — где какие эмоции, где причина, а где следствие, как можно было иначе. И самое главное — мамин хороший взгляд на ребенка в любой, даже самой ужасной ситуации. Именно такое контейнирование позволяет детям развиваться эмоционально сообразно возрасту.
К семи годам дети уже в состоянии разобраться со своими эмоциями и управлять ими в моменте — они уже умеют говорить словами через рот что злятся, вместо швыряния игрушек, истеричных воплей и повреждения кого-то или чего-то вокруг себя. Что им грустно и у них есть место для слез без глубоких депрессий и чувства тотальной ненужности.
Что им не нравится то и то, и к их мнению прислушиваются родители, не заставляя есть, носить или делать то, что не нравится. Что им страшно и иногда даже нет никакого рационального объяснения этому страху, а нужно просто подтверждение от кого-то, что это нормально и так бывает. И тогда мама становится нужна как контейнер только тогда, когда эмоции зашкаливают — в новых ситуациях, при общении с новыми людьми или при попадании в резонанс.
И здесь бо́льшее место в жизни ребенка занимает папа или другая мужская фигура. Мужчины имеют принципиально иную природную способность в дополнение к женской способности контейнировать — быть рядом не вовлекаясь. То есть мама эмоции разделяет и проживает, а папа эмоции как бы припарковывает — вот ты, вот твои эмоции, ты взрослый и ты справишься, я тут с тобой и никуда не денусь.
Этот механизм прекрасно работает в паре — мама контейнирует ребенка, папа рядом не вовлекаясь держит маму. Потихоньку ребенок растет и сепарируется от мамы в сторону папы, попутно научаясь не вовлекаться, так как опыт разделять он уже получил от мамы на самом себе. Это если пара достаточно взрослая в плане эмоциональной зрелости — дети эмоционально вызревают сообразно возрасту без лишних телодвижений естественным образом.
Мужчина, благополучно проживший своё детство рядом с контейнирующей мамой и достаточно присутствующим папой — очень хороший пример для ребенка любого пола. Ему достаточно просто быть в доступе, откликаясь на зов ребенка в нужный момент. Об такого мужчину дети учатся не падать в эмоции, а возвращаться в реальность всегда, какая бы сложная ситуация не была. И если такого мужчины в жизни ребенка не было — он вырастает в поисках такого устойчивого взрослого в других людях, проецируя папу на других мужчин и женщин.
Такой ребёнок находит кого-то и устанавливает с ним достаточно близкие отношения, чтобы в один момент выпасть в детскую травму — сливая на другого человека свои непереваренные эмоции в надежде, что другой поможет ему их прожить и в них разобраться. К сожалению, мало кто в состоянии выбрать осознанно для столь ответственного мероприятия помогающего практика, заплатить денег и получить то, что не получил в детстве.
Мы считаем, что другие люди почему-то должны брать нас на ручки и нести в светлое будущее просто потому, что я так хочу. А если они отказываются — мы начинаем стучать руками или ногами, громко кричать и требовать, или молча обижаться и уходить в туман. Так мы пытаемся прожить свою детскую травму, ранясь об других снова и снова. Однако мы не можем прожить травму, выпадая на уровень ребенка, это невозможно. Нас по-прежнему некому взять за руку и вывести на иной взрослый уровень.
Бывают мужчины с функцией гиперконтейнирования и женщины с функцией быть рядом не вовлекаясь. Однако ни те, ни другие не могут построить достаточно хорошие отношения, потому что они взяли на себя чужую ответственность. И изменить такой расклад можно только одним способом — снять с себя ответственность не своего пола.
Я мужчина, я не обязан тебя слушать, если мне не интересно и ты не мой ребенок. Я отец и могу тебя слушать, даже если мне неинтересно, потому что для тебя, мой ребенок, это важно. Однако я имею свои собственные границы терпения и могу сказать тебе нет в тот момент, когда пойму, что ты просто решил присесть мне на уши и сильно этим злоупотребил. В этом случае я могу обозначить тебе темы, которые я готов с тобой обсуждать. В остальном тебе придется поискать других собеседников, приложив для этого определенное количество фантазии. А я тебе помогу, если это будет совпадать с моими взглядами на жизнь.
Я женщина и не обязана быть хорошей ни для кого. Я даю внимание только тому, что мне интересно и забираю свое внимание в тот момент, когда это перестает быть интересным для меня. Я никому ничего не должна, если мы с тобой не договорились об обмене моего времени и внимания на что-то равноценное.
Я мать и контейнирую только своих детей в том объеме, в котором мне это доступно. И я достаточно хорошая мать для своих детей, даже если не имею доступа к своим чувствам вообще либо мой контейнер забит барахлом кого угодно, кроме моих детей. И у меня нет на данный момент ресурсов мой контейнер разобрать. Я уделила максимум внимания для роста и развития моего ребенка в раннем детстве и сейчас он вполне подрос, что взять ответственность за свое тело и свои эмоции на себя. Я могу помогать только по запросу и при наличии моего ресурса. У моего ребенка есть отец и другие мужчины и женщины вокруг, которые помогут ему обрести новый опыт. Я дала всё, что могла.
Мы есть часть нашей семейной системы. И как бы то ни было — у нас так и не могло быть иначе. Однако сейчас я могу осознанно смотреть на свой прошлый опыт и пробовать новые шаги. Я учусь строить отношения с моими детьми иначе. Прошлое было и его не отменить, однако сейчас я могу сделать что-то новое для иного будущего.
В любой момент времени опыт можно перезаписать, если есть готовность к этому одной стороны и согласие второй. Готовность у старшего и согласие у младшего, а может быть наоборот. Любое движение имеет результат, даже если его не видно сразу. Это тоже опыт и он получается гораздо более удачным при наличии прошлого отрефлексированного опыта «как не надо».

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

НЕ ПРОЩАТЬ РОДИТЕЛЕЙ МОЖНО!

НЕ ПРОЩАТЬ РОДИТЕЛЕЙ МОЖНО!На изображении может находиться: 1 человек, на улице и природа

Татьяна Буцовская

Мне странно читать, когда пишут о том, что: «Ты должна! простить своих родителей, если хочешь стать взрослой», не разбираясь в контексте и сюжетах, и в ущербе, который был нанесен психике ребенка. Что обязательно нужно прийти к благодарности родителям, и даже «откапывать» эту благодарность, только так возможно быть взрослым.
У меня много вопросов к таким стереотипам. Я не могу в них вписаться со своим клиентским и терапевтическим опытом – родители бывают разные!
Ребенок обижается на своих родителей, это часть процесса взросления и сепарации. Он найдет и находит на что обидеться, и на «достаточно хороших» родителей, но моя статья не о них.
Я благодарна тем авторам, которые писали и пишут о том, что можно не прощать родителей, когда становится ясно, какие их действия к каким последствиям привели.
Так принято в нашей культуре, что родители — это святое! И такое табу лежит в общественном сознании. Что даже помыслить страшно о том, что родители могут быть не правы, могут быть «преступниками», совершая преступление и нанося ущерб психике и здоровью ребенка, не всегда это регулируется нормами права, хотя то, что может регулироваться этими нормами и законом, часто скрыто и укутано тайной и наложена печать молчания. Что имею ввиду — насилие: сексуальное, моральное, физическое.
Я имею ввиду дисфункциональные семейные системы. Это разные семьи, разных социальных слоев, не обязательно неблагополучных. Где ребенок травмируется многократно и постоянно, иногда с момента своего рождения. Где родители не берут свою взрослую ответственность. И к этому нет даже чувствительности и понимания, что происходит, что-то не так. Такое выражение как «кормили тушу, срали в душу» — хорошо описывает этот процесс.
Такой ребенок — симптом семьи, «козел отпущения». Он приносит себя в жертву родителям из любви к ним, он как пешка во «взрослой игре» своих родителей. Последствия жизни такого «ребенка» во взрослом возрасте мне, как психотерапевту очевидны – затяжные повторяющиеся депрессии, неврозы, зависимости, само разрушающееся поведение, «дырявая идентичность», травмированная сексуальность. Травмированные дети часто остаются привязанными к родителям, не достигая эмоциональной зрелости.
В процессе терапии становится ясным, что ребенок в такой семье был всеобщим контейнером для сброса различных подавленных чувств: злости, сексуального возбуждения, стыда, вины, агрессии, отвращения. Перепутанность детско-родительских ролей, где ребенок может быть наравне со взрослым — испытывать гордость от того, что мать посвящает его в сои взрослые разговоры, а по сути, использует. То, мать уже в позиции ребенка, и ждет что ее дочь, сын ее «удочерят». Такие дети приучаются брать ответственность за родителей, еще и о младших братьях, сестрах. Они справляются, но какой ценой?
Границы размыты, и весь происходящий п*здец – невроз матери и отца, за который они конечно же не в ответе. Взрослые не берут ответственность за то, что происходит с ними и не могут обеспечить защиту и безопасное созревание своему ребенку. Неудовлетворение его детских потребностей навсегда оставляют бреши в его идентичности, одиночество, эмоциональный голод, токсический стыд, вина, запечатанная боль, гнев будут искать выхода во взрослой жизни, замороженные, неудовлетворенные потребности будут ждать своего часа, чтоб удовлетвориться….
Матери таких детей могут быть пассивно- агрессивные, созависимые, психологически незрелые женщины, холодные, властные, которые не в состоянии эмоционально поддержать ребенка, и быть взрослой фигурой для них. Да что поддержать, они в своей травме могут проецировать на своего ребенка то, что им недодали их родители и требовать восполнения дефицитов от своих детей, и конкурировать со своими же детьми. Такие дети – сироты. Психологические сироты….
По сути, такие себе «плохие объекты». Как один американский психиатр Майкл Беннет в своей книге, называет их придурками. Это жесткое определение и оно имеет место быть.
Родители тоже были детьми, и у них были их родители, они «продукты своей среды» и с этой позиции можно понять, почему они такие, почему так поступали, какой у них их «раненный внутренний ребенок» и как он страдал….. Они не монстры, чтоб специально причинять страдания. Они травматики….Но это не снимает с них ответственности за их жизнь и их поведение по отношению к их детям. За последствия травм физического и психического насилия.
Так как простить?
Многие авторы вообще не ставят даже об этом вопроса, и не выгораживают родителей. Прощение – это выбор. И оно не гарантирует, что все образуется, родители поменяются, жизнь измениться и все будет хорошо. Будет по-разному и у каждого по-своему.
— «Прощение» — это самая распространенная защита, сохраняющая связь с плохими объектами. Здесь нужно для начала хорошо разобраться, не является ли прощение детским способом остаться с родителями, в надежде на их изменение?
— Прощение родителей нужно для того, чтоб продолжались отношения, чтоб удовлетворялась потребность в принадлежности.
— Прощение больше нужно самим детям, которые не сепарировались от родителей, которые не нашли точки опоры и себя и которым нужен еще родитель, хоть и такой.
— Простить, чтоб следовать религиозному верованию и стереотипам «Почитай отца и мать твою», которое внушает чувство вины и не дает посмотреть на свои травмы и страдания, сохраняя толерантность к родителям и семье. Здесь может возникнуть много сопротивления, когда отчетливо понимаешь и видишь всю правду….
— Прощая, мы заявляем Миру о том, что с нами можно так обращаться, и «Жертва» продолжается
Когда точно известно, что сепарация произошла, немало людей делают выбор отстраниться, чтобы отойти от родителей на такую дистанцию, чтобы те не могли причинять вред. И в этом случае тоже не может идти речь ни о каком «прощении».
Эта песня о прощении: «Не простишь, тебе же хуже будет, психосоматика замучает». Не понятно хуже или лучше. То, что нужно пройти через процесс горевания и проживание боли, это точно. Признать правду о своих травмах и то, что родители не изменяться и не возместят утрат. Не возьмут свою ответственность, и что жертвы были напрасны, никто не компенсирует, не признает своей вины и не повиниться.
Токсический стыд, вина, самоуничижение, саморазрушающее поведение, низкая самооценка – это защиты от боли и травм и возможность сохранять светлый образ родителей, снова и снова принося себя в жертву.
Прощать или нет, каждый решает сам. Всегда есть выбор! А не должествование. Каждому этот вопрос придется решать самому. И это не просто. Иногда на это может уйти не один год терапии, где по кусочкам собирается образ себя, открываются глаза на факты, отдается ответственность и вина, находятся опоры, проживаются вытесненные чувства, это однозначно сложнее, дольше, чем идти в «прощение» пересиливая себя и снова закрывать глаза, без возможности менять свою жизнь.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

Мифы про расставание

Мифы про расставаниеНет описания фото.

Борис Новодержкин

1. Прежде, чем уйти, надо объяснить, почему ты это делаешь.

Обычно кажется, что другому станет легче, если он поймёт, почему ты его бросаешь. На практике эта идея всегда оборачивается бесконечными попытками оправдать себя, обвинив другого. Чувствуя себя виноватым за своё желание уйти, ты будешь вечно пытаться объяснить то, что объяснить в принципе невозможно. А твой партнёр будет вечно удерживать тебя своей «непонятливостью» — давя на жалость и обвиняя тебя в бессердечности одновременно.

2. Расставание требует «предварительной проработки».

Миф, особенно популярный среди психологов. От предыдущего он отличается лишь тем, что слово «объяснение» заменяется словами «осознавание» и «проработка». В его основании лежит идея, что ты будешь каждый раз «наступать на одни и те же грабли», если не прояснишь для себя до конца ситуацию с нынешним партнёром. Иллюзия, что вам вот-вот удастся всё выяснить, обеспечит тебя надеждой «разойтись по хорошему», а твоего психотерапевта — стабильным заработком (главное не замечать, что твои попытки разобраться со «старыми граблями» и есть очередной повод на них наступить).

3. Вначале надо позаботиться о том, от кого ты уходишь.

Вначале надо позаботиться о себе. Если после расставания ты будешь мучиться чувством жалости и вины, то будешь возвращаться вновь и вновь, делая страдания другого всё более мучительными. Уходя — уходи. Это единственное правило, которое по-настоящему работает. Не предупреждай, не «подготавливай морально», не пытайся переложить ответственность за расставание на другого. Если ты не позаботишься о себе, то будешь вечно играть в игру «с больной головы на здоровую».

4. Главное — принять решение о разрыве.

Сделать «сто первое китайское предупреждение» проще всего. Люди живут годы и годы, играя в подобные игры. Кто же захочет грех на душу брать? «Вот дождусь, когда он (она) не выдержит и меня выгонит, и уйду со спокойной совестью…» Не выгонит, не дождёшься. А даже если и выгонит, через несколько дней позвонит, умоляя в слезах о прощении. И у тебя будет очередной повод удивиться: «Как же он (она) может это терпеть?!»

5. Все практические вопросы можно решить после расставания.

Нельзя. Особенно, если всё это время вы жили в одной квартире. На пару дней к маме или друзьям — а там разберёмся? Даже не смешно… Уйти так, чтобы всегда был повод вернуться — верный способ не уйти никогда. Так что о материальной стороне дела лучше позаботиться заранее. Составь «бизнес-план». Включи в него вещи, которые необходимо забрать, реши, где ты будешь жить, определись со сроками. И спрячь этот план в самое надёжное место, какое ты сможешь найти. А уж если забудешь включить в него свою зубную щётку, лучше купи новую (столь дорогой твоему сердцу фотоальбом попросишь кого-нибудь из знакомых завезти).

6. Уходить надо «по-честному».

Поиск новых отношений до завершения старых кажется тебе крайне нечестным? Но сможешь ли ты уйти «в никуда»? Тот, кто так думает, просто предпочитает врать себе, чтобы не врать другому. Это примерно то же самое, что ждать: «Вот уволюсь с этой работы, тогда и новую искать буду…» Не жди. Расширяй круг своей «целевой аудитории» уже сейчас. Справиться с угрызениями совести в чьих-то новых объятьях будет гораздо легче.

7. Расставаясь, важно сохранить о себе добрую память.

Чтобы именно она мучила того, от кого ты уходишь? Чтобы тот, кого ты бросаешь, бесконечно терзал себя мыслями о собственной виновности в том, что случилось? Такого худшему врагу не пожелаешь… Если ты действительно хочешь позаботиться о другом, сделай так, чтобы он подумал: «Слава Богу, что мы вовремя расстались!» Делать какие-то реальные пакости вовсе не обязательно. Достаточно лишь мерзко выглядеть в чужих глазах. Ведь расстаться с плохим человеком значительно легче, чем с хорошим.

8. Ах, если бы не дети…

У вас есть общие дети? Ну, тогда ты можешь с лёгкостью перечеркнуть предыдущие семь пунктов и остановиться на этом одном. Потому что переложить ответственность на детей проще всего. Но имей в виду, что твоё «Всё — ради них!» постепенно превратится во «Всё — из-за них!». Ведь рано или поздно они узнают, что были главной причиной родительских страданий. Без них бы родители давно разошлись, чтобы не мучить друг друга. Если ты не хочешь, чтобы они возвращали тебе этот долг, повторяя твою судьбу, позаботься о собственном счастье. Ведь именно с родителей дети копируют как страдания, так и счастье (только не надо про «эгоизм…» — в стремлении избежать возможных обвинений в свой адрес любой ценой эгоизма значительно больше).

… и ещё 101 способ превратить процесс расставания в самый верный повод остаться навсегда.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию