Архив рубрики: Здоровье

Критерии психологического здоровья по Альберту Эллису

Критерии психологического здоровья по Альберту Эллису

1. Соблюдение собственных интересов.
Разумные и эмоционально здоровые люди обычно в первую очередь соблюдают личные интересы и ставят их хотя бы немного выше интересов других людей. Они жертвуют собой до определенной степени ради тех, кто им дорог, но никогда полностью не уходят в это.
 
2. Социальный интерес.
Социальный интерес рационален и обычно является интересом личным, потому что большинство людей выбирают жизнь и времяпрепровождение в социальных группах или обществе. Если они не чтят мораль, не уважают права других и не содействуют социальному выживанию, вряд ли им удастся создать мир, в котором они сами могли бы жить комфортно и счастливо.
 
3. Самоуправление.
Здоровые люди обычно склонны принимать ответственность за свою собственную жизнь и в то же время предпочитают кооперироваться с другими. Они не нуждаются ни в какой существенной помощи и поддержке и не требуют её от других, хотя им это может нравиться.
 
4. Высокая толерантность к фрустрации.
Рациональные люди дают себе и другим право ошибаться. Даже если им очень не нравится свое собственное поведение или поведение других людей, они не склонны осуждать непосредственно себя и других, а судят только неприемлемые и нетерпимые поступки.
 
5. Гибкость.
Здоровые и зрелые люди обладают гибким мышлением, готовы изменяться, не фанатичны и плюралистичны в своих взглядах на других людей. Они не устанавливают жестких и неизменных правил ни для себя, ни для других.
 
6. Принятие неопределенности.
Здоровые мужчины и женщины склонны признавать и принимать идею о том, что мы живем в мире вероятностей и случайности, где не существует и, возможно, никогда не будет существовать абсолютной определенности. Они осознают, что жизнь в таком вероятностном и неопределенном мире зачаровывает и возбуждает, но она, определенно, не ужасна. Им достаточно сильно нравится порядок, но они не требуют точного знания о том, что принесет им будущее и что с ними случится.
 
7. Преданность творческим занятиям
Большинство людей чувствуют себя более здоровыми и счастливыми, когда они полностью поглощены чем-то внешним по отношению к себе и имеют, по крайней мере, один сильный творческий интерес или занятие, которое считают настолько важным, что организуют вокруг него значительную часть своей жизни.
 
8. Научное мышление.
Менее тревожные индивиды имеют тенденцию к более объективному, реалистичному и научному мышлению, чем более тревожные. Они могут глубоко чувствовать и действовать в соответствии с чувствами, но быть в состоянии регулировать свои эмоции и действия, рефлексируя их и оценивая их последствия, в терминах того, в какой степени они способствуют достижению краткосрочных и долговременных целей.
 
9. Принятие себя.
Здоровые люди обычно рады тому, что они живы, и принимают себя уже только потому, что живут и могут этим наслаждаться. Они не оценивают свою внутреннюю значимость по внешним достижениям или по тому, что думают о них другие. .
 
10. Рискованность.
Эмоционально здоровые люди склонны брать на себя риск и пытаться делать то, что они хотят, даже если велика вероятность неудачи. Они смелы, но не безрассудны.
 
11. Отсроченный гедонизм.
Хорошо приспособленные люди обычно стремятся и к наслаждениям настоящего момента, и к тем радостям жизни, что обещает будущее; они редко закрывают глаза на будущие потери ради сиюминутных приобретений. Они гедонистичны, то есть стремятся к счастью и избегают боли, но допускают, что им еще предстоит пожить какое-то время и что поэтому надо думать не только о сегодняшнем, но и о завтрашнем дне и не позволять минутным удовольствиям овладеть собой.
 
12. Антиутопизм.
Здоровые люди принимают как факт то, что утопия недостижима и что им никогда не удастся получить все, что они хотят, или избавиться от всего, что причиняет боль. Они не пытаются нереалистически бороться за тотальное счастье, совершенство и радость или за полное отсутствие тревоги, депрессии, самобичевания и жестокости.
 
13. Ответственность за свои эмоциональные расстройства.

Здоровые индивиды принимают значительную часть ответственности за свои эмоциональные проблемы на себя, а не обвиняют, защищаясь, других или социальные условия

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации

 

7 ПРОСТЫХ УПРАЖНЕНИЙ ДЛЯ ПРОКАЧКИ ОСОЗНАННОСТИ

7 ПРОСТЫХ УПРАЖНЕНИЙ ДЛЯ ПРОКАЧКИ ОСОЗНАННОСТИ

 Ростислав Малько

В последнее время “осознанность” стала модной – даже очень далекие от психотерапии люди говорят про важность быть “здесь и сейчас”. Поэтому вот 7 очень простых упражнений для развития осознанности. Они потребуют минимум времени, вообще не требуют физических усилий или специального инвентаря. Делать их можно хоть сидя на работе, хоть в маршрутке – и никто из окружающих не догадается, чем это вы там таким занимаетесь

Осознанность, говоря умными словами, – это непрерывное отслеживание текущих переживаний, не вовлекаясь в мысли о событиях прошлого или будущего. Если сформулировать попроще – это значит “быть здесь и сейчас”. Зачем это вообще нужно? Как минимум, чтобы понять, чью программу вы выполняете и подходит ли она вам. Делаете ли вы то, что делаете, потому что хотите, или потому что этого хочет кто-то другой? Удовлетворяет ли это ваши потребности?

Например, кассирша в супермаркете обязательно спросит вас “Карточка есть? Пакетик нужен?” даже если вы стоите прямо перед ней, держа в одной руке пакет, а в другой – карточку. Кассирша выполняет свои функции как робот и не очень осознает что вообще происходит – примеров подобного машинального поведения у каждого из нас наверняка наберется порядочно. Думаю, вам знакомо: мыслями переноситься в прошлое, вспоминая события минувших дней и думая, как их можно было бы переиграть. Или в будущее, которое еще не наступило.

В целом, нет ничего крамольного в том, чтобы предаться ностальгии или спланировать что-нибудь на 20 лет вперед. Другой вопрос, сколько времени на это уходит. 10 минут? Час? Все свободное время? Просто, прошлое-то уже прошло и его не изменить, а будущее еще не настало. И пока вы то там, то там – упускаете настоящее. То есть, жизнь, которая происходит прямо сейчас и которая с каждой секундой заканчивается.

Осознавание помогает понять, что происходит, устраивает ли вас то, что происходит, и как это можно исправить. То есть, у робота появляется свобода выбора.

Упражнение №1. Четыре вопроса

Периодически задавайте себе 4 простых вопроса.

– Кто я?

– Где я?

– Что я делаю?

– Чего я хочу?

Кому-то может показаться что это нелепица, и он и так прекрасно знаете ответы на эти вопросы. Не спешите. Во-первых, когда вы действительно потратите 1 минуту чтобы задать их себе и ответить на них, ответы вас могут поразить. Во-вторых, вы удивитесь, как ответы могут меняться в течении недели или даже одного дня.

Упражнение №2: Прислушайтесь к ощущениям

Любимый вопрос терапевтов – “Что ты прямо сейчас чувствуешь?”. Любимый ответ клиентов – “В смысле чувствую? Ничего…”

На самом деле, люди ничего не чувствуют только в одном случае – если они мертвы. Но нас часто в детстве воспитывают таким образом, что проявлять эмоции неуместно и плохо, так что в итоге почти каждый из нас прекрасно умеет игнорировать себя.

Поэтому хорошим упражнением будет пару раз в день попробовать причувствоваться к своим переживаниям: заметить, какие эмоции рождаются и что вы с ними делаете. Может, когда злитесь, – терпите, стиснув зубы, а может – выплескиваете больше, чем хотелось бы.

Упражнение №3: Почувствуйте тело

Заметить свои переживания – непростая задача. Поэтому можно начать с мониторинга тела: что вы в нем ощущаете и где.

Тело почти всегда находится “здесь и сейчас”, и лучше вас знает что ему нужно. Может, у вас затекла спина? Попробуйте пройтись и размяться. Может, вы устали? Попробуйте закрыть глаза на пару минут. Пройдитесь мысленным сканером по каждому участку тела – и оно подскажет, чем вам на самом деле надобно.

Упражнение №4: Сконцентрируйтесь на дыхании

Это упражнение хорошо как в нагрузку к предыдущему, так и само по себе. Сосредоточьтесь на своем дыхании. Заметьте вдох. Заметьте выдох. Заметьте, как воздух циркулирует внутри. Неплохо возвращает в здесь и сейчас.

Упражнение №5: Сделайте одно действие осознанно

Попробуйте каждый день делать какое-нибудь привычное короткое действие осознанно. Например, когда вы чистите зубы, пьете кофе, смотрите в окно – попробуйте сфокусировать свое внимание на процессе. Вы очень удивитесь, если начнете, например, осознанно есть. Может оказаться, что еда имеет неожиданный вкус, а чтобы насытиться – необходимо меньшее ее количество.

Упражнение №6: Порвите шаблон

В нагрузку к предыдущему упражнению, можно попробовать по-другому сделать то, что вы обычно делаете на автопилоте, автоматически или не задумываясь. Например, почистите зубы, взяв щетку в другую руку. Выберите новый или слегка измените привычный маршрут с работы или на работу. Добавляете в чай две ложечки сахара? Попробуйте добавить одну. Или три.

Когда вы делаете что-то новое и непривычное, ваш разум начинает концентрироваться на настоящем моменте – то есть, возвращает вас в “здесь и сейчас”.

Упражнение №7: Откажитесь от гаджетов на 24 часа

Упражнение для самых стойких и сильных духом! Выключите компьютер, засуньте телефон подальше и проведите так 24 часа. Не просматривая мемасики в Телеграмме, не листая ленту в Фейсбучике, не переписываясь с друзьями и близкими.

В процессе начинают происходить просто фантастические вещи и подниматься давно игнорируемые чувства – когда вы оказываетесь на 100% наедине с собой и не отвлекаетесь на уведомления. Может, поэтому многие и не выпускают из рук смартфон – чтобы не замечать себя.

Надеюсь, эти упражнения окажутся вам полезными. Напоследок, еще одна вещь про осознанность. Упражнения – вещь прекрасная и правда могут повысить уровень осознанности. Но увы, они не могут помочь человеку осознать себя на 100%. Наша психика так устроена. И хотим мы того или нет – мы животные социальные. То есть, для осознания себя всегда нужен кто-то другой рядом.

Например, можно совершенно искренне ответить “Не знаю” на вопрос “Что ты чувствуешь?”. И только со стороны видно, с какой интонацией, громкостью голоса, выражением лица и положением тела это “Не знаю” было сказано. Спойлер: в этом “Не знаю” может быть всё.

 

ПРОТИВОЯДИЕ ОТ ЗЛОЙ ЛЮБВИ

ПРОТИВОЯДИЕ ОТ ЗЛОЙ ЛЮБВИ

На изображении может находиться: текст «жертва я безгрешна M отрицание я добрый я прав спасатель преследователь»

Ольга Подольская

ЧТО с этим делать

Понятно, отчего любовь зла; но что теперь с этим делать? Единственно корректный ответ на этот вопрос — идти на личную терапию. Но я не большой любитель банальных ответов: для отважных героев, сильных духом и полных решимости вытаскивать себя самостоятельно за волосы, как Мюнхгаузен из болота, я всё-таки расскажу, «чего теперь с этим делать». Был такой исследователь социальных взаимодействий Стефан Карпман, он всё до нас придумал, расписал по пунктам, и даже схему нарисовал, как быть.

Господа, пройдёмте!

Треугольник Карпмана

В географии есть «бермудский треугольник»: кто туда попал — тех не найти… Психология не смогла обойтись без аналогичного, и поэтому в ней есть треугольник Карпмана. Стефан Карпман обнаружил, что большинство несчастливых взаимодействий, в том числе та самая любовь, которая зла, развиваются по одной и той же схеме.

Проблема заключается в том, что действующие лица в треугольнике не берут на себя ответственность за себя и своё собственное состояние, в результате чего эта самая ответственность, как горячая картошка, перебрасывается по всему треугольнику.

Участники меняют роли, взаимодействие всё больше запутывается, становится всё более болезненным, и в пределе приводит к трагедии.

Жертва

Жертва всегда оказывается отданной на милость других: любви, которая зла; мужа, который не такой, как надо… Вероятнее всего, в детстве у такого человека не было выбора, но теперь эта роль так хорошо ему знакома, что превращается в единственно возможную. Именно в этом заключается явление выученной беспомощности. Но во взрослом возрасте у такого поведения есть и бонус в виде права не брать на себя ответственности за собственную бездеятельность и, даже шире — вообще за свою жизнь. Кроме того, наличие Спасателя подтверждает особую человеческую ценность Жертвы и правоту устремлений: вот же она, так мучается, вся в белом… как ей не помочь?

Но вот если её спасают как-нибудь не так, то может начаться следующий акт марлезонского балета, когда Жертва превращается… превращается… и получается —

Преследователь

Преследователь ищет и находит недостатки, но не молчит, о нет! Его роль — указать на недостатки и сообщить «как надо», уж он-то лучше знает! В том числе, как надо спасать Жертву, а как же. Такой человек снова и снова начинает борьбу с темными силами, проигранную в детстве, надеясь выиграть ее в зрелом возрасте. (Разумеется, часто проигрывает и в зрелом — и тогда возвращается в позицию Жертвы.) Сердясь и критикуя, Преследователь стремится отомстить за свое прошлое в настоящем. Ему нужно наказывать, получать извинения, возмещение за нанесенный ущерб: это подчеркивает его собственное чувство собственной важности. Если взять ответственность за свою жизнь на себя, и просто отойти и не позволить наносить себе ущерб — то как узнать о своей социальной востребованности? Не так уж важно, что самому живётся плохо, если перед тобой оправдываются и извиняются!
Кстати же, если извинения будут признаны годными, то Преследователь тоже превращается, в этом случае из него может получиться —

Спасатель

Спасатель, на первый взгляд, заботится о своем партнере. С разной степенью мягкости он руководит партнером и контролирует его: тот же такой неприспособленный! Ах! Помня свое мучительное и нестабильное детство, такие люди принимают эту роль для того, чтобы обезопасить себя и до некоторой степени сохранить самоуважение и уважение к себе окружающих, быть хорошими для других в надежде, что другие будут с ними милы. Получается как у Чебурашки: «Гена! Я должен тебе помочь! Давай я понесу чемодан, а ты понесешь меня?»

Спасателем можно стать, не только влюбившись в козла: такие люди необычайно заботливы с родными, с подругами, даже с коллегами по работе. Это про них сказано, чужую беду руками разведу, а своей ладу не дам. Такой человек раз за разом заботится о ком-то и спасает кого-то, вместо того, чтобы заняться собой и своей жизнью.

Но, увы, наступает момент, когда либо спасаемый вырывается из цепких лапок Спасателя, либо спасается не с той степенью энтузиазма, и тогда Спасатель превращается… превращается… да хоть в Жертву, хоть в Преследователя, по вкусу.

Это музыка будет вечной, и можно даже не менять батарейки.

Единственный выход из треугольника Карпмана — повторяю, единственный! — не вовлекаться в явно невротическое взаимодействие. Как только вы отследили у себя начало смены ролей — всё, пора тушить фонари и рвать когти. То есть, как только вы начали испытывать обиду либо раздражение, пора самому заняться собственной жизнью, а вызвавшее эти эмоции взаимодействие прекратить: «Всем спасибо, все свободны!». Не спасать самому, не ожидать больше спасения, и не объяснять, как спасать/спасаться было бы правильно. Пусть они там как хотят, так и колбасятся, просто отойти в сторону — и всё. Заняться собой и своей жизнью.

Честно говоря, для человека, у которого атмосфера родного дома изначально была сильно повреждена, вероятность самостоятельно проделать нечто подобное приравнивается к вытаскиванию себя за волосы из болота, с моей точки зрения. Но я, понятное дело, сталкиваюсь в основном с теми, у кого не получилось.

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации

Сутра о шизофрении

Сутра о шизофрении220978_501326

Линде Н.Д.

Удивительно, что существуют очень интересные исследования внутреннего мира «шизофреников» [4], но авторы никогда не доходят до того, чтобы связать содержание бреда или галлюцинаций с теми или иными особенностями реальных переживаний и отношений больного. Хотя подобные работы проводил еще К.Юнг в клинике знаменитого психиатра Блейлера [2].

Например, если больной шизофренией убежден, что его мысли подслушивают, то это может происходить от того, что он всегда боялся, что родители узнают его «нехорошие» мысли. Или чувствовал себя настолько беззащитным, что хотел уйти в свои мысли, но и там не ощущал себя в безопасности. Может быть, дело в том, что у него действительно были злобные и другие плохие мысли, направленные на родителей, и он очень боялся, что об этом узнают и т.д. Но главное, он был убежден, что его мысли подчиняются внешним силам или доступны внешним силам, что по сути соответствует отказу от собственной воли даже в области мышления.

Один молодой человек, близкий по своему состоянию, к данной болезни (тот самый, который нарисовал робота с антенками на голове в качестве рисунка человека), уверял меня, что в мире существует два центра власти, один — это он сам, второй — это три девушки, у которых он был как-то в гостях в общежитии. Между этими центрами власти происходит борьба, из-за которой у всех (!) сейчас бессонница. Он еще раньше рассказывал мне историю про то, как эти девушки посмеялись над ним, что очень его задело, было понятно, что эти девушки нравились ему. Надо ли разъяснять истинную подоплеку его бредовых идей?

Ненависть «шизофреника» к себе имеет своей обратной стороной «замороженные» потребности [7] в любви, понимании и близости. С одной стороны, он отказался от надежды достичь любви, понимания и близости, с другой стороны, именно об этом он более всего мечтает. Шизофреник все еще надеется получить любовь родителя и не верит, что это невозможно. В частности, он пытается заслужить эту любовь, дословно выполняя родительские указания, данные ему в детстве.

Однако недоверие, порожденное искаженными отношениями в детстве, не позволяет идти на сближение, открытость пугает. Постоянное внутреннее разочарование, неудовлетворенность и запрет на близость порождают чувство пустоты жизни и безнадежности. В случае же если какая-то близость возникла, она обретает значение суперценности, и при ее потере происходит окончательное крушение психического мира. «Шизофреник» постоянно спрашивает себя: «Зачем?..», — и не находит ответа. Он никогда не чувствовал себя хорошо и не знает, что это такое. Вы вряд ли найдете среди «шизофреников» таких людей, которые хотя бы когда-либо были по-настоящему счастливы, и свое несчастное прошлое они проецируют в будущее, и поэтому их отчаяние не имеет предела.

Ненависть к себе имеет следствием заниженную самооценку, а заниженная самооценка ведет к дальнейшему развитию самоотрицания. Убежденность в собственной ничтожности может порождать в качестве защитной формы уверенность в собственном величии, непомерную гордыню, ощущение богоподобия.

Третий принцип, состоящий в постоянном сдерживании чувств, связан с первым и вторым, поскольку сдерживание происходит в силу привычки подчиняться, постоянно контролировать себя, а также в силу того, что чувства слишком сильны, чтобы быть выражены. По сути дела, шизофреник в глубине души убежден, что он не в состоянии выпустить эти чувства, поскольку это просто опустошит его. Кроме того, сохраняя эти чувства, он может продолжать обижаться, ненавидеть, обвинять кого-то, выразив их, он делает шаг на встречу прощению, но этого он как раз не желает. Та молодая женщина, о которой упоминалось в начале статьи, и которая сдерживала «крик, который мог как лазером срезать горы», ни в коем случае не собиралась этот крик выпустить. «Как я могу его выпустить, — сказала она, — если этот крик — это вся моя жизнь?!»

Сдерживание чувств приводит, как уже говорилось, к хроническому перенапряжению мускулатуры тела, а также к задержке дыхания. Мышечный панцирь препятствует свободному протеканию энергии по телу [6] и усиливает ощущение скованности. Панцирь может быть настолько силен, что ни один массажист не в состоянии его расслабить, и даже по утрам, когда у обычных людей тело расслаблено, у данных больных (но не только у них) тело может быть напряжено «как доска», а ногти впиваются в ладони.

Поток энергии соответствует образу реки или ручья (также этот образ отражает отношения с матерью и оральные проблемы). Если индивид в своих фантазиях видит замутненный, очень холодный и узкий ручей, то это говорит о серьезных психологических проблемах (кататимно-имагинативная терапия Лейнера). Что же вы скажете, если он видит узкий ручей, весь покрытый коркой льда? При этом по этому льду бьет кнут, от которого на льду остаются кровавые полосы!

Впрочем, «шизофреники» могут как подавлять (сдерживать), так и вытеснять свои чувства. Поэтому у подавляющих свои чувства шизофреников возникают так называемые «позитивные» симптомы (озвученные мысли, диалог голосов, изымание или вкладывание мыслей, императивные голоса и т.д.) [10]. В то время как у вытесняющих на первый план выступают «негативные» симптомы (утрата влечений, аффективная и социальная изоляция, обеднение словарного запаса, внутренняя опустошенность и т.д.). Первым приходится постоянно сражаться со своими чувствами, вторые изгоняют их за пределы своей личности, но обессиливают себя и опустошают.

Это кстати объясняет, почему антипсихотические препараты, как пишет все тот же Фуллер Торри [9, стр.247] эффективны в борьбе с «позитивными» симптомами и почти не оказывают никакого действия на «негативные» симптомы (безволие, аутизм и т.д.) и раскрывает, в чем собственно состоит их действие. Антипсихотические препараты имеют по сути дела только одно назначение — подавление эмоциональных центров в мозгу больного. Подавляя эмоции, они помогают шизофренику добиться того, что он и так стремиться сделать, но у него не хватает на это сил. В результате его борьба с чувствами облегчается и «позитивные» симптомы как средства и выражение этой борьбы уже становятся ненужными. То есть плюс симптомы – это недостаточно подавленные чувства, вырывающиеся на поверхность против воли больного!

Если же шизофреник вытеснил свои чувства из внутриличностного психологического пространства, то подавление эмоций с помощью препаратов ничего к этому не добавляет. Опустошенность не исчезает, потому что ничего и так уже нет. Необходимо сначала вернуть эти чувства, после этого их подавление препаратами могло бы дать эффект. Аутизм и безволие не могут исчезнуть при подавлении эмоций, скорее могут даже усилиться, поскольку они отражают уже совершившееся внутри психического мира индивида отстранение от эмоционального мира, являющегося основой психической энергетики индивида. Минус симптомы – результат вытеснения чувств, отсутствия энергии!

Также с данных позиций можно объяснить и еще одну «загадку», состоящую в том, что шизофрения практически не встречается у больных ревматоидным артритом [9]. Ревматоидный артрит также относится к «неразгаданным» заболеваниям, но на самом деле это психосоматическое заболевание, вызванное ненавистью индивида к собственному телу или чувствам (в моей практике был такой случай). Шизофрения же — это ненависть к своей личности, к себе как таковому, и редко бывает так, что оба варианта ненависти встречаются вместе. Ненависть ведь сродни обвинению, и если во всех своих бедах индивид винит свое тело (за то например, что оно не соответствует идеалам любимого родителя), то вряд ли он будет винить в этом себя как личность.

Внешнее выражение любых эмоций у шизофреника и в случае подавления, и в случае вытеснения резко ограничивается и это производит впечатление эмоциональной холодности и отчужденности. В то же время во внутреннем мире индивида происходит невидимая «схватка гигантов», ни один из которых не в силах одержать победы, и большую часть времени они находятся в состоянии «клинча» (термин, обозначающий тесное соприкосновение боксеров, при котором они зажимают руки друг друга и не могут нанести удар противнику). Поэтому переживания других людей воспринимаются «шизофреником» как совершенно незначительные по сравнению с его внутренними проблемами, он не может дать эмоциональную реакцию на них и производит впечатление эмоционально тупого.

«Шизофреник» не воспринимает юмора, поскольку юмор является воплощением спонтанности, неожиданного изменения восприятия ситуации, он же не допускает спонтанности. Некоторые шизоидные индивиды признавались мне, что им не бывает смешно, когда кто-нибудь рассказывает анекдоты, они просто имитируют смех, когда это положено. Также обычно у них огромные трудности с тем, чтобы испытать оргазм и получить удовлетворение от секса. Поэтому в их жизни почти не бывает радости. Они не живут в настоящий момент, отдаваясь чувствам, а отчужденно взирают на самих себя со стороны и оценивают: «Действительно ли я получил удовольствие или нет?»

Однако, не смотря на сильнейшие чувства, они их не осознают и проецируют их во внешний мир, считая что кто-то их преследует, ими управляет помимо их воли, читает их мысли и т.д. Это проецирование помогает не осознавать эти чувства и быть отчужденным от них. Они создают фантазии, которые приобретают в их сознании статус реальности. Но эти фантазии всегда касаются какого-то одного «пунктика», в других областях они могут рассуждать вполне здраво и давать себе отчет в происходящем. Этот «пунктик» на самом деле соответствует глубинным эмоциональным проблемам личности, он помогает им адаптироваться к этой жизни, вынести невыносимую боль и доказать самому себе недоказуемое, стать свободным, оставаясь «рабом», стать великим, ощущая себя ничтожным, восстать против «несправедливости» жизни и отомстить «всем», наказав самого себя.

Чисто статистические исследования не могут подтвердить или опровергнуть данную точку зрения. Необходима статистика глубинно-психологических исследований внутреннего мира этих больных. Поверхностные данные будут заведомо ложными в силу скрытности как самих больных, так и их родственников, а также в силу формальности самих вопросов.

Однако, психотерапевтическое исследование шизофрении крайне затруднительно. Не только потому, что эти больные не желают раскрывать свой внутренний мир перед врачом или психологом, но и потому, что проводя это исследование, мы невольно задеваем сильнейшие переживания этих людей, что может иметь нежелательные последствия для их здоровья. И все же такое исследование можно аккуратно проводить, например, используя метод направленного воображения, прожективные методики, анализ сновидений и т.д.

Можно считать предложенную концепцию слишком упрощенной, но мы крайне нуждаемся именно в достаточно простой концепции, позволяющей объяснить возникновение шизофрении, и которая могла бы объяснить происхождение тех или иных симптомов этой болезни, а также была бы потенциально проверяемой. Существуют очень сложные психоаналитические теории шизофрении, но они очень трудно излагаемы и так же трудно проверяемы [10].

Гениальный отечественный психотерапевт Назлоян, применяющий для лечения подобных случаев маскотерапию, считает, что подобный диагноз вообще не нужен. Он говорит, что основное нарушение у так называемых «шизофреников» — это нарушение самоидентичности, что в целом совпадает с нашим мнением. С помощи маски, которую он лепит, глядя на больного, он возвращает последнему утраченную им личность. Поэтому завершением лечения по Назлояну является катарсис, который переживает «шизофреник». Он садится напротив своего портрета (портрет может создаваться несколько месяцев), разговаривает с ним, плачет или бьет портрет…Так длится два или три часа, а потом наступает выздоровление…Эти истории подтверждают эмоциональную теорию шизофрении и то, что в основе заболевания лежит негативное самоотношение.

В конце я хочу привести пример глубинного исследования чувства страха у больной молодой женщины в состоянии ремиссии (следует отметить, что она вполне отдавала себе отчет в серьезности своего заболевания, но не хотела лечиться медицинскими средствами). Она рассказывала, как в детстве мать постоянно била ее, а она пряталась, но мать находила и била без всякой причины.

Я предложил ей представить, как выглядит ее страх. Она ответила, что страх похож на белый, дрожащий студень (этот образ конечно отражал ее собственное состояние). Тогда я спросил, а кого или чего боится этот студень? Подумав, она ответила, что то, что вызывает страх — это огромная горилла, но эта горилла явно ничего не делала против студня. Это удивило меня и я предложил ей сыграть роль гориллы. Она встала со стула, вошла в роль данного образа, но сказала, что горилла ни на кого не нападает, вместо этого ей почему-то захотелось подойти к столу и постучать по нему, при этом она несколько раз повелительно сказала: «Выходи!». «Кто же выходит?» — спросил я. «Выходит маленький ребенок.» — ответила она. «А что делает горилла?» «Ничего не делает, но ей хочется взять этого ребенка за ноги и разбить ему голову о стену!», — был ее ответ.

Я бы хотел оставить этот эпизод без комментариев, он говорит сам за себя, хотя конечно найдутся люди, которые могут списать этот случай просто на счет шизофренической фантазии этой молодой женщины, тем более, что она сама стала затем отрицать, что это горилла — образ ее матери, что на самом деле, она была желанным ребенком для матери и т.д. Это было в полном противоречии с тем, что она говорила до того со многими подробностями и деталями, поэтому легко можно понять, что такой поворот в ее сознании был способом защититься от нежелательного понимания.

Не потому ли и наша наука еще не открыла сути шизофрении, что она тоже защищается от нежелательного понимания.

 

Мышечный панцирь по Вильгельму Райху

Мышечный панцирь по Вильгельму На изображении может находиться: текст «график эмоциональной боли как на здоровье области вероятные причины физическое благополучие плечи работает? двкония отражают срадостью способность инимать понять становится решени ствующего спина поддержкивжизн верхняя поддержки ощущение сдержива средняя избавитьс проблем найдите вашу точку нансовой поддержки локти направлений аругне бедра оимиение чтотебя недостаточ асательно вахныхрешений отсутствие нежвлание одчиняться, колени эгоизм, отображаю невозмож желание науступки. щиколотки отсутствие рассеянное будущего. стопы ралости вжизненныхситуациях необходимос»

Райх полагал, что:
– ум и тело — единое целое, каждая черта характера человека имеет соответствующую ему физическую позу;
– характер выражается в теле в виде мышечной ригидности (чрезмерное мышечное напряжение, от лат. rigidus – твердый) или мускульного панциря;
– хроническое напряжение блокирует энергетические потоки, лежащие в основе сильных эмоций;
– заблокированные эмоции не могут быть выражены и образуют так называемые СКО (системы конденсированного опыта — специфические сгустки воспоминаний с сильным эмоциональным зарядом одного и того же качества, которые содержат сконденсированные переживания (и связанные с ними фантазии) из разных периодов жизни человека);
– устранение мышечного зажима освобождает значительную энергию, которая проявляется в виде чувства тепла или холода, покалывания, зуда или эмоционального подъема.

Райх анализировал позы пациента и его физические привычки, чтобы дать ему осознать, как подавляются жизненные чувства в различных частях тела.

Все пациенты говорили, что в процессе терапии они проходили через периоды своего детства, когда научались подавлять свою ненависть, тревожность или любовь посредством определенных действий, влиявших на вегетативные функции (сдерживание дыхания, напряжение мышц живота и т.п.).

Причина усиления мышечного напряжения у взрослых – постоянное умственное и эмоциональное напряжение.

Целезатравленность — состояние современного человека.

Навязанные идеалы материального благополучия и комфорта, условия их достижения, ориентация на конечный результат, а не на жизнь в настоящий момент — держат людей в постоянном напряжении.

Отсюда мышечные зажимы > спазм кровеносных сосудов > гипертония, остеохондроз, язвенная болезнь и т.д. и т.п.

Всё остальное — причины вторичные.

Функция панциря — защита от неудовольствия. Однако организм платит за эту защиту уменьшением своей способности к удовольствию.

Мышечный панцирь организуется в семь основных сегментов, состоящих из мышц и органов. Эти сегменты располагаются в области глаз, рта, шеи, груди, диафрагмы, живота и таза.

Райхианская терапия состоит в распускании панциря в каждом сегменте, начиная с глаз и кончая тазом.

Устранение мышечных зажимов достигается через:
* накопление в теле энергии;
* прямое воздействие на хронические мышечные блоки (массаж);
* выражение освобождаемых эмоций, которые при этом выявляются;
* спонтанные движения, танцетерапия, упражнения на расслабление, йога, цигун, холотропное дыхание и др.

1. Глаза. Защитный панцирь проявляется в неподвижности лба и «пустом» выражении глаз, которые как бы смотрят из-за неподвижной маски. Распускание осуществляется раскрыванием глаз так широко, как только возможно, чтобы задействовать веки и лоб; гимнастикой для глаз.

2. Рот. Этот сегмент включает группы мышц подбородка, горла и затылка. Челюсть, может быть как слишком сжатой, так и неестественно расслабленной. Сегмент удерживает выражение плача, крика, гнева. Снять мышечное напряжение можно путем имитации плача, движений губами, кусания, гримасничания и массажем мышц лба и лица.

3. Шея. Включает глубокие мышцы шеи и язык. Мышечный блок удерживает в основном гнев, крик и плач. Прямое воздействие на мышцы в глубине шеи невозможно, поэтому устранить мышечный зажим позволяют крики, пение, рвотные движения, высовывание языка, наклоны и вращения головы и т.п.

4. Грудной сегмент: широкие мышцы груди, мышцы плеч, лопаток, грудная клетка и руки. Сдерживается смех, печаль, страстность. Сдерживание дыхания — средство подавления любой эмоции. Панцирь распускается работой над дыханием, в особенности осуществлением полного выдоха.

5. Диафрагма. Этот сегмент включает диафрагму, солнечное сплетение, внутренние органы, мышцы позвонков этого уровня. Панцирь выражается в выгнутости позвоночника вперед. Выдох оказывается труднее вдоха (как при бронхиальной астме). Мышечный блок удерживает сильный гнев. Нужно в значительной степени распустить первые четыре сегмента, прежде чем перейти к распусканию этого.

6. Живот. Мышцы живота и мышцы спины. Напряжение поясничных мышц связано со страхом нападения. Мышечные зажимы на боках связаны с подавлением злости, неприязни. Распускание панциря в этом сегменте сравнительно нетрудно, если верхние сегменты уже открыты.

7. Таз. Последний сегмент включает все мышцы таза и нижних конечностей. Чем сильнее спазм мышц, тем более таз вытянут назад. Ягодичные мышцы напряжены и болезненны. Тазовый панцирь служит подавлению возбуждения, гнева, удовольствия.

 

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации

ТЕОРИЯ ЭМОЦИЙ КЕЛЛЕРМАНА-ПЛУТЧИКА.

ТЕОРИЯ ЭМОЦИЙ КЕЛЛЕРМАНА-ПЛУТЧИКА.На изображении может находиться: текст «безмятеж- ность CNa интерес радость กรอ принятие ожидание агрессия доверие восторг насторо- женность досада восхищение покорность злость гнев ужас страх отвращение тревога презрение изумление горе неудоволь- ствие скука удивление трепет грусть возбуждение печаль @»

Максим Величко

Теория разрабатывалась в виде монографии в 1962 году. Она получила международное признание и использовалась для раскрытия структуры групповых процессов, позволила сформировать представление о внутриличностных процессах и механизмах психологических защит.

В настоящее время основные постулаты теории включены в известные психотерапевтические направления и психодиагностические системы.
Основы теории эмоций изложены шестью постулатами

1. Эмоции — это механизмы коммуникации и выживания, основанные на эволюционной адаптации. Они сохраняются в функционально эквивалентных формах через все филогенетические уровни. Коммуникация происходит за счет восьми базисных адаптивных реакций, являющихся прототипами восьми базисных эмоций:

Инкорпорация — поедание пищи или принятие благоприятных раздражителей внутрь организма. Этот психологический механизм ещё известен как интроекция.

Отвержение — избавление организма от чего-либо непригодного, что было воспринято ранее.

Протекция — поведение, призванное обеспечить избегание опасности или вреда. Сюда относится бегство и любое другое действие, которое увеличивает расстояние между организмом и источником опасности.

Разрушение — поведение, призванное разрушить барьер, который препятствует удовлетворению важной потребности.

Воспроизводство — репродуктивное поведение, которое может быть определено в терминах приближения, тенденции к сохранению контакта и смешивания генетических материалов.

Реинтеграция — поведенческая реакция на потерю чего-либо важного, чем обладали или наслаждались. Его функция в обретении вновь опеки.

Ориентация — поведенческая реакция на контакт с неизвестным, новым или неопределенным объектом.

Исследование — поведение, обеспечивающее индивиду схематичное представление о данной окружающей среде.

2. Эмоции имеют генетическую основу.

3. Эмоции — это гипотетические построения, основанные на очевидных явлениях различных классов.

4. Эмоции — это цепи событий со стабилизирующими обратными связями, которые поддерживают поведенческий гомеостаз. Происходящие в среде события подвергаются когнитивной оценке, в результате оценки возникают переживания (эмоции), сопровождаемые физиологическими изменениями. В ответ организм осуществляет поведение, призванное оказать эффект на стимул.

5. Отношения между эмоциями могут быть представлены в виде трехмерной (пространственной) структурной модели. Вертикальный вектор отражает интенсивность эмоций, слева направо — вектор сходства эмоций, а ось спереди назад характеризует полярность противоположных эмоций. Этот же постулат включает положение о том, что некоторые эмоции являются первичными, а другие — их производными или смешанными.

6. Эмоции соотносятся с определенными чертами характера или типологиями. Диагностические термины, например, «депрессия», «маниакальность», «паранойя» рассматриваются как крайние выражения таких эмоций, как печаль, радость и отвержение.

Структурная модель эмоций является основой построения теоретической модели психологических защит.

Модель механизмов психологических защит была разработана Робертом Плутчиком в соавторстве с Г. Келлерманом и Х. Контом в 1979 году.

Структурная теория личности Генри Келлермана

Модель защиты включает пять принципов

1.Специфические защиты образуются для совладания со специфическими эмоциями.
2.Существует восемь основных механизмов защит, которые развиваются для совладания с восемью основными эмоциями.
3.Восемь основных защитных механизмов обладают свойствами как сходства, так и полярности.
4.Определенные типы личностных диагнозов имеют в своей основе характерные защитные стили.
5.Индивид может использовать любую комбинацию механизмов защиты.

На пути к сознанию нежелательная для психики информация искажается. Искажение реальности посредствам защит может происходить следующим образом:

-игнорироваться или не восприниматься;
-будучи воспринятой, забываться;
-в случае допуска в сознание и запоминания, интерпретироваться удобным для индивида образом.

Проявления механизмов защиты зависит от возрастного развития и особенностей когнитивных процессов. В целом они образуют шкалу примитивности-зрелости .

Первыми возникают механизмы, в основе которых лежат перцептивные процессы (ощущение, восприятие и внимание). Именно перцепция несет ответственность за защиты, связанные с неведением, непониманием информации. К ним относят отрицание и регрессию, которые являются наиболее примитивными и характеризуют «злоупотребляющую» ими личность как эмоционально незрелую.
Далее возникают защиты, связанные с памятью, а именно с забыванием информации — это вытеснение и подавление.
По мере развития процессов мышления и воображения формируются наиболее сложные и зрелые виды защит, связанные с переработкой и переоценкой информации — это рационализация.

Четыре группы основных психологических защит

1.защиты с отсутствием переработки содержания: отрицание, вытеснение, подавление.
2.защиты с преобразованием или искажением содержания мыслей, чувств, поведения: рационализация, проекция, отчуждение, замещение, реактивное образование, компенсация.
3.защиты с разрядкой отрицательного эмоционального напряжения: реализация в действии, соматизация тревоги, сублимация.
4.защиты манипулятивного типа: регрессия, фантазия, уход в болезнь или образования симптомов.

Результатом психоэволюционной теории эмоций Роберта Плутчика и структурной теории личности Генри Келлермана стала «Психодиагностическая система Келлермана-Плутчика», которая легла в основу психодиагностической методики «Индекс жизненного стиля» (Life Style Index).

Система основывается на теории, что в каждой личности существует диспозиция (наследственная предрасположенность) к определенному психическому расстройству. Механизм психологической защиты играет роль регулятора внутриличностного баланса за счет гашения доминирующей эмоции.

Согласно психодиагностической системе, анализ ведущих диспозиций характеризует личностные особенности испытуемого.

При взаимодействии со стимулом возникают характерные для определенной диспозиции переживания в виде эмоций. Ведущая эмоция формирует потребность, которая не всегда вкладывается в рамки приемлемого функционирования. Для поддержания адаптации срабатывает защитный механизм, призванный погасить недопустимую эмоцию, и индивид испытывает неосознаваемый импульс, заставляющий переоценить стимул. Личностный баланс достигается за счет формирования защитного поведения.

Характеристика диспозиций

Диспозиция мании.

Ведущая эмоция — радость, потребность к избытку приятных стимулов — гедонизм. Защита — реактивное образование за счет подавления привлекательности приятных стимулов с помощью « Super — Ego ». Развитие механизма связано с окончательным усвоением индивидом «высших социальных ценностей». Импульс – обрати это в противоположное. Переоценка стимула: «Все, связанное с этим — отвратительно».

Защитное поведение в норме: сильные переживания по поводу нарушений «личностного пространства», подчеркнутое стремление соответствовать общепринятым стандартам поведения, актуальность, озабоченность «приличным» внешним видом, вежливость, любезность, бескорыстие, общительность. Неприятие всего того, что связанно с функционированием организма и отношениями полов.

Диспозиция истерии.

Ведущая эмоция – принятие. Защита – отрицание. Развивается с целью сдерживания эмоции принятия окружающих, если они демонстрируют эмоциональную индифферентность или отвержение. Излишнее принятие компенсируется отрицанием тех моментов, которые «не нравятся» сознанию. Поток положительных качеств воспринимаемого объекта заставляет истерика идеализировать его (пример, истерики часто влюбляются). Импульс — не замечай этого. Переоценка стимула не происходит, стимул не замечается.

Защитное поведение в норме: общительность, стремление быть в центре внимания, жажда признания, самонадеянность, оптимизм, непринужденность, хвастовство, жалость к себе, обходительность, аффективная манера поведения, пафос, легкая переносимость критики и отсутствие самокритичности.

Агрессивная диспозиция.

Ведущая эмоция – гнев. Защита – замещение. Развивается для сдерживания эмоции гнева на более сильного, старшего или значимого субъекта, выступающего как фрустратор. Замещение может направляться как вовне, формируя деструктивное поведение, так и внутрь в виде аутоагрессии. Импульс — напади на что-то, заменяющее это. Переоценка стимула: «Вот кто во всем виноват».

Защитное поведение в норме: импульсивность, раздражительность, вспыльчивость, требовательность к окружающим, реакции протеста в ответ на критику, отсутствие чувства вины.

Диспозиция психопатии.

Ведущая эмоция – удивление. Защита – регрессия. Развивается в раннем детстве для сдерживания чувств неуверенности в себе и страха неудачи, связанных с проявлением инициативы. Как правило, поощряется взрослыми, имеющими установку на эмоциональный симбиоз и инфантилизацию ребенка. Импульс – плачь об этом. Переоценка стимула: «Вы обязаны мне помочь».

Защитное поведение в норме: импульсивность, слабохарактерность, отсутствие глубоких интересов, податливость влиянию окружающих, внушаемость, неумение доводить до конца начатое дело, легкая смена настроения, умение легко устанавливать поверхностные контакты. Склонность к мистике и суевериям, непереносимость одиночества, потребность в стимуляции, контроле, подбадривании, утешении, поиске новых впечатлений. В эксквизитной ситуации — повышенная сонливость и неумеренный аппетит, манипулирование мелкими предметами, непроизвольные действия (потирание рук, кручение пуговиц и т.п.), специфическая «детская» мимика и речь.

Депрессивная диспозиция.

Ведущая эмоция – печаль. Защита – компенсация, компенсирует недостающую самооценку, что позволяет личности справляться с состоянием подавленности. Импульс – постарайся приобрести это. Переоценка стимула: «Зато я… Все равно я… Когда-нибудь я…».

Защитное поведение в норме: постоянные страдания из-за утраты воображаемого объекта и потери самоуважения. Поведение, обусловленное установкой на серьезную и методическую работу над собой, нахождение и исправление своих недостатков, достижение высоких результатов в деятельности; серьезные занятия спортом, коллекционирование, стремление к оригинальности.

Параноидальная диспозиция.

Ведущая эмоция – отвращение (неприятие). Защита – проекция. Развивается как результат эмоционального отвержения в раннем детстве со стороны значимых лиц. Проекция позволяет переносить собственную неполноценность на других. Импульс – обвини это. Переоценка стимула: «Все люди порочны».

Защитное поведение в норме: контроль, отсутствие внушаемости, повышенная критичность, гордость, самолюбие, эгоизм, злопамятность, обостренное чувство справедливости, заносчивость, подозрительность, ревнивость, враждебность, упрямство, несговорчивость, нетерпимость к возражениям, замкнутость, пессимизм, повышенная чувствительность к критике и замечаниям, требовательность к себе и к другим, стремление достичь высоких показателей в любом виде деятельности.

Пассивная диспозиция.

Ведущая эмоция – страх. Защита – подавление (вытеснение). Развивается для сдерживания эмоции страха, проявления которой неприемлемы для позитивного самовосприятия и грозят попаданием в прямую зависимость от агрессора. Импульс – не помню об этом. Переоценка стимула: «Мне это незнакомо».

Защитное поведение в норме: инертность и пассивность, уход в себя, безынициативность, склонность быть зависимым от кого-либо, тщательное избегание ситуаций, которые могут стать проблемными и вызвать страх, покорность, робость, забывчивость, боязнь новых знакомств.

Обсессивная диспозиция.

Ведущая эмоция – ожидание. Защита – рационализация (интеллектуализация и сублимация). Развивается в раннем подростковом возрасте для сдерживания эмоции ожидания или предвидения боязни пережить разочарование неудач и неуверенности в конкуренции со сверстниками. Импульс – переопредели, переосмысли это. Переоценка стимула: «Все объяснимо».

Защитное поведение в норме: повышенный контроль, не позволяющий узнать эмоции других, склонность к анализу и самоанализу, ответственность, добросовестность, основательность, любовь к порядку, нехарактерность вредных привычек, предусмотрительность, дисциплинированность, индивидуализм, стремлением придерживаться во всем середины.

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации

НЕТ ЧЕЛОВЕКА — НЕТ ПРОБЛЕМЫ… ЧТО ВЫ ЗНАЕТЕ ОБ ОТВЕРЖЕНИИ?

НЕТ ЧЕЛОВЕКА — НЕТ ПРОБЛЕМЫ… ЧТО ВЫ ЗНАЕТЕ ОБ ОТВЕРЖЕНИИ?

 Буркова Елена

Самая главная потребность человека после удовлетворения физиологических нужд — быть любимым, иметь надежную привязанность.

Страшно, когда ты понимаешь, что тебя не любят самые близкие люди — твои родители.

Вот пример такой печальной истории.
Мужчина женился не по любви, в браке родилась дочь. Но отношениям так и не суждено было развиться во что-то большее. Принципы «стерпится-слюбится» и «время лечит» не доказали свою эффективность. Супруги часто ссорились на ровном месте, жена начала выпивать.

Спустя пару лет мужчина влюбился в другую, и сказал жене, что не любит её и хочет развестись.

В новом браке у него тоже родилась дочка, в которой он не чаял души.

Бывшая жена не могла простить нанесенной обиды. Она звонила бывшему мужу и его новой жене, требуя денег, обвиняя в отсутствии достаточной материальной поддержки, спекулируя своей дочерью. Деньги, которые ей давал бывший супруг, тут же тратились на выпивку.

Мать после развода с мужем потеряла к ребёнку всякий интерес, девочка росла как перекати-поле, не получая ни любви, ни элементарной заботы. Она чувствовала себя разменной монетой, что мать-алкоголичка только использует её, чтобы получать от мужа достаточное обеспечение, которое тратила на себя, а потом звонила в новую семью и требовала дать ещё денег.

Отец, как только у него появилась новая семья, словно перестал замечать дочь от первого брака. Эта ситуация волновала, казалось, только его новую жену (назовём её Татьяной).

Татьяна пыталась донести до мужа, что неправильно игнорировать своего ребёнка, пусть даже это ребёнок от первой нелюбимой жены.

Она сама приезжала к бывшей жене, чувствуя перед ней некоторую виновность, с её разрешения забирала девочку, возила вместе со своей дочкой по развлекательным центрам, делала покупки, они вместе путешествовали…

Когда дочка от первого брака (назовём её Ира) приходила в их семью, она каждый раз видела, как отец играет с другой дочерью (назовём её Олей), балует, обнимает, а её будто не замечает, словно она — пустое место, словно её не существует. Как говорится, нет человека — нет проблемы.

Оле папа говорил, что она должна хорошо учиться, что он поможет ей поступить в хороший вуз, что она вырастит «большим человеком», а Иру не хотел признавать, был невысокого мнения о её способностях. Да и сама Ира поверила в то, что ей никогда не быть такой умной, любимой, успешной как её сводная сестра.

Она приходила в дом новой семьи отца, в эти чистоту, комфорт, видя, как все друг к другу привязаны, а после возвращалась в бедную, грязную квартирку, где пьяная мать снова заставляла её обманывать, выпрашивать у отца деньги и подарки.

Иногда во время совместного отдыха Ира делала неловкие попытки приласкаться к отцу, но он сразу отстранялся и спрашивал у Татьяны: «А где моя любимая Олечка?»

Из сложившейся ситуации видно, что отец занял избегающую позицию в отношении своей первой несложившейся семьи.

Он ушёл в отрицание, не решаясь признать, что у него есть комплекс сложных чувств касаемо отношений со старшей дочерью — в первую очередь подавляемая виновность, которая заставляет его находиться в постоянном напряжении, когда она рядом, и которая приводит к серьезным психосоматическим проблемам.

Жена же взяла на себя роль арбитра, спасателя. Однако, это деструктивная функция, т.к. ответственность за налаживание отношений с дочерью и бывшей женой должен взять на себя супруг.

У каждого из нас, пожалуй, есть свои скелеты в шкафу, и хочется посильнее заколотить этот шкаф, чтобы скелеты вдруг случайно не вывалились, и не пришлось посмотреть в их пустые глазницы. Однако, это не выход. Проблемы нужно решать, а не убегать от них постоянно.

Тема отверженного ребёнка от первого брака прекрасно раскрыта в фильме «Королева сердец».

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации

 

РУКА, КАЧАЮЩАЯ КОЛЫБЕЛЬ, ПРАВИТ МИРОМ.

РУКА, КАЧАЮЩАЯ КОЛЫБЕЛЬ, ПРАВИТ МИРОМ.

Лилия Князева

«Рука, качающая колыбель, правит миром.» (английская пословица)

На фоне новейших открытий и грандиозных технических революций взаимодействие с мамой, как и много веков назад, остается самым мощным и  значимым в жизни человеческого существа. Только теперь мы больше понимаем об этом и меньше используем. Такой парадокс.

Богам маркетинга невыгодны теплый материнский взгляд и нежные объятия. Это право подарено самой природой для развития полноценного человеческого детеныша. На этом много не заработать, разве что предварительно отнять. В шуме коммерческих предложений «самого лучшего для детей» постепенно уходит в тень и становится незаметным тот вклад, который женщина инвестирует в своего ребенка телесной и эмоциональной связью.

Может ли взгляд, смотрящий с любовью, сравниться с коляской за «все деньги мира»?

Стоимость коляски видима и понятна. Для понимания ценности нематериального мы должны отправиться вглубь – в устройство человека, его нервной системы и этапы развития психики.

Известно, что при рождении в мозге ребенка активирована система экстренного реагирования (опасно\безопасно). С 3 до 9 мес включается система социального взаимодействия. А с 1 до 3 лет настраивается система саморегуляции возбуждения-торможения. И именно качество взаимодействия «ребенок + взрослый» через цепочку гормонов ступенька за ступенькой включает (или не включает) все части системы, которая будет обеспечивать регуляцию всего организма (и психики, и тела)! Взаимодействие со значимым взрослым (доступное, последовательное, чуткое) с возрастом становится собственным  внутрипсихическим пространством, которое регулирует работу организма так, как когда-то это делала мама.

Дж. Боулби дал определение этому процессу – привязанность. Та связь, которая формируется между мамой и ребенком в первые годы жизни.

Есть такой тест: реакция ребенка на уход и возвращение мамы. Способность отпускать и встречать. Есть дети, не способные отпустить. Есть дети, не замечающие возвращения. Есть дети, злящиеся на возвращение матери, хотя без нее очень страдали. Есть дети, ненадолго расстраивающиеся при разлуке и радующиеся при встрече.

Это проявления 4 типов связи в паре «мама + ребенок» (тревожной, игнорирующей, дезорганизованной и безопасной), которые внешне проявлены в поведении, но в основе своей имеют также различия в количестве и составе гормонов в организме ребенка. Если система привязанности нарушена, то это оставляет биохимический след в работе мозга и организма в целом.

Безопасная привязанность дает возможность вырабатывать собственные гормоны, благодаря которым человек способен внутри себя находить ресурс активности,  расслабления и удовольствия, вступая в здоровые отношения с другими людьми. Ему не приходится искать внешние заменители (релаксанты или стимуляторы), попадая от них в зависимость. Ему достаточно подлинной близости с другим.

Вот поэтому «рука, качающая колыбель, правит миром». Для этого не нужно быть идеальной мамой. Достаточно быть чувствительной, доступной и последовательной.

Как психотерапевт я работаю уже с последствиями нарушений привязанности, где в длительной регулярной работе есть возможность перезаписать нарушенное (есть такое высказывание «психотерапия – это второе издание первой любви»).

Но очень хочется напомнить о том бесценном золото-валютном запасе в виде теплого взгляда, мягких прикосновений, отзывчивой мимики и эмоционального резонанса, который вкладывается в собственный банк ребенка близкими взрослыми.

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации

 

Возможные психологические модели возникновения онкологических заболеваний Эмоционально-образная терапия Линде Н.Д.

Возможные психологические модели возникновения онкологических заболеваний

Из практики эмоционально-образной терапии (ЭОТ) Линде Н.Д.

Тамара Петровна Смирнова

Многие авторы считают, что онкологические заболевания имеют смешанную этиологию, то есть порождаются не только какими-то биологическими причинами, но и причинами психологическими. В многочисленных психосоматических исследованиях онкологических больных показала взаимосвязь эмоций, центральной нервной и иммунной систем [1, 2, 4]. Во всяком случае, психологическая работа с онкологическими больными в настоящее время широко распространена в мире.
Эмоционально-образная терапия в лице автора этой статьи имеет небольшой (рак молочной железы, лимфоузлов, яичника и предстательной железы – всего 10 случаев), но тем не менее достаточно успешный опыт работы с онкологией. Мы никогда не претендуем, на психологическое исцеление раковых больных, но психологическое сопровождение клиентов, проходящих традиционное медицинское лечение, явно приносит им большую пользу. В отличие от других направлений, которые в основном используют релаксирующие подходы и визуализацию агрессивных образов по отношению к раковым клеткам (Саймонтоны, Леш), в эмоционально-образной терапии предполагается работа с психологической причиной заболевания, так называемыми «психологическими канцерогенами». Работа с данными больными позволила выявить глубокие внутриличностные конфликты, основанные на родительских предписаниях и собственных решениях в сторону ухода из жизни, чему способствовали длительно существующие состояния безнадежности, подавленности, отчаяния.
В ходе работы обозначились некоторые модели, объясняющие комплекс психологических причин данного заболевания, и имеющих отношение к картине личности больного.1. Модель семьи.

По мнению автора данная модель является основной, доминантной, ведущей. Опыт, который был получен в детстве, во многом определил те решения и убеждения, которые позднее, в ходе жизни, обозначили и другие психологические модели. В связи с тем, что именно модель семьи является основополагаеющей в картине личности больного, хочется описать ее более подробно.
Отмечается схожесть моделей семьи онкобольных. Вот общие черты, которые были подмечены в ходе терапевтической работы:
• Нарушенные отношения в родительской паре;
• Наличие детской травмы, часто отсутствие поддержки, внимания со стороны родителей, ранний опыт отвержения;
• Подавляющая мать, доминирующая позиция матери в семье при «слабом» отце, который чаще занимает отстраненную позицию, либо отсутствие отца;
• Со стороны матери задается очень высокая социальная планка – нужно быть кем-то, но не собой. Только в этом случае ребенок получает право на жизнь со стороны матери (часто нужно быть лучшими для того, чтобы не ругали, не били и т.п.);
• Зависимые отношения с матерью;
• Отсутствие ощущения собственной значимости, отверженность, одиночество;
• Наличие предписания «не живи», которое прослеживается более, чем в одном поколении, нет ценности ребенка, скорее, он воспринимается как обуза, любовь к ребенку не выражается(часто поколенческий паттерн). Ребенок часто нежеланный;
• Отсутствие ценности собственного «Я» и смысла собственной жизни. Части личности во многом состоят из набора интроектов значимых парентальных фигур, с которыми у больного сильная идентификация.

Пример 1. Рак молочной железы.

Данный пример будет описан достаточно подробно, так он как наиболее типичен и во многом отражает те проблемы, которые прослеживались и в других случаях работы с другими больными.
Запрос со стороны клиентки на осознание причин заболевания. В ходе сеанса было предложено представить (визуализировать) ту часть личности, которая непосредственно связана с болезнью.
Представилось дерево (ель), почти засохшее, с одной единственной зеленой ветвью, которое едва держалось корнями за землю (хочу отметить, что образ сухого дерева достаточно типичен для данного заболевания – прим. Автора). Недалеко от дерева росли зеленые и по словам клиентки «веселые» деревья. Клиентка испытывала к дереву отвращение (что говорит о бессознательном отвержении собственной части личности), смешанное с жалостью.
Было предложено поговорить от лица дерева с целью выявления актуальной проблематики и информации, зашифрованной в данном образе:
— «Я некрасивая, бессмысленная, никчемная, меня никто не любит, я никому не нужна. Нужно держаться подальше от других деревьев, потому что они увидят, какая я уродливая, и мне станет еще хуже. Я не понимаю, зачем мне жить». (Отмечается отсутствие смысла собственной жизни, тем самым формируется бессознательный запрос на уход из нее – прим. Автора).
На вопрос, насколько эти слова соответствуют собственному представлению о себе, клиентка ответила, что они полностью совпадают с тем, как она воспринимает себя, начиная с пятилетнего возраста (ранее, со слов клиентки, она себя не помнила). Эти представления, как оказалось во многом были сформированы под действием родительских предписаний, в основном со стороны матери.
— «Мама всегда говорила, что я ничтожная и никчемная, что я ни на что не годная и не красивая. Мама меня никогда не хвалила, не говорила добрых слов. Мама мне внушила, что я из себя что-то представляю, если делаю то, что она говорит, а сама я ничего не умею. И, вообще, чтобы оправдать свою жизнь я с детства должны была стремиться стать Маргарет Теттчер. Мама говорила мне в детстве и сейчас тоже, чтобы я не доверяла людям, они все равно обманут». Нужно заметить, что клиентка до сих пор (38 лет) жила с мамой и ее позиция по отношению к матери не изменилась, но накопилось очень много обид, которые клиентка не выражала. Отец в семье занимал отстраненную позицию, никогда не оказывал поддержки и защиты, по словам клиентки, «чтобы не было скандалов».
В результате детского опыта у клиентки сформировались достаточно устойчивые установки: 1) негативная самооценка и неприятие своей женственности – «я некрасивая, уродливая, после операции я буду никому не нужна»; 2) негативное восприятие жизни и людей, как источника угрозы «людям нельзя доверять» (необходимо отметить, что клиентка дважды была замужем и дважды разведена, что подкрепило «правильность» маминых предостережений); 3) пассивная, неуверенная позиция – «я есть, если есть кто-то рядом, я сама не знаю, как жить и что хочу»; 4) бессознательное стремление уйти из жизни – «в жизни смысла нет, одно страдание и мучение».
Возвращаясь к данному сеансу (поскольку он оказался переломным и жизнеутверждающим), после того, как клиентка поговорила от имени дерева и осознала через образ дерева свои детские переживания и достаточно травматический опыт, ее отношение к дереву поменялось, исчезло отвращение (на символическом уровне произошло принятие) и появилось желание помочь этому дереву стать здоровым. Было обращено внимание клиентки на зеленые «веселые» деревья, которые присутствовали в изначальном образе, с просьбой представить себя одним из них и поговорить от лица здорового дерева.
Клиентка отметила, что в образе здорового дерева она чувствует много сил и много радости от общения с другими деревьями, ветром, солнцем. На вопрос, каков их смысл жизни, клиентка ответила: «Жизнь сама есть смысл. Они (деревья) просто принимают ее, и отсюда их радость!». При этих словах клиентка отметила сильный приток сил, бодрости, хорошего позитивного состояния. Данные слова для нее прозвучали как откровение и дали ей новый опыт и новые ощущения. Она заметила, что ей хочется быть рядом с этими деревьями и радоваться вместе с ними. Образ больного дерева мгновенно откликнулся – появилось еще несколько зеленых ветвей, и корни стали более прочными и глубже вошли в землю. Образ дерева стал территориально ближе к зеленым деревцам. Клиентка представила, что она лечит это дерево, ухаживает за ним, моет, поливает, питает почву под корнями (на символическом уровне проявление любви и заботы к своей ранее отвергаемой части личности). Эмоциональное и физическое состояние клиентки стало еще более положительным, исчез страх перед операцией, появилось чувство уверенности, что все будет хорошо. На символическом уровне, через переживание эмоциональных состояний образов клиентке удалось поменять установки относительно себя и принять новое решение в пользу выбора жить. Также новым решением клиентки стало решение перестать ждать, что кто-то начнет заботиться о ней, а начать самой проявлять заботу о своей личности: «нужно перестать жалеть себя и научиться заботиться о себе и ценить свою жизнь» (новое решение клиентки).
В дальнейшем после успешной операции и достаточно короткого реабилитационного периода (по мнению медиков), клиентка изменила свой образ жизни – она начала брать уроки музыки, рисовать, заниматься в любительском театре, вести кружок для детей. Необходимо заметить, что все это клиентка делала без ожидания одобрения со стороны мамы или помощи со стороны отца.

Пример 2. Рак молочной железы (клиентка проходила курс химиотерапии).

Актуальным образом, отражающим симптом клиентки, было выжженное поле. При работе с образом (диалог, идентификация, метод свободных ассоциаций с образом) у клиентки живо отозвались детские воспоминания, связанные с травмирующими ситуациями бесконечных родительских скандалов между собой, в которые они активно втягивали клиентку в качестве третейского судьи. Отмечалось полное безразличие к чувствам и переживаниям ребенка со стороны родителей. Выжженное поле – эта была сожженная часть внутреннего ребенка клиентки, которая сама приняла решение «не быть, чтобы не слышать и не участвовать в бесконечных разборках родителей». Необходимо отметить, что родители (в основном матери, т.е. бабушки клиентки) ее родителей с обеих сторон не одобрили выбор пары, и открыто говорили и матери и отцу, что им не следует жить вместе и, тем более, рожать ребенка, косвенно давая предписание будущему ребенку «не рождайся». Ситуация осложнялась еще и тем, что мать клиентки постоянно обвиняла дочь в том, что она родилась, и стала причиной того, что та во время не ушла от ее отца, тем самым постоянно транслировалось предписание «не живи» и со стороны матери.
Весьма терапевтичными приемами в этом случае были возвратные методы – это приемы «возвращение вреждения («зла»), причиненные ребенку в раннем детстве, и возвращение предписаний «не рождайся» и «не живи» с выработкой контрпредписаний «жить, развиваться, полностью проявлять свое «Я», принимать любовь от жизни, мира, вселенной». Клиентка почувствовала себя частью единого огромного целого, наполненного жизнью и светом. Для себя она сделала открытие, что она «часть вселенной, и все живого, что есть во вселенной есть и в ней; она не изолирована, а вписана, вплетена собственной нитью жизни в целостное пространство Жизни». «На меня льются потоки любви и света, я принимаю это в себя, и сама становлюсь источником любви и света. Как это прекрасно!» Образ выжженного поля тут же трансформировался в образ цветущего, наполненного теплом и светом летнего луга. Клиентка дала много поддержки и принятия своему внутреннему ребенку, а также отдала ответственность матери за ее выбор мужа и за ее чувства, а отцу ответственность за его взаимоотношения с матерью.
В результате терапевтической сессии у клиентки появилось чувство внутренней наполненности, радости, уверенности, что все будет хорошо. С данной клиенткой работа велась еще несколько месяцев, в результате опухоль полностью рассосалась. Гистологический анализ показал полный патоморфоз опухоли.

2. Модель «одной роли».

Согласно данной модели происходит идентификация, отождествление себя с одним сверх значимым объектом. Таким объектом может быть либо человек, с которым установлена сильная эмоциональная связь, либо работа, профессиональная сфера, в которой человек себя полностью выражает, при этом все остальное не имеет значения или сильно выраженной привязанности. Согласно этой модели, заболевание актуализируется в тот момент, когда происходит угроза потерять этот значимый объект или утрата данного объекта.
Данное наблюдение подтверждается исследованием, в котором приняло участие более 500 больных [3]. На основании анализа психологических аспектов жизни этих больных исследователи пришли к следующим выводам:
• Их юность отмечалась переживанием чувства одиночества, отчаяния, покинутости. Близость с другими людьми представлялась опасной и вызывала трудности и разочарования.
• В ранней зрелости устанавливались глубокие, личностно значимые отношения с одним человеком (по типу зависимости), либо удавалось найти себя в работе, в профессиональной роли, и это становилось смыслом их жизни. Вокруг этих значимых отношений строилась вся их жизнь.
• Затем по каким-либо от них не зависящим причинам (они не являлись инициаторами) эти отношения или значимая роль исчезали из их жизни. Причины могли быть разные – утрата любимого человека, взросление и самостоятельная жизнь ребенка, уход на пенсию и т.п. В результате снова наступало отчаяние и одиночество, как в юности.
• В результате происходила утрата смысла жизни и возникало нежелание жить дальше, что сопровождалось депрессивными состояниями («в жизни нет ничего, за что стоило бы держаться, жизнь не является ценностью» — точка зрения клиента).

Пример.

За психологической помощью обратился мужчина среднего возраста. Жалобы, которые он предъявлял – это чувство пустоты, депрессия, отсутствие смысла жизни. И как выяснилось в ходе беседы, у клиента недавно был обнаружен рак предстательной железы в начальной стадии.
Утрата смысла жизни произошли у клиента после развала его бизнеса, которому он уделял первостепенное значение и вкладывал всю свою душу. По словам клиента, именно «свое дело» давало ему силы жить и придавало смысл жизни вообще. Больше в жизни ему было ничего не интересно. Заметим, что мужчина имел семью, но дети выросли, он считал, что у них своя жизнь. С семьей у клиента не было идентификации, он давно чувствовал свою отдельность от семьи.
В ходе терапии было обнаружено, что в раннем детстве, в родительской семье, клиент чувствовал свое одиночество и ненужность (модель семьи, как основа – прим. автора), и тогда было принято решение «не сближаться», не устанавливать эмоционально близкие, значимые отношения, так как они могут принести боль. Наметилась тенденция на поддержание собственной автономности через вытеснение чувства близости, любви, принадлежности. Клиент вспомнил, как мальчиком он мечтал быть великим, чтобы его признал весь мир (т.е. тем самым он доказал бы своим родителям, что он стал великим без их помощи, что он не нуждается в них, а с другой стороны, в этом выражалась неудовлетворенная, фрустрированная потребность мальчика в любви и принятии со стороны родителей).
Так произошло отождествление, идентификация с одной социально значимой ролью, профессиональной деятельностью, в которой клиент получал признание окружающего мира. Когда его дело распалось, то это нанесло сильный удар по личности клиента, «нечем стало жить, не за что держаться».
Поскольку желание быть великим имело компенсаторную функцию, то терапевтическая работа велась с внутренним ребенком клиента, который был им отвержен и вытеснен. Большая работа проводилась по принятию вытесненных чувств, а также возвращению «капиталовложений». Всего было проведено 5 сессий, после чего диагноз был снят по причине «ошибочно поставленного диагноза». Работа с данным клиентом еще продолжается. Он стал более внимательным к своим детям, теплее проявлять себя в отношениях с женой, восстановил дело, но больше не считает его самым главным в своей жизни. Стал путешествовать с семьей, писать стихи. Основной вывод (решение), который сделал клиент: «Жить интересно! Не надо бояться делать шаг в неизвестное! Доверять жизни — это главное!».
Хочу подчеркнуть, что данный случай, также как и предыдущий демонстрируют высокую корреляцию онкологических заболеваний с утратой смысла жизни, но не переживанием по поводу этой утраты, а наличием достаточно жесткой установки, что в этой жизни ничего хорошего нет, поэтому и жить незачем. Поэтому в психологической работе, на наш взгляд, стоит уделять достаточно внимания данному обстоятельству.

3. Модель стресса.
Хочу отметить, что именно с данной моделью большинство специалистов, работающих с онкобольными, связывают возникновение заболевания. Об этом в свое время еще писали Саймонтоны.
• Отмечается серия стрессов за 0,5 – 1,5 года до возникновения болезни (расставание с любимым человеком, смерть близкого человека, разводы, увольнение с работы, разрыв отношений со значимыми людьми). На мой взгляд, — это не совсем стрессы, а травмирующие события, которые имели часто неожиданный характер, и переживались личностью как шоковая травма. Необходимо отметить, что при этом оживали старые нерешенные проблемы, которые корнями уходили в травматическое детство – чувство ненужности, одиночество, самообесценивание.
• Ощущение тупика, беспомощности в этих стрессовых драматических событиях. Происходит бессознательный регресс в детские состояния.
• Отказ от борьбы, ощущение неразрешимости создавшейся ситуации, при этом теряется способность меняться и развиваться. Считается, что в ответ происходит сбой в имунной системе, подавляются естественые защитные механизмы в организме.
• Теряется интерес к жизни. Именно потеря интереса к жизни играет решающую роль в негативном воздействии на всю имунную систему в целом, создаются физические предпосылки для развития онкологии.
Работа с онкобольными в данном случае ведется по выявлению стрессоров, обучению новому подходу к решению стрессовой, проблемной ситуации (поведенческая терапия — как правило, это обучение ассертивному, напористому поведению, обнаружение аутоагрессивных тенденций с последующим выведением их во внешний мир или на объект-стрессор; умение обозначать свои границы и отстаивать их); обучение техникам релаксации с выдыханием напряжения из определенных частей тела, связанных с этим напряжением; вдыхания позитивных образов, дающих максимальное расслабление. Данная работа очень важна для пациента, и приносит свои позитивные результаты, но наш взгляд недостаточна. Часто текущие травмирующие ситуации содержат в себе много «переносного» материала из более ранних, детских ситуаций, где члены семьи являлись первичными травмирующими фигурами, а фигуры из текущих стрессовых ситуаций – вторичными. В жизни воспроизводится один и тот же сценарный паттерн, который важно обнаружить и осознать.

Пример. Рак груди и лимфоузлов

За год до возникновения заболевания разошлась с мужем и рассталась с подругой, с которой дружила с детства. Эти события переживались остро на момент обращения за психологической помощью, являлись для клиентки болезненными и травмирующими. Она переживала чувство ненужности, брошенности, одиночества, была в подавленном, депрессивном состоянии.
Образ актуального эмоционального переживания – образ грязной слизи, к которой клиентка испытывала отвращение. Исследование психологического содержания образа позволило выявить ранние детские травмы и обиды. «Никчемной грязью, ничем и никем» ее часто называла мать, которая никогда не хвалила, унижала, била. Матери нельзя было возражать, нельзя было выражать никаких эмоций, важно было только слушаться. Отец не заступался, «удалялся у другую комнату и делал вид, что ничего не слышит и ничего плохого не происходит».
Клиентка осознала, что она себя именно так и воспринимает – «она грязь, никто и ничто, поэтому в ее жизни нет никакого смысла, так же как и в ней самой». «У меня были бльшие надежды, что хоть кто-то будет меня любить (перенос ожиданий внутреннего ребенка в любви и принятии с родительских фигур на фигуру мужа и подруги). «Когда я выходила замуж, мне важно было, что я кому-то нужна, что я не одна и кто-то есть рядом, тогда я чувствую, что я тоже есть. Мама была всегда мной не довольна, наказывала молчанием, отсылала в другую комнату и не разговаривала. Мне тогда казалось, что я исчезаю. Поэтому важно было слушаться, чтобы не быть одной». Психологическое переживание текущего состояния клиентки полностью соответствовало ее детскому состоянию, когда мать оставляла ее одну и не разговаривала с ней. Клиентка осознала это, поняла, что на самом деле, от страха быть одной (что для нее равносильно тому, что ее нет, она исчезла) она устанавливала зависимые отношения с теми, кто был рядом. Она никогда активно не проявляла себя, просто была послушной и с мужем, и с подругой (как в детстве с мамой и папой).
Жизнь поставила ее в ситуацию, когда она осталась одна, актуализировались все детские травмы. У клиентки, как личности, возник выбор: либо она действительно исчезает, либо учится принимать себя, ценить, проявлять свою индивидуальность, проявлять любовь к своей травмированной части, тем самым излечивая себя от глубоких пережитых травм.
➢ Во время сеанса, работая с образом грязной слизи, клиентка проявила много тепла и сочувствия к этому образу (так как это была ее отвергаемая травмированная часть). Она сказала образу, мысленно гладя его, что никогда не будет считать его «ничем и пустым местом», что она очень дорога ей и она любит ее. Образ грязи спонтанно трансформировался в образ грустной девочки в сером тусклом платье.
➢ Из образа девочки клиентка осознала, что она до сих пор ждет любви от матери. Вместо этого она позволила самой себе проявить искреннюю любовь к девочке, принять ее, оказать поддержку и защиту. Были возвращены «подарки-причиненный вред» матери.
Работая с данным образом, клиентка дала девочке разрешение:
➢ проявлять себя — были восстановлены вытесненные части «Я» и подавленные ресурсы девочки (образ вытесненной части – сияющий солнечный свет, в котором было много радости, чувства безопасности и принятия жизни; подавленные ресурсы проявились в спонтанном образе цветущего поля, при идентификации с которым она ощутила, что она также естественна и прекрасна, как полевые цветы, что в ней много сил, и вся природа любит ее, что она – часть целого, которое намного больше, чем ее представление о себе);
➢ Приняв в себя эти образы, клиентка сказала себе, что «она есть в этом мире, не зависимо от того, есть кто-то рядом с ней или нет. Она просто есть!». Это было радостным открытием для нее.
➢ Образ грустной девочки преобразился – это стал образ радостной девочки в цветном платье с косичками. Клиентка в своем воображении позволила девочке делать все, что та хотела ( вместе с девочкой они реализовали ее потребности – танцевали, пели, бегали, рисовали, занимались музыкой).
➢ В результате сеанса клиентка почувствовала необыкновенный подъем внутренних сил, бодрость. «Я больше не буду ждать, что кто-то будет любить меня, я сама буду любить жизнь и маленькую девочку внутри себя» — новое решение. Пришло понимание, что расставание с мужем и подругой было неизбежным, но вместо переживания утраты в результате сеанса у клиентки появилось чувство, что эта ситуация – шанс для нее, чтобы измениться.
Работа продолжалась в течение года, во время которого клиентка была оперирована и реабилитирована. Изменилось ее самосознание, она стала больше заниматься ребенком, путешествовать, поменяла работу.

4. Модель жертвы (синдром «ослика ИА»)

Личность, находясь в разных обстоятельствах своей жизни, сама выбирает, как ей реагировать на те или иные события, и по каким правилам, и каким способом она будет решать свои проблемы. Ответственность за решение своих проблем, которые часто требуют изменений как в образе жизни, так и внутреннем мире личности, лежит полностью на человеке. Онкобольной часто выбирает позицию жертвы, делая акцент при этом на жалости к себе. Он считает себя жертвой обстоятельств, а жалость к себе позволяет ничего не изменять в своей жизни, при этом решение проблем перекладывается на кого-то. Хочу отметить, что такая позиция – самая непродуктивная, и она может привести к усилению онкологической симптоматики.
При этом отмечаются еще следующие моменты:
• Фиксация на негативных событиях, которые интерпретируются как ужасающие, безысходные и подтверждают весь драматизм происходящего (катастрофизация событий). Восприятие жизни – как опасности и угрозы;
• Обвинение других, отсутствие ответственности за свою жизнь, пассивная позиция;
• Доминирует детская позиция в коммуникации, склонность к зависимости, депрессивное состояние.

5. Модель «вторичных выгод»

Модель жертвы и «вторичных выгод» бывают близки друг другу и схожи отсутствием ответственности за свою жизнь, личностное развитие и выздоровление. Важно осознать в терапии эти вторичные выгоды, иначе бессознательно онкобольной будет поддерживать заболевание. Часто при помощи болезни больной:
• Начинает получать внимание и заботу окружающих, которой ранее был лишен;
• Получает возможность считаться со своими потребностями;
• Возможность не работать, уменьшить обязанности;
• Получаь пенсию по инвалидности;
• Освободить себя от заботы о других членах семьи;
Если он получает внимание и право выражать себя и делать то, что хочет только при условии заболевания, то какая-то часть его будет стремиться к болезни. В терапии необходимо выявить эту часть и найти способы удовлетворения ранее фрустрированных потребностей другими позитивными способами, а не через заболевание.

6. Модель подавления и вытеснения чувств

Онкобольные обнаруживают общие особенности в плане подавления выражения чувств, особенно это касается обид и гнева. Отмечается более продолжительная жизнь и даже выздоровление онкобольных, которые научились говорить о своих чувствах (обидах, раздражении, тревогах, страхах и т.п.), выражать их адекватным способом.
В эмоционально-образной терапии накоплен большой опыт работы с подавленными и вытесненными чувствами. Образы чувств часто представлены в виде выжженой пустыни – как правило это сожженные травматичные чувства и части личности, а также проявление аутоагрессии; в виде резиновых, пластиковых, замороженных предметов, что говорит об изоляции и отстраненности от собственных чувств. Часто эти образы говорят о разочаровании, опустошенности, одиночестве, чувстве ненужности. Поэтому не достаточно учить выражать чувства, часто перед тем как их выразить необходимо провести терапию. Страхи, тревоги, чувство ненужности, обиды, гнев переживаются из Эго-состояния «Дитя», т.е. Внутреннего Ребенка. Во Внутреннем Ребенке содержатся самые травматичные переживания личности, начиная с внутриутробного состояния и довербального периода раннего детства, поэтому работая с образами вытесненных и подавленных чувств, можно выйти на ранние травмы личности – это обстоятельство требует очень бережного и аккуратного подхода со стороны терапевта. Важно понять, проанализировать, почему образ не может проявлять чувства. При идентификации с образом часто обаруживаются запреты, полученные с родительскими предписаниями, – какие чувства нельзя выражать (а иногда даже и чувствовать). Причем запреты могут касаться не только негативных чувств, но и таких, как любовь, нежность, когда родитель выражает недовольство при выражении этих чувств со стороны ребенка, тем самым транслируя предписание «не будь близким».

Пример. Рак молочной железы

В сеансе (это был не первый сеанс, работа проводилась около 2-х месяцев) при работе с образом заболевания у клиентки возникло чувство сильного давления в области горла, затем оно охватило область груди и всю шею.
Было предложено визуализировать образ, с которым ассоциировалось это ощущение. Образ представился в виде пластика, который соединился на шее сзади и захватывал область груди. Пластиковые образы указывают на изоляцию аффекта: пластик не проводит энергию, он ничего не чувствует, т.е. пластик изолирует болезненные, часто не выносимые по своей интенсивности переживания.
При идентификации с образом клиентка почувствовала себя младенцем никому не нужным, к нему никто не подходит, никто не берет на руки, отозвалось чувство безысходности, одиночества, тоски. В этот момент она вспомнила, что в возрасте 2-х месяцев ее положили в больницу с воспалением легких, родителей к ней не пускали (по рассказам матери). В больнице она находилась более 2-х недель. При дальнейшей идентификации с образом клиентка осознала свое раннее решение: не кричать, не плакать, никого не звать на помощь, потому что никто тебя не слышит. Это решение было принято еще двухмесячным младенцем, когда она находилась в больнице без родителей. В более старшем возрасте до текущего момента это решение выражалось в том, что она никогда никому не говорила о своих переживаниях, проблемах, так как «всем все равно, никому не интересно, никто не поможет и не услышит, что со мной». Тем самым клиентка через раннее решение, которое не осознавалось, сама себе запретила выражать чувства, которые ее беспокоили.
Необходимо отметить, что в родительской семье была конфликтная атмосфера, с частыми скандалами между родителями, чувство нежности между ними никогда не выражалось при детях (со слов клиентки), а также не выражались теплые чувства по отношению к детям – «кормили, одевали, но никогда не гладили, не целовали, не обнимали, не говорили добрых слов». Родители транслировали предписание «не будь близкой», т.е. не выражай «либидозных» чувств – любви, нежности, тепла. Причем в практике ЭОТ замечено , что проблемы с принятием своей женственности у девочек часто связаны с запретом на проявление подобных чувств.
У клиентки фактически наблюдался двойной запрет на проявление чувств: с одной стороны запрет на выражение негативных чувств, который она дала сама себе через решение раннего ребенка («бесполезно, никто не слышит»); с другой стороны – от родителей на проявление чувства любви, близости, тепла, нежности.
Возвращаясь к сеансу, клиентке было предложено проявить добрые чувства к образу младенца (т.е. к части себя, пережившей опыт разлучения с матерью, равнодушие медицинского персонала в больнице, состояние незащищенности и одиночества). Клиентка мысленно взяла ребенка на руки, прижала его и сказала, что с этой секунды она будет всегда с этой девочкой, она никогда больше не будет одна, и что она ее слышит и будет слышать и слушать всегда: «Я знаю, о чем ты молчишь, я знаю твою боль и страдание, ты можешь плакать и выпустить все это …». Одновременно было дано разрешение образу пластика выразить все изолированные чувства – клиентка мысленно погладила образ пластика, понимая, что это часть раннего ребенка с двойным запретом на проявление чувств: «Я не буду больше изолировать тебя от себя, я не буду больше изолировать все свои чувства и переживания, ты можешь выразить все эти чувства (она стала называть их)». Образ пластика постепенно стал таять, становиться мягким и постепенно превратился в ручеек – чистый и светлый.
При идентификации с ним клиентка почувствовала освобождение от негативных эмоций. Осталась светлая детская радость и право быть собой, любовь к миру, природе. Образ ручейка соединился с образом уже спокойного младенца, который перед этим смог плакать и кричать. После соединения образов, младенец стал радостным, полностью исчезла тревога, возникло чувство доверия к миру. Ребенок (в образе) спонтанно подрос, превратился в радостную девочку, полную жизни и любопытства к миру. При соматизации образа девочки клиентка почувствовала прилив сил, радости: «Я как будто впервые вижу мир, здесь все интересно, я хочу с ним познакомиться» — это стало новым решением, которое во многом определило ее выздоровление. Опухоль полностью рассосалась, на фоне химиотерапии, клиентка отказалась от операции, прошло несколько лет – все хорошо.

Выводы о возможных направлениях психологической работы с онкобольными:

Для достижения устойчивого результата, необходимо подойти к работе с онкобольным системно, учитывая множественность психологических причин возникновения заболевания. Направление работ может включать в себя следующее:
• Работа с внутренним ребенком (выявление родительских предписаний и ранних решений, которые могут запускать заболевание и влиять на его развитие; отреагирование детских травм, принятие внутреннего ребенка).
• Сепарация от родителей (чаще от матери), простраивание собственной автономии (нахождение родительских интроектов в структуре личности, восстановление вытесненных и подавленных частей собственного Я). Принятие себя.
• Работа со смыслом жизни в целом и самоценностью собственной личности и ценностью своей жизни.
• Работа с чувствами (выявление подавленных, изолированных, вытесненных чувств, умение принять и признать эти чувства, разрешение себе выражать чувства, проявлять свое подлинное Я).
• Работа со вторичными выгодами и по принятию ответственности за свою жизнь.
• Работа с иммунитетом (разработана серия упражнений, позволяющих выявить сбои в имунной системе и скорректировать их).
• Работа по принятию своей женственности, мужественности (выявление факторов, повлиявших на отвержение собственной женственности, мужественности; признание ценности женственности, мужественности; восстановление женственности, мужественности).

Список литературы:

1. Baltrusch H. J. Stress, cancer and immunity. New developments in bi-opsychosocial and psychoneuroimmunologic research. Acta Neurologica 1991, 13: 315-327
2. Temoshok L. Personality coping style emotion and cancer: towards an integrative model. Cancer Surveys 1987, 6: 545-567
3. LeShan L.L. You can fight for your life. New York: Evans & Co., 1977
4. Смирнова Т.П. Работа с иммунитетом женщин в ЭОТ. Материалы Международного Конгресса психотерапевтов ППЛ, октябрь, 2013
5. Смирнова Т.П. Влияние родительской семьи на иммунитет женщин. Материалы П-го Международного Конгресса психотерапевтов ППЛ. 2011
6. Смирнова Т.П. Работа с онкологическими больными в практике эмоционально-образной терапии. Материалы Международного Конгресса психотерапевтов ППЛ, октябрь, 2012.

*********************************************************************************Я завершила полное обучение у Жильбера Рено  около тршести лет назад и  являюсь клиническим психологом со специализацией Recall Healing ( Исцеление воспоминанием)  ,  окончила полный курс  Биологики  у Роберто Барнаи и дополнила свое образование  обучением  в Школе Психосоматики PSY2.0, Все эти школы имеют одним из своих источников  ГНМ(Германскую Новую Медицину-GNM)

Также я завершила обучение  ЭОТ в центре Н.Д. Линде( 1,2,3 ступени)

Если Вы обращаетесь  ко мне   с проблемами здоровья, психосоматическими  проблемами  или повторяющимися ситуациями  в своей жизни , то практически всегда   я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета .  Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно

 Запись на консультацию

ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ УТРАТА ИЛИ БОЛЕЗНЬ РЯДОМ С ВАМИ

ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ УТРАТА ИЛИ БОЛЕЗНЬ РЯДОМ С ВАМИ

 Анна Зуфман

Ежегодно только в России онкологические заболевания выявляются (впервые) более, чем у полумиллиона людей. Это значит, что несколько миллионов людей в год сталкиваются с онкологическими заболеваниями у своих друзей, близких, родственников, супругов, родителей. Сейчас система психологической помощи людям, у которых обнаружен рак, далека от совершенства, но она есть – все больше психологов работают в онкологических диспансерах и больницах, все больше специалистов получают проходят дополнительную подготовку для того, чтобы стать онкопсихологами. В то же время люди, в чью жизнь «рак» вошел опосредованно, поставив под угрозу самых близких, самых дорогих, часто выпадают из поля зрения врачей и психологов. Даже друзья часто не понимают, с чем приходится сталкиваться тем, чьи родственники или супруги оказались «под прицелом» недуга, окруженного мрачным ореолом загадочности, смерти и боли.
На сегодняшний день онкологическое заболевание или рак (cancer) – это не просто одна из распространенных и наиболее тяжелых в плане лечения и прогноза болезней, а еще и полноценная метафора, активно используемая в современной культуре, и об этом сказано достаточно много – и культурологами, и философами, и психологами, и врачами.
Обнаружение онкологического заболевания, даже на ранних стадиях и с хорошим прогнозом, в большинстве случаев несет в себе необратимые изменения как в сложившейся картине мира больного, так и в его образе жизни. Помимо того, что человек сталкивается с необходимостью инвазивных медицинских процедур, ему приходится пожертвовать ради потенциального излечения многими составляющими привычного образа жизни. Практически, пациент онкологического диспансера перестает «принадлежать себе», все его планы нарушаются необходимостью проводить в больнице или дневном стационаре месяцы жизни (которые, как он постоянно помнит, могут оказаться для него последними), согласовывать собственные дела с расписанием назначенных процедур, изменять своим привычкам питания, отказываться от многих удовольствий и развлечений, не совместимых с лечением. В результате у человека появляется ощущение полной невозможности контроля над собственной жизнью, многие пациенты жалуются на то, что «болезнь контролирует меня». Это ощущение тесно связано с важной составляющей страха смерти – невозможностью взять смерть под контроль, слабость и беззащитность перед ней. Не менее неприятным фактором, влияющим на восприятие онкологическими больными собственного состояния, является тот факт, что по сути после постановки диагноза человек приобретает «социальный статус онкологического больного», который оказывается важнее всех других ролей, которые человек играл в своей жизни. В своей монографии, посвящененой онкопсихологии, А.В. Гнездилов пишет: «Человек может выполнять в жизни огромное число ролей: быть родителем, начальником, возлюбленным, может обладать какими угодно качествами — умом, обаянием, чувством юмора, но с этой минуты он становится «раковым больным». Вся его человеческая сущность вдруг заменяется одним — болезнью» .
Но сегодня довольно мало описаны соответствующие переживания у тех людей, чьи близкие становятся онкологическими больными, то есть утрачивают привычную идентичность и приобретают статус «ракового больного». На это накладывается неизбежный страх перед потенциальной утратой близкого человека, который работает как полноценное переживание острого горя в сочетании с тревогой неизвестности.
Только поверхностные наблюдения психических изменений, происходящих у людей, чьи родственники и близкие друзья сталкиваются с неизлечимыми заболеваниями, уже раскрывают одновременно несколько тем, которые необходимо исследовать для дальнейшей эффективной работы с такими людьми.
Начнем с того, что люди, у чьих ближайших родственников обнаруживаются заболевания онкологического спектра, чаще всего страдают депрессиями и тревожными расстройствами. Уже доказано, что обнаружение онкологического заболевания становится психической травмой для тех, у кого недуг был обнаружен. Но никто пока не проводил фундаментальных исследований о травматизирующем воздействии обнаружения неизлечимой болезни у людей, ближе всего связанных с больным. Зато у нас есть сложившиеся представления о том, как человек переживает утрату и острое горе. Можно предположить, что столкнувшись с неизлечимой болезнью у кого-то из наиболее близких, человек получает всю симптоматику острой утраты (начиная от невротических реакций и заканчивая тяжелыми депрессиями). Фактически, человек теряет своего близкого в качестве значимого Другого, вместо объекта, с которым существовала связь, появляется абстрактный «онкобольной», с которым приходится выстраивать новые взаимоотношения. Кроме того, опосредованное столкновение с тяжелой болезнью обостряет собственные страхи человека, в том числе – экзистенциальные страхи, включая страх смерти, страх бессмысленности (отсюда многочисленные попытки связать болезнь с какими-либо чертами личности больного, с его образом жизни и так далее).
В работе с клиническими проявлениями острого горя основной стратегической целью психотерапии считается достижение у пациента состояния «принятия утраты». Важно, чтобы пациент принял факт потери объекта в соответствии с принципом реальности, и именно принятие обычно считается первым признаком выздоровления. Но принять факт утраты человека, который еще жив и продолжает лечиться, нельзя, это не представляется возможным. Так же, как и обсуждать болезнь близкого в терминах утраты. Часто люди, чьи родственники болеют, не получают никакой поддержки и даже возможности обсудить свои реальные переживания, связанные с потенциальной потерей, что усиливает вероятность возникновения депрессивной симптоматики. Так как их жизнь отныне протекает на фоне реальной болезни, полноценной угрозы жизни, которая культурно и социально воспринимается как нечто подлинное, «серьезное», говорить о своих невротических реакциях и эмоциональных проблемах часто кажется им «неприличным», а самих своих переживаний такие люди зачастую стыдятся. В соответствии с нашими наблюдениями, чаще всего в этих случаях мы имеем дело с маскированной или эссенциальной депрессией, которая сложнее поддается лечению, накладывает отпечаток на личность человека, регулярно становится источником психосоматических заболеваний.
Если при работе с людьми, потерявшими своих близких, мы выработали ряд техник, направленных на облегчение переживания утраты, то для работы с потенциальной, отложенной во времени утратой, у нас практически нет готовых «наработок». Исключение составляет, пожалуй, экзистенциальная психотерапия, в теоретических выкладках которой есть довольно много информации по работе со страхом смерти и переживанием утраты. Тем не менее, далеко не всем подходят приемы, используемые в этом направлении психотерапии, да и разработаны они в основном для людей, которые столкнулись с витальной угрозой сами, или для тех, кто уже потерял своих близких. Тем временем, период неопределенности, связанный с ожиданием смерти близкого человека, наполненный тревогами о его здоровье, надеждой на исцеление, гневом на «бессмысленность» и «необъяснимость» постигшего семью горя, может быть гораздо труднее для человека, нежели период собственно проживания утраты с симптоматикой острого горя. В некотором смысле уместно назвать это состояние «хроническим» гореванием, по аналогии с уже разработанным термином «острого горя». Но когда «острое горе» не находит выхода и проживается годами, мы обычно имеем дело с состоянием, которое Зигмунд Фрейд называл «меланхолией», подразумевая состояние, характеризующееся «глубокой страдальческой удрученностью, исчезновением интереса к внешнему миру, потерей способности любить, задержкой всякой деятельности и понижением самочувствия, выражающимся в упреках и оскорблениях по собственному адресу и нарастающим до бреда ожидания наказания ».  Сам Фрейд и его последователи подчеркивали, что основным качеством, отличающим меланхолию от состояния, которое мы сегодня называем «клинической депрессией», можно считать невозможность принятия утраты объекта и нарциссическую идентификацию с утраченным, которая не позволяет ментализировать потерю . Кроме того, уже описанная нами очевидная невозможность открыто горевать в случае, когда речь идет о потенциальной, еще не свершившейся утрате, увеличивает вероятность того, что переживания, связанные с утратой, не имея возможности проявиться в сознании, будут искажены и трансформируются в фобии, психосоматические реакции, эссенциальные и маскированные депрессии.
В ситуации, когда речь идет о партнере или супруге, мы можем увидеть феномен, который можно назвать слиянием с больным. Чувства больного, его страхи, в том числе – экзистенциального характера, интроецируются партнером. Иногда это приводит к появлению конверсионной психосоматической симптоматики: у супруга пациента возникают сенестопатии, боли, тошнота от сеансов биохимии и другие ощущения, никак не обусловленные состоянием его собственного здоровья. Вместе с больным, его здоровый партнер самостоятельно отчуждается от общества, проводит четкую границу между «своими» и «чужими». «Своими» он считает себя и своего партнера, а «чужими» — всех окружающих, особенно тех, кто не сталкивался с онкологическими или другими неизлечимыми заболеваниями. В случае, если болезнь не удастся вылечить и больной умрет, его партнер переживает его смерть как собственную, демонстрирует не только симптомы депрессии, но и суицидальные тенденции или заболевает вслед за ним под действием механизма слияния. В других случаях между заболевшим и здоровым партнером наблюдается отчуждение, граничащее с отвержением: страхи перед смертью, умиранием, недугом как таковым, искажают восприятие здорового человека и делают общение с больным невозможным. Еще одна распространенная реакция близких на заболевание – ярко выраженное отрицание. Кажется, что продолжать жить так, словно болезни не существует – это эффективный способ сохранить свое психическое благополучие, но на самом деле это не так. Во-первых, как и другие психологические защиты, отрицание искажает восприятие реальности, не дает человеку вовремя прожить те чувства, которые представляются невыносимыми. Во-вторых, в больной в этом случае остается буквально один на один со своими переживаниями, что усиливает ощущение социальной изоляции, бессмысленности, отчужденности. Это снижает шансы больного на адекватную помощь и поддержку (включая необходимые меры ухода и помощи в прохождении лечения), а также усиливает депрессивную и невротическую симптоматику, что в конечном итоге уменьшает вероятность наступления ремиссии.
На сегодняшний день необходимо не только изучить особенности реагирования людей на столкновение с онкологическими заболеваниями у их близких, но и наладить систему помощи тем, чьи родственники, супруги, партнеры, дети, родители и так далее получили соответствующий диагноз. Это поможет предотвратить вероятные депрессии, невротические и психосоматические расстройства, и другие психогении, возникающие при столкновении с раком «опосредованно», а также косвенно повлияет на качество жизни самих больных и вероятность наступления ремиссий.
Это лишь малая часть наблюдений, описывающих наиболее распространенные реакции на угрозу потенциальной утраты, происходящую от столкновения человека с неизлечимым заболеванием у кого-то из ближайших родственников или друзей. Тем не менее, этого достаточно для того, чтобы предположить, что родственники и друзья больных нуждаются в квалифицированной помощи не меньше, чем сами пациенты.

*********************************************************************************Я завершила полное обучение у Жильбера Рено  около тршести лет назад и  являюсь клиническим психологом со специализацией Recall Healing ( Исцеление воспоминанием)  ,  окончила полный курс  Биологики  у Роберто Барнаи и дополнила свое образование  обучением  в Школе Психосоматики PSY2.0, Все эти школы имеют одним из своих источников  ГНМ(Германскую Новую Медицину-GNM)Если Вы обращаетесь  ко мне   с проблемами здоровья, психосоматическими  проблемами  или повторяющимися ситуациями  в своей жизни , то практически всегда   я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета .  Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно

 Запись на консультацию

ПСИХОСОМАТИКА МИОМЫ МАТКИ

ПСИХОСОМАТИКА МИОМЫ МАТКИ

 

В современном мире миома известна практически каждой второй женщине. У кого-то она одна и маленькая, у кого-то их несколько, а у кого-то ее вес достигает нескольких килограммов. Считается, что миомы не исчезают, не рассасываются, на практике же известны другие результаты. При этом, если миому удалить хирургическим способом, но психологические причины пациентка не проработает, то болезнь появится снова. Так что если вы столкнулись с подобной проблемой, задумайтесь, что могло стать первопричиной, как вы воспринимаете жизнь, что необходимо в себе изменить, чтобы проработать все уроки, полученные от миомы.

Вынашивание ребенка и миома — темы, очень связанные между собой. Ведь нарастание мышечной массы (то, что происходит при миоме) совсем не способствует при удерживании ребенка внутри мамы, а также при выталкивании ребенка из матки в родовом процессе.

  1. Когда женщина проводит параллель в вынашивании ребенка с тем, что ее матка “не держит”, то организм может решить проблему по-своему, нарастив миому.
  2. Когда женщина вспоминает изматывающие и долгие роды или неэффективные потуги. Это тоже может привести к болезни.
  3. Когда женщина делала аборты или же у нее случались выкидыши, сопровождающиеся чувством глубокой печали, а бессознательное желание “иметь в матке маленького ребенка” организм выполнит как “просьбу”.
  4. Когда миома находится близко к шейке матки, то женщине нужно задуматься, насколько она открыта к своему мужчине, насколько может ощутить близость и проявить сексуальность.

К сожалению, даже те женщины, что считают свой брак счастливым, при подробных опросах говорят, что напряжены в сексе, не готовы открыться мужчине, стесняются наготы. То есть у многих есть боязнь “проникновения”. Даже если не проявляется это внешне, то в бессознательном появляются внизу живота блоки.

Как организм может помочь сам себе? Он создает “преграду” для проникания “того, кто нарушает границы” в виде миомы.

Нужно помнить, что “ребенком”, которого “сложно выносить”, может быть любой образ, который неосознанно кодирует как то, что необходимо выносить и родить.

Например, нереализованная идея, над которой выплакано море слез, может превратиться в миому на физическом уровне.

Если в подсознании женщины присутствует угрожающий ей мужской образ, то она от него будет защищаться миомой.

Гормональные нарушения, что играют роль в образовании миомы, также имеют психологические факторы:

* бесплодием – та, что не может стать матерью, чувствует себя неполноценно, ей кажется, что все относятся к ней по-другому, она впадает в депрессию и перестает за собой следить;

* чувством вины, женщина винит себя в том, что она слишком холодна к мужу, недостаточно заботлива к детям;

* перегруженностью на работе – жизнь в стрессе, появляется злоба на себя, что не уделяет внимания семье, не работает по максимуму из-за семьи;

* нереализованностью внутренних резервов – женщина думает, что из-за определенных обстоятельств (работает не там, недостаток времени, живет не в той обстановке) она не может максимально показать свои способности и на работе, и дома (она живет в своем «мире», ее никто не понимает);

* разочарованием в семье – отношения с супругом, что базировались на любви, не сложились, в результате – злоба на себя и мужа;

* неудовлетворением в сексе;

* абортом и чувством вины перед ребенком, что не родился;

* обидой на взрослых детей – не были внимательными, не оправдали надежд;

* страхами – перед переменами в жизни;

* безостановочными перенапряжениями;

* готовностью контролировать все – после того, как события начинают развиваться не по плану женщины, наступает разочарование, а за ним стресс.

*********************************************************************************Я завершила полное обучение у Жильбера Рено  около тршести лет назад и  являюсь клиническим психологом со специализацией Recall Healing ( Исцеление воспоминанием)  ,  окончила полный курс  Биологики  у Роберто Барнаи и дополнила свое образование  обучением  в Школе Психосоматики PSY2.0, Все эти школы имеют одним из своих источников  ГНМ(Германскую Новую Медицину-GNM)Если Вы обращаетесь  ко мне   с проблемами здоровья, психосоматическими  проблемами  или повторяющимися ситуациями  в своей жизни , то практически всегда   я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета .  Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно

 Запись на консультацию

КТО-ТО ВНУТРИ МЕНЯ ВСЕГДА ХОЧЕТ ЖРАТЬ. ПРИЧИНЫ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО ПЕРЕЕДАНИЯ.

КТО-ТО ВНУТРИ МЕНЯ ВСЕГДА ХОЧЕТ ЖРАТЬ. ПРИЧИНЫ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО ПЕРЕЕДАНИЯ.

 Ирина Панина

Друзья, когда-то я писала серию статей на тему переедания, имея ввиду физиологические и психологические причины переедания. Импульсивное, компульсивное переедание и так далее.

Сейчас я буду говорить о причинах, лежащих в области нашего бессознательного. В области тени, если брать структуру личности по К.Г. Юнгу. В чем разница? Мне думается, в том, что «общеизвестные», классифицированные причины лишнего веса, как то «сохранение девственности», «желание не быть привлекательной для мужчин», «заедание проблем» и другие, относятся к области коллективного бессознательного, или объясняют ситуацию не полностью. Описывают симптомы, а глубинные причины оставляют за кадром. Может быть, поэтому, даже осознавая свой стиль переедания (скажем, компульсивный), избавиться от этой «вредной» привычки довольно сложно.

Общие «правила» снижения веса известны. Точнее, одно правило. Калорий нужно тратить больше, чем потреблять. Элементарно. Задачка как про две трубы в бассейне. Одно, и большое «НО». Каким трудом дается снижение объема и калорийности пищи! Одни только сидящие на диетах в курсе грызущих мук голода и ломки из-за изменения гормонального фона. Никакой стройности уже не надо, дайте пожрать и отвалите! Так ведь?

Столь же общеизвестно, что резкое уменьшение веса достигается за счет обезвоживания и растраты мышечной ткани. Но призрак точеной стройной фигурки так манит, что девушка думает, что удержать вес будет проще, чем его сбросить.  Вот, обрести бы стройность, а там хоть трава не расти!

Утрачивая мышцы, которые и занимаются сжиганием калорий, сбрасывать вес в дальнейшем станет ооочень трудно. Устранив «машину» по сжиганию жира, как вы потом его переработаете? Утрировано, получив «жир на костях», чем вы его «спалите»? И все же скорость исполнения побеждает. Она оправдана жгучим желанием избавиться от проблемы, и побыстрее.

Когда все возвращается в привычные рамки одежды больших размеров, девушки с завистью смотрят на стройных однолеток, сетуя, что макароны у них, наверное, ложатся вдоль в желудке, тогда как у бедняжки — поперек. И кость широкая. И гены.

Рассматривая «гены» не только в физиологическом плане закодированной в них информации, а имея ввиду, что информация эта может быть и психологической, можно сделать ряд открытий причин собственной полноты.

К.Г.Юнг говорит о предковом комплексе, подразумевая, что генетическая память рода присутствует в каждом из нас. Сейчас такие доказательства получают и генетики, которые только-только приблизились к порогу тайны генопита человека. Ведь большую часть тайны хранят «спящие», «молчащие» гены. Не факт, что они «заговорят» с нами лично. 

Однако, сошлюсь на Р.Баха: «Неужели ты думаешь, что кто-то, находящийся за пределами твоего тела, укажет, как тебе жить?»

Предпринимая сознательное погружение в область своего бессознательного, требуется известное мужество. Призом за это может стать понимание структуры предкового комплекса по поводу личных отношений с едой. Даже простое понимание и знание истории своего рода может пролить свет на причины полноты.

Довольно частой причиной называют желание остаться в полном теле, чтобы не провоцировать мужчин на знакомства, не «соблазнять» их. Лично мне эта причина кажется надуманной, поскольку эталоны красоты меняются, и девушки-Твигги стали популярными только сто лет назад. До этого в почете были пышные формы. Вспомним Рубенса с его пышнотелыми матронами, испанок, подкладывающих подушки под платье, чтоб выглядеть беременными, русские сарафаны, позволяющие телу заполнить весь объем пышной юбки, начинающейся от подмышек.

Красивыми считались как раз полные фигуры. Они воспринимались как свидетельство достатка и здоровья. Да и в наше время я знаю нескольких дородных хохотушек, которых не смущает их вес, они успешно замужем, и обладают такой элегантностью и уверенностью в себе, что им позавидуют вечно худеющие тетки. «Лучше на волнах качаться, чем о скалы биться», — вот их лозунг, разделяемый мужьями. Их полнота не раздражает. Они живут в гармонии с собой и миром. А что, если полнота вам «не к лицу»?

Возможно, вас вообще все раздражает. Вас бесят бесцеремонные люди, которые претендуют на ваше время, вашу заботу и так далее. Вы так устали, закружились, вы чувствуете себя дойной коровой или свиноматкой, которую все дергают за все соски. «Если тебя дергают, значит есть за что» , — сказала Корова словами одного юмориста. Только и отдушина, что вечерком попить чайку с конфеточкой…. и не заметить как схомячила пол-холодильника вприкуску.

Пора задуматься о собственных границах личности. Психологически держать не в силах, так тело вам поможет. Оно становится все больше, именно тело окружает вас непробиваемым щитом. Чем больше вас все «достают», тем шире талия. Защита. Вот, как тут сбросить вес? Он нужен! До тех пор, пока психологические границы не будут «на замке». Вначале стоит научиться говорить «нет» не конфетам, а тем, кто дергает и вторгается в вашу жизнь без вашего на то позволения.

Вот несколько зарисовок из личного бессознательного людей, которые отважились на это путешествие. Кто-то во сне, а кто-то наяву. Их опыт для кого то может быть полезен. Один такой опыт я описывала в статье «Жир. Взгляд изнутри.» В ней говорится о том, что в теле человека каждая обида «обрастала» жиром, будто консервируясь. И как только начинался процесс сжигания этого жира, обиды «распаковывались», и эмоциональный фон уходил в такой глубокий минус, что легче было оставлять все, как есть. А вот другие сюжеты, к вашему вниманию.

Девушке, сидящей на строгой диете, снились волки. С горящими глазами. Оскаленные и рычащие. Девушка не чувствовала никакой духовной связи с волками, она бежала. Но, не «с волками», как автор известной книги. Она была испугана до последней степени. Просыпалась от собственного крика.

Животные во снах обычно воплощают инстинктивную сферу личности. Стоит «послушать» то, что они «скажут» или дадут вам во сне. Однако, девушка все время убегала, с животным страхом. Ее сознательные выводы были такими: волчий голод. Она испытывает всегда волчий голод. И может думать только о еде даже во сне.

А наяву позднее, она припомнила, что ее пра-пра-пра… довольно старая родственница, которая умерла еще в ее детстве, рассказывала ей не сказку, а быль. Про голод. Про несколько периодов голода, которые она пережила. О том, как на санях из города в деревню, через лес, они везли «добро», чтоб обменять на еду. И как по зимнему лесу на обратной дороге за ними гнались волки. С горящими глазами. С клыками. Как было страшно.

Девушка вспомнила, как пра-пра-бабушка относилась к еде. С каким трепетом, полагая ее главным сокровищем, отвоеванным у волков. Вспомнила себя в студенчестве, когда «голодные студентки» без оглядки покупали тушь и помаду, отказывая себе в лакомствах, довольствуясь хлебом и вареньем. Отследила, что сейчас она так не поступает, наоборот, к еде появилось то «трепетное» чувство, совсем как….. ну, вы понимаете. С проблемой, выведенной на уровень понимания, работать проще. В разы. Согласны?

Еще один сюжет. Мужчина, «потерявший» корни. Вот как бывает, он не знает ни одной могилы рода. Все родственники или живы, а те, которых нет, могилы неизвестны. В своем погружении он видит отрывки ритуала. Выясняет в интернете, на что это похоже. Ему кажется, что он нашел ответ, поскольку в Индии и по сей день существует ритуал «кормления предков». Он собирается туда поехать. В феврале. Вес начал терять уже в январе.

Девушка ест много, впрок, и только когда ее никто не видит. Когда она одна. За праздничным столом не может есть, она говорит, что «кусок в горло не лезет, не хочется». И не испытывает мук голода. Развлекается, угощает гостей, а вот когда их провожает…. тут и начинается обжорство.

Когда муж дома или дети, она их кормит. Но с ними может только посидеть, а ест потом. Сама. Одна. Чтобы никто не видел. Здесь не было ни снов, ни погружения. Возможная причина, если искать ее в генетической памяти, может звучать банально. Культ еды наших предков, считающих прием пищи самым интимным делом. Никто не должен видеть, как человек ест. Особенно того, как есть вождь племени. Сакральное действо.

Переедание же девушки возможно оттого, что она точно не знает когда она окажется одна. Чаще одиночество наступает ночью, когда домочадцы спят. Поэтому и «отрывается» по полной по ночам. Что, конечно, вредно для организма.

Как видите, есть несколько путей к вашему бессознательному. Метод активного воображения не всем показан, да и моральная конфронтация с персонажами, бывает, часто упускается при погружении. Поэтому, совет для тех, кто хочет приблизиться к разгадке собственных отношений с едой, а также с телом, нарисовать их. Или вылепить. Ну, или «слушать» свои сны.

***************************************************************************

*********************************************************************************Я завершила полное обучение у Жильбера Рено  около тршести лет назад и  являюсь клиническим психологом со специализацией Recall Healing ( Исцеление воспоминанием)  ,  окончила полный курс  Биологики  у Роберто Барнаи и дополнила свое образование  обучением  в Школе Психосоматики PSY2.0, Все эти школы имеют одним из своих источников  ГНМ(Германскую Новую Медицину-GNM)Если Вы обращаетесь  ко мне   с проблемами здоровья, психосоматическими  проблемами  или повторяющимися ситуациями  в своей жизни , то практически всегда   я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета .  Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно

 Запись на консультацию

 

СОВРЕМЕННЫЙ ПОДХОД К ВЫЗДОРОВЛЕНИЮ ОТ СОЗАВИСИМОСТИ

СОВРЕМЕННЫЙ ПОДХОД К ВЫЗДОРОВЛЕНИЮ ОТ СОЗАВИСИМОСТИ

На изображении может находиться: растение, цветок, на улице и природа

Деревяга Юлия

Согласно устоявшейся медицинской модели лечения аддиктивного поведения (12-шаговые программы), созависимость — это болезнь, которая полностью не лечится, но поддается коррекции у тех, кто настроен на работу над собой и прилежно следует всем предписаниям.

Однако такая модель, по мнению Берри и Дженей Уайнхолд (1989), имеет тенденцию чрезмерно фокусироваться на заболевании. Участникам 12-шаговой программы транслируют, что они слабы перед своей зависимостью, безвольны в непреодолимом влечении к аддиктивному агенту. Несомненно, такая позиция помогает уменьшить чувство вины перед причиненной болью своей семье, близким, но в то же время она препятствует рассмотрению психологической сути пристрастия.
Современный эволюционный подход к выздоровлению от созависимости основан на мнении, что созависимость не является врожденной болезнью. Ее возникновение связано непосредственно с развитием и воспитанием в той среде, в которой находился ребенок. Подход Б., Дж. Уайнхолд основан на том, что нарушение можно исправить при помощи информирования клиента о причинах возникновения созависимости, психологической поддержки и определенных упражнений.

«Наш подход акцентирует внимание на том, что полное выздоровление возможно, а также на максимальном развитии личностного потенциала» (Б., Дж. Уайнхолд).
Процесс выздоровления от созависимости состоит из отдельных предопределенных шагов. Каждый клиент может проходить эти шаги в индивидуальном порядке, но освобождение от аддикции наиболее вероятно при проработке всех этапов:

1. Осознать созависимые модели. Препятствий к осознанию собственной созависимости огромное множество. Многие действия в нашей жизни совершаются без обдумывания причин того, что нас побудило реагировать определенным образом. Опыт прошлого накладывает свой отпечаток и мы можем просто не не знать, что может быть по-другому. Для многих созависимых характерно отрицание собственных чувств и потребностей, так как раньше такая стратегия помогала существовать в той агрессивной среде, в которой они были вынуждены находиться. Если бы в тот момент ребенок осознавал все свои чувства и поступки других, то он мог бы не выжить.

2. Понять причины проблемы. В научной среде по-разному смотрят на причины возникновения созависимости. Одни специалисты утверждают, что аддикция является результатом генетической предрасположенности. Другие говорят о том, что созависимость рождается в процессе взаимодействия с лицами, страдающими от алкогольной и наркотической зависимости. Современный подход заключается в том, что созависимое поведение эволюционно обусловлено и является приобретенной дисфункциональной моделью поведения. При этом аддикцию следует рассматривать как системную проблему, связанную с воспитанием ребенка в дисфункциональной среде.

3. Распутать созависимые взаимоотношения. Незавершенность ранних этапов развития порождает постоянное повторение модели ранних взаимоотношений, но уже во взрослом возрасте. Завершить «психологическое рождение» (переход от слияния с матерью к сепарации) — значит осознать свое нахождение в созависимости и понять, какие этапы развития были не пройдены.

4. Отказаться от своих проекций. Дистанцируясь с людьми, считая их поведение неправильным, глупым, человек развивает стиль жизни, основанный на проекциях. Созависимый стремится искажать действительность, чтобы внешняя картина мира совпала с внутренними убеждениями, делая его всегда правым в своих поступках. Отказаться от такой модели достаточно трудно, но, заручившись поддержкой родных, друзей, психотерапевта, группы — происходит постепенное ослабление позиций отрицания и человек начинает все больше видеть себя и других истинными.

5. Устранить ненависть к себе. Если человек убежден, что он рос в дисфункциональной среде и его попытка сепарации от матери или семьи оказалась неудачной, то вероятнее всего он придет к выводу о собственной несостоятельности, слабости. Подавление или отрицание негативных чувств наиболее вероятно приведет к тому, что они будут ощутимо сказываться на условиях и качестве жизни. На данном этапе происходит раскрытие, осознание и трансформация этих искаженных представлений о себе, основанных на иллюзиях, неправильном восприятии и продукте слабого постоянства объекта.

6. Устранить силовые игры и манипуляции. При слабости природной силы, приходящей после завершения психологического рождения, созависимый будет предпочитать получать желаемое через манипуляции, силовые игры. Треугольник Карпмана (спасатель, жертва, преследователь) — типичная модель взаимодействия с внешним миром. На данном этапе происходит нахождение других, более эффективных способов вступления в сотрудничество с людьми, при этом потребность манипулировать другими постепенно будет угасать.

7. Научиться просить о том, чего хочется. Прямо попросить о том, чего Вы желаете — наиболее быстрый и верный способ удовлетворения потребности. В обычной жизни человек пользуется другими формами сообщения о своих желаниях — через намеки, молчание, крики, угрозы и т.п., что не приводит к нужному результату, так как другие, к сожалению, не умеют читать Ваши мысли.

8. Заново научиться чувствовать. Для дисфункциональных семей характерно воспитание, диктующее как норму сокрытие собственных чувств и мыслей и том, что происходит в доме. Чаще всего скрывается такая эмоция как гнев, при этом созависимые находятся большую часть времени во власти именно этой эмоции. Перед тем, как выразить гнев человек стремится найти ему оправдание во внешней среде, которая его «спровоцировала». Виноватыми в такой семье обычно оказываются дети, которых ставят ответственными за все происходящие несчастья. Вырастая, человеку придется заново учиться выражать свои чувства, узнавать их в себе и восстанавливать.

9. Исцелить «внутреннего ребенка». Дети, выросшие в дисфункциональных семьях, привыкают к постоянному беспокойству о чувствах и действиях других, игнорируя свои собственные. Истинное «Я» подменяется ложным «Я», задачей которого ставится угождение другим. «Внутренний ребенок» переживал постоянную травматизацию в виде ложной «заботы» о нем через насмешки, постоянную критику, неуважительное отношение, игнорирование потребностей или наказания. В таких условиях ребенок научается скрывать свое истинное «Я» от внешнего мира и от себя самого. Процесс выздоровления от созависимости включает восстановление и воссоединение диссоциированных частей своего «Я», позволяя исцелиться «внутреннему ребенку».

10. Определить собственные психологические границы. В дисфункциональных семьях очень слабое и искаженное представление о личных границах каждого, которые включают мысли, чувства, поведение и тело. Вырастая, такие дети не имеют четкого представления о границах, поэтому не способны их отстоять и даже определить. Созависимым важно научиться осознавать и отстаивать личные границы, так как это является обязательным этапом отказа от созависимых моделей поведения.

11. Научиться близости. Созависимые желают близости, но так же сильно ее боятся. Они находятся во власти прошлого опыта и опасаются, что другие будут манипулировать, подавлять их и причинять зло. Разрушая созависимые установки человек начинает осознавать потребность в установлении взаимоотношений.

12. Изучить новые формы взаимоотношений. Люди, находящиеся долгое время под влиянием созависимых моделей, очень мало осведомлены или вообще не знают о многогранности и насыщенности жизни, которой им так не хватает. Чаще всего их знание ограничивается мыслью, что «реальная жизнь — это что-то более насыщенное, чем моя собственная». Вера в это помогает созависимым смело двинуться в сторону изменений и отношений взаимозависимости — стремления поддерживать друг друга при достаточной автономности каждого, что позволяет не только построить здоровые взаимоотношения, но и проявит лучшие качества каждого.

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

3 ошибки в отношениях с болезнью

3 ошибки в отношениях с болезнью

Наталья Филимошина

Тяжелая болезнь – это не грипп и не хронический насморк, это не мигрень и не кашель. Это то, что угрожает жизни человека — не лечится, тяжело лечится, или исцеление воспринимается, как чудо. Тяжелая болезнь пожирает личность и судьбу человека, многое уже не случится, еще больше станет не доступным.

Тяжелая болезнь способна разделить человека со многими людьми – близкими, родными и любимыми, с его «той, нормальной» жизнью. Она может многое отобрать и ничего не дать взамен – жизнь для человека может стать неудобной, привязанной к приему лекарств и процедур, может случится что человек все свободное время и оставшиеся силы посвятит добыванию денег на эти лекарства и процедуры.

Вся жизнь куда-то стремительно несется, у друзей и близких что-то происходит, а тяжелобольной человек – в мертвой точке. В этой точке страдание имеет бесконечную величину – нервные срывы, истерики, крики, ссоры и конфликты, конечно, это крик души о помощи. Потому что силы заканчиваются, а страдание только набирает обороты.

Именно в такой безвыходной ситуации и совершаются ошибки, которые становятся роковыми. И маленькая возможность, которая могла вывести на позитивную динамику – окончательно закрывается.

 

 Ошибка №1

 

Вступать в борьбу с диагнозом. Бесконечно ходить по врачам и сдавать анализы, искать того, кто скажет то, что хотите услышать именно вы. Вдоль и поперек рассказывать про врачебную ошибку или халатность.

 

Последствия – безвозвратно упущенное время, когда еще можно было что-то хорошее сделать для себя, когда процесс мог стать обратимым и вы реально смогли бы восстановить свое здоровье на 100%.

 

Что делать – сдать анализы в двух независимых лабораториях. Если не нравиться первый врач, пойдите ко второму. Дайте себе два варианта. А затем дайте себе время для лечения — 2-3 месяца – только после этого срока делайте промежуточный вывод.

 

Ошибка №2

 

Вступать в борьбу с болезнью. Бесконечно делать вид, что ничего не случилось, что все по – старому, по-прежнему. Игнорировать прописанный режим или диету. Носить маску «я крутой, я всех одолею», постоянно твердить «надо быть сильным».

 

Последствия – безвозвратно упущенное время и возможности для выстраивания отношения с фигурой Болезни, для поиска ответов – почему этот кризис случился в моей жизни, какую ценность несет для меня Болезнь, что необходимо перестроить внутри себя и своей жизни?

 

Что делать – выстраивать отношения с фигурой Болезни – методично, системно, через личную психотерапию, расстановки, арт-терапию. Строго придерживаться назначенного режима или диеты. Именно это может спасти жизнь, даже если вы об этом никогда не узнаете. Наши органы и организм в целом способны сами себя исцелять, если «чувствуют», что уровень стресса снижен, гормональный фон выравнивается и вы заботитесь о себе. Вы становитесь союзниками.

 

Ошибка №3

 

Вступать в борьбу с врачами. Бесконечно делать вид, что вы невинная жертва медицинского произвола. Все, что с вами происходит ужасная и несправедливая ошибка из-за глупых врачей. Или того хуже, игнорировать врачей, рекомендации и лечение.

 

Последствия – безвозвратно упущенное время и возможности для кардинального изменения ситуации, движение к смерти.

 

Что делать – выстраивать отношения с фигурой Болезни, с собой и врачами. Найти решение тому глубокому внутреннему конфликту, страхам и убеждениям, что поддерживают ваше движение к смерти. Или наоборот – выстраивать отношения со Смертью, открытые и уважительные.

 

*********************************************************************************Я завершила полное обучение у Жильбера Рено  около шести лет назад и  являюсь клиническим психологом со специализацией Recall Healing ( Исцеление воспоминанием)  ,  окончила полный курс  Биологики  у Роберто Барнаи и дополнила свое образование  обучением  в Школе Психосоматики PSY2.0, Все эти школы имеют одним из своих источников  ГНМ(Германскую Новую Медицину-GNM)Если Вы обращаетесь  ко мне   с проблемами здоровья, психосоматическими  проблемами  или повторяющимися ситуациями  в своей жизни , то практически всегда   я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета .  Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно

 Запись на консультацию

Ребенок не должен оставаться ребенком дольше положенного

Ребенок не должен оставаться ребенком дольше положенного

На изображении может находиться: 2 человека

В.И. Гарбузов. «Нервные дети»
Непреодоленная инфантильность может привести вашего сына к неврозу.

В классе с игрушкой

Казалось поначалу — прелесть, а не ребенок! Смелый, разговорчивый, уже в пять легко подходит к незнакомым, не стесняясь, спрашивает, что ему нужно. Его окорачивали, объясняли, что надо бы поосторожней, люди всякие бывают — а он кивал и продолжал по-своему…

Дальше — круче. В первом классе Сережа то внимательно слушал учительницу, то вдруг посреди урока доставал из портфеля игрушку и начинал с шумом возить ее по парте, гулял по классу, словно по песочнице во дворе. Домашние задания его совершенно не интересовали, и он в принципе не желал становиться школьником, выполнять самые простые родительские поручения, продолжая жить той же жизнью, которой жил и в три, и в пять лет.

Сережа был поздним и единственным. Вся его многочисленная семья не могла нарадоваться на младенца! Только и слышно было от родителей: «Пусть подольше побудет ребенком, успеет повзрослеть еще». Вот он ребенком оставался и оставался — не мог в семь лет завязать шнурки, еще в шесть крайне редко брал в руки ложку, требуя, чтоб его кормили, не знал слов «нельзя» и «надо», а знал только «хочу», во дворе не выпускал мамину руку. Если хотение не воплощалось в жизнь — так горько и умилительно плакал, что обезоруживал маму с папой «на раз». И время получения понятий о рамках дозволенного (а развивающийся человек, по мнению психофизиологов, все должен получать в строго определенные отрезки жизни!) оказалось непоправимо упущенным.

И в итоге много чего обещавший и в общем-то физически и умственно развитый парень — в четыре года он уже складывал пазлы о тридцати-сорока элементах! — и к первому классу остался четырехлетним, не получая от родителей особых стимулов к развитию. Не имея предпосылок для преодоления в себе младенчества, в шесть лет Сережа уже был инфантилен объективно, как если бы ему повредили мозг. Он не просто не хотел понимать, что можно, а что нельзя, — он не мог этого понять!

«Зайчик», «гуленька», «рыбка»

А вот еще одна ситуация, уже осложненная физическими причинами. Ребенок не только ведет себя несоответственно возрасту, но и выглядит в 5 лет, как 3-летний: невысок, мало весит, грациозен, миниатюрен, слаб и хрупок, часто болеет, плохо ест. Среди ровесников ведет себя как младший; вызывает умиление, желание его защитить, его и называют все «гуленькой» да «зайчиком». Он музыкальный, эмоциональный, тонко чувствующий.

Время идет, а маленький человек не готов к общению со сверстниками и крайне несамостоятелен. Он может немного пошалить, но чаще ведет себя тихо, не требователен и не капризен, ласков и послушен. Такой ребенок не изматывает родителей своими бесконечными требованиям того и сего, а, напротив, вызывает щемящую жалость, и тут уж родители с удвоенной силой начинают бояться за него. Ребенок приходит в садик, и воспитатели инстинктивно начинают оберегать его. То же самое и в школе — учительница водит такого ребенка за руку, не отпускает от себя, невольно начинает требовать с него меньше, чем с остальных. Все принимают его детскость, и даже в играх ему отводится роль маленького; сверстники защищают его, утешают, и ребенок с удовольствием принимает эту роль — она ведь удобна и приятна. Предъявлять особых требований к себе тут также нет нужды.

Учебе эти дети предпочитают развлечения, удовольствия и постоянную смену впечатлений. Им хочется больше видеть, слышать, узнавать, однако это накопление сведений о мире остается на уровне вопроса «что такое?» и не идет дальше. К серьезной, планомерной работе, глубокому анализу эти люди в будущем оказываются не готовы. Ведь для этого необходима воля, а какая уж тут воля, если у ребенка до 5-7 лет нет навыков преодоления трудностей. Воля заложена в темпераменте, но и эту его сторону, как и прочие, родители не развили. Из таких детей и вырастают мужчина-сын, женщина-дочь, опеку над которыми берут на себя их супруги.Когда детскость с годами все не уходит, родителям становится уже не до умиления — они берут детей в охапку и бегом к неврологу. Потому что, как утверждает известный психоневролог Вилен Гарбузов, задержка развития лобных долей головного мозга, отвечающих за формирование личности человека, может иметь не только физиологические причины, ее можно своему ребенку и «организовать»!

Особо сложными тут считаются случаи, когда неправильное воспитание совпадает с физиологией, но, скажем, тот же Сережа невротиком стал по воле своих родителей и проходил серьезное лечение. Он и говорил так, как, наверное, родители долго разговаривали с ним — невнятно, сюсюкая, пришепетывая, и речь его на приеме у врача мама вынуждена была тому переводить (!).

Не спешите в школу

Если говорить о способах преодоления ваших бед, то главным же в борьбе с инфантилизмом должно стать — сопутствующее возможным медицинским мерам — правильное воспитание.

1 Общение с инфантильным ребенком не должно строиться на насильственном внушении ему правил и запретов. Ребенок не может оторваться от игры — играйте во все, что встречается в его жизни: в «детский сад», в «больницу», «автобус», и пусть он в играх выступает положительным героем, кого-то спасающим или кем-то руководящим. В играх смейтесь вместе над безответственностью, эгоизмом, глупостью и т.д.

2 Давайте ребенку возможность общаться с ровесниками, побуждайте его к такому общению, учите его сотрудничать, прощать обиды. Разъясняйте последствия его ошибок, побуждайте одолевать трудности, помогая и радуясь вместе с ним его победам. Успех пробуждает веру в свои силы!

3 Обязательно установите для ребенка посильные ежедневные обязанности, которые он будет четко знать. И обязательно объясните, что последует за их невыполнением!

4 Поощряйте любое стремление ребенка к самостоятельности, принятию собственных решений, ответственному отношению к делу. Если речь идет о мальчиках — главную роль в этой работе должны играть отцы.

5 Будьте по возможности спокойны, старайтесь поменьше кричать на ребенка, угрожать ему, высмеивать его. Вы добьетесь обратного результата — для него важно вызвать любую вашу реакцию, он и дальше будет вести себя так, вызывая у вас хоть эти эмоциональные формы внимания.

6 Если вы вовремя заметили, что ребенок не готов к школе к семи годам, — не спешите туда. Пусть он войдет в класс в восемь, но уже сознательным школьником. А пока на легком материале втягивается в учебу, стремится к достижению результата.

И пожалуйста, дорогие родители, в требованиях к ребенку будьте единомысленны друг с другом, любой ценой идите на взаимные компромиссы: расхождения в требованиях к ребенку, предъявляемых школой и семьей или разными членами семьи, здесь просто фатально вредны!

Кстати
Не «крошки», а люди

…Их неосмотрительность, неосторожность — результат не умственного отставания, а наивности ребенка, который не представляет, что его можно обидеть. Они добры и не ожидают зла. Их манера вольного обращения со взрослыми не от грубости, а от радости жизни, от безоглядной живости, когда нет представления о том, что можно, а что нельзя. Они во всем следуют от себя, от своего восприятия жизни.

Их детскость подкупает взрослых и как-то сама собой подводит к воспитанию психически инфантильных по эгоцентрическому типу, к любованию непосредственностью «малышки», «крошки» до тех пор, пока реальность, необходимость их адаптации в детском саду или в школе не отрезвляет родителей. Таких детей занянчили в младенчестве и не заметили, на какой непростительно долгий срок затянулся этот период. Они знают, что такое будущее, но оно для них как бы не существует, они застряли в настоящем.

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации

Почему я не могу похудеть?

Почему я не могу похудеть?

lishnee-telo_2

Почему толстый человек ни за что не хочет худеть

Представьте себе, что доступ к реальному миру вам застилают километры сосисок, котлеток, пирожных, сыров и бутербродов, и вы прогрызаете ход, лаз наружу, надеясь освободиться. Но в какой-то момент сдаетесь и думаете, что, может быть, на самом деле мир можно различать через еду.

Еда многофункциональна: приносит утешение и радость, чувство праздника и чувство безопасности. Она — один из способов прокрастинации: развлекает, отвлекает, наполняет содержанием и в прямом и в переносном смысле. Содержанием безопасным, сосисочным, в которое не проникают сложные вопросы и внутренние конфликты. Помогает контролировать домашних. Служит средством выражения заботы, заменяет любовь.

А жир? Что жир… В нем можно увязнуть, захлебнуться, забыться, как в мягком облаке. Через него все видится как в тумане. Он убежище, защита. И в то же время он шифр, код к тому, что происходит с человеком. Психологи бы сказали: симптом. Он о чем-то говорит, и если внимательно послушать, можно различить трагичные истории, конкретные причины, по которым человек ни за что не хочет с ним расставаться.

История 1. О большом животе и семейной верности

Тортик — так зовет ее муж. Его вполне устраивают ее 120 килограммов. Если в глубине души он и мечтает, чтобы она похудела, то не признается в этом даже себе, так как обожает жену и решил раз и навсегда, что она красавица.

Она и была красавицей. Даже титулованной. В юности Лариса участвовала в каком-то региональном конкурсе красоты, у нее сохранились фотографии, где она в купальнике и короне. Поклонники, то да се. 50 килограммов, между прочим.

Ларка — так ее тогда звали — поступала в театральный. В итоге закончила филологический. Нормальная бурная молодость, нормальная несчастная любовь, аборт, попытка суицида, отдельная комната пополам с подружкой в столице. Бедность.

Да что там, муж ее спас. Оказался самым настоящим принцем: порядочный, добрый, обеспеченный, ре-бенка хотел — родила одного, второго. Детей обожает. Ее бы на руках носил в буквальном смысле. Если бы не 120 килограммов.

Тортик — уютная, домашняя, с ямочками и огромным животом. От нее пахнет печеньем и ванилью. Потому что она часто печет. Такая не может, скажем, влюбиться в друга семьи. Она сама и есть эта семья, мать семейства.

Другое дело, если бы было другое тело. Те самые легкие 50 килограммов, которые любым порывом шального ветра снесет и закрутит в страстях и несчастьях. «Эх, Лара, бедовая ты, наплачешься», — говорила ей мать. А друг семьи — он такой, как ей нравится: с умными глазами и слегка кривым ртом. Когда напивается, читает, раскачиваясь, Бродского. Четвертый раз разведен.

Что говорит психолог

— Похудеть для Ларисы — все равно что столкнуться с собой другой, той шальной и бедовой, о которой ей говорила мама. Расщепление между такими полярностями, как хозяйка домашнего очага и страстная женщина, слишком велико. В свою семейную жизнь она не смогла интегрировать свою страстную натуру, от которой бывали проблемы: слишком велика опасность потерять голову и мужа.

И еще. Это может привести к открытию, что она не очень-то и любит своего мужа. Ценит — да. Благодарна ему — да. Но скорее соглашается жить с ним, чем хочет. Это открытие может разрушить такую надежную, уютную и правильную жизнь, которую выстроила Лариса, привести к внутреннему конфликту, конфликту ценностному: сгореть от любви, разрушив попутно жизни своих близких, или все сберечь ценой отказа от свободолюбивой, рискованной, страстной части себя.

Очень важный аспект, который необходимо учитывать при работе с избыточным весом и перееданием, — это «вторичная выгода». По сути, это ответ на вопрос: «А зачем мне нужен лишний вес? Что я с этого получаю?» Вторичная выгода не лежит на поверхности и зачастую отвергается ее обладателем. Она удерживает от изменений, как в случае с Ларисой. Ее выгода в том, что она получает стабильный и крепкий брак, ощущение своей значимости.

Но однобоко видеть здесь только ожирение и то, как это влияет на семью. Опыт Ларисы обогащает ее, это происходит в течение многих лет. Она уже умеет быть верной и заботливой, она такая уже много лет, и ей это нравится. Но страх измены говорит о том, что она еще не присвоила себе роль верной жены. Когда происходит присвоение новой идентичности, это автоматически становится ресурсом, на который можно опираться, снова становясь страстной женщиной, способной флиртовать, но знающей границы дозволенного.

Что говорит жир

«Я та, которая может разрушить свою жизнь, влюбившись. Я не уверена, что смогу быть верной своему мужу, но я должна быть верной матерью семейства, даже такой ценой».

Проблема

Неинтегрированные полярности, вторичная выгода.

Социальный аспект

Выйти замуж — как перейти Рубикон. После начинается другая жизнь и другая личность. Непривлекательность жены — в отличие от девушки — вшита в нашу культуру. Замужняя женщина — это полная, несексуальная заботливая тетка — мамка, одним словом. Она уже отцвела. И приносит плоды.

Мужья в большинстве своем этому потворствуют — так проще поддерживать свою монополию на данную женщину, никто на нее уже не позарится. Не только кольцо на пальце — само раздобревшее тело указывает на ее семейную принадлежность. И у мужа, соответственно, по отношению к себе планка ниже, а спокойствия больше: все уже завоевано, однажды и навеки.

 

История 2. О страхе смерти и гамбургерах

Лена, студентка литинститута, любит стихи и не любит свое тело. Неудобное, хлопотное, его надо повсюду за собой таскать, содержать в чистоте. Оно хочет то жрать, то спать, то опаздывает. Болит периодически. Ограничивает в прямом смысле этого слова.

Некоторым с телом везет — оно у них спортивное и легкое от природы. Не то что у Лены: каждый пирожок сразу на талии. Да и вообще, при чем тут размер, если речь идет об образе героя и контексте эпохи? Не то чтобы ей не хотелось похудеть. Но думать специально, что есть, а чего не есть, в тот момент, когда речь идет о емких метафорах и лейтмотиве в последнем тексте, казалась ей кощунственным.

С другой стороны, еда всегда была той гаванью, в которой можно было укрыться и не чувствовать. Жевать — и не чувствовать. Лене всегда было жаль, когда еда заканчивалась. Это означало, что нужно возвращаться в реальный мир. Со всеми его ограничениями, с этим смертным неудобным телом. Размер одежды при этом менялся каждые два месяца.

Когда стрелка весов достигла отметки 85, Лена научилась смотреть на себя в зеркало только под определенным углом, не попадать по возможности в кадр, не замечать своих фотографий. И только в ванной никуда было не скрыться от собственных форм.

Парадокс: обладая распухшим, большим телом, она стремилась его не замечать. Игнорировать все его запросы, как будто его и не было вовсе, этого ненавистного расплывшегося контура из жировых и кожных покровов. Как будто можно жить отдельно от него, обходясь только силой мысли. Закормив себя до бесчувствия.

Что говорит психолог

— Отношения с телом бывают очень сложными. Это случается, когда оно доставляет больше неудобств, чем радости… Отношение к нему складывается из множества аспектов: возможностей и ограничений, идеальности и несовершенства, половой идентичности, принадлежности к чему-то (полу, роду, семье) и нежелания принадлежать к чему бы то ни было, сексуальности и, конечно же, скоротечности жизни и смерти как факта, подтверждающего эту скоротечность.

Переедание позволяет не чувствовать тревоги, отчаяния, страха перед жизнью, а значит, и смертью, заглушать эти чувства. Тело расплывается, и его начинают «избегать». А если тела нет, если им можно пренебречь, то и не умрешь. Парадокс в том, что своими большими размерами тело предательски напоминает о себе, просто кричит: «Я есть, я существую, заметь меня!»

Присвоение телесности — единственный путь решения этих затруднений.

Что говорит жир

«Даже если тело не так важно, ты не можешь его не замечать. Ты выше телесности? Я верну ее тебе. У бессмертных тел не бывает, лишний вес напомнит о смертности».

Проблема

Отчуждение своей телесности, страх смерти, тревога перед неопределенностью.

Социальный аспект

Интеллигенты часто делают акцент на внутреннем, а не на внешнем. Порой в гипертрофированном виде — в форме отрицания всего «земного и мещанского».

«Я выше этого» может означать: «Я небожитель, читаю Кафку, и ожирение меня не касается, потому что я — про смысл жизни, а не про объем бедер». Следить за собой, замечать свое тело считается чуть ли не постыдным: это удел «блондинок», а не умных людей.

 

История 3. О толстом сыне и любимой маме

Кресло на заказ — это подарок на день рождения. Леонид в какой-то момент перестал помещаться в обычное офисное, которое стояло у него перед компьютером. 220 килограммов не шутка.

У Лени никогда не было девушки, последний раз он влюблялся на первом курсе, но у его избранницы уже был парень. Жиртрест — так его звали во дворе. Он плохо бегал, задыхался, и никто не хотел быть с ним в одной команде на физкультуре. Со своим большим неуклюжим телом он везде оказывался не к месту. Не вписывался. Только дома с мамой и двумя котами чувствовал себя свободно. И со временем почти перестал выходить на улицу: работал через интернет, общался через фейсбук.

Пару раз — сто килограммов назад — Леня пытался устроиться на работу и снять квартиру. С мамой делалось плохо: сердце. Она беспомощно лежала на диване и просила «не думать о ней, потому что он должен жить своей жизнью, это закон природы». Леня ненавидел мать, себя и законы природы. Покупал ведро крылышек в «Ростиксе» и погружался в фейсбук.

Маме не нравились крылышки, 200 килограммов и то, что Леня сидит дома, вместо того чтобы стать успешным бизнесменом и ее гордостью. Она находила какие-то диеты, лепила котлеты из капусты, покупала отруби. Она так заботилась о его похудении, как будто худела сама. Но Леня пух на диетических котлетах и не понимал, на что сердится мама, ведь он делал все, как она хотела. Пока однажды не проснулся с четким решением все поменять.

Вес был слишком большой, и Леонид обратился в клинику к профессиональным психологам и диетологам. За 2 года сбросил 100 килограммов. И впервые в жизни полетел на самолете. Банально — поместился в кресло. Правда, до обычного размера довести свое тело пока не может: то наберет килограммов двадцать, то сбросит их. И маме то лучше, то она снова болеет.

Мама, к слову, о его новой системе питания знает все в мельчайших деталях и полностью обеспечивает ее соблюдение. Она по-прежнему выполняет свою главную материнскую функцию — кормления.

Что говорит психолог

— Созависимость стала одной из болезней нашего времени. У Леонида есть зависимость от еды. А точнее, от мамы, просто выражается она с помощью еды. А мама вовлечена в борьбу с этой зависимостью от еды, тем самым укрепляя зависимость сына от нее самой. Она так много делает для него, но трагедия в том, что ему это уже не нужно.

Он взрослый мужчина, который должен дистанцироваться от нее, чтобы начать самостоятельную жизнь. И необходимым условием здесь должна быть агрессия. Здоровая нормальная агрессия, не уничтожающая, а необходимая, чтобы оттолкнуться.

Мама же манипулирует сыном, вызывая у него то чувство вины, то благодарность, чтобы он и дальше оставался под ее влиянием, наполняя ее жизнь смыслом. Кто кормит, тот контролирует. Хотя разумом она понимает, что ему давно пора повзрослеть и жить своей жизнью.

Для Леонида это способ не брать на себя ответственность за собственное одиночество, не сталкиваться с тревогой по поводу возможного отвержения со стороны женщин. Он уже сделал шаг в направлении отделения от мамы — начал худеть. Но страх приблизиться к другим людям, прежде всего к женщинам, заставляет его снова набирать вес и укрываться возле мамы.

Интересно, что в ожирении как раз и скрыто послание к маме: «Я не подчинюсь тебе и не похудею». Если бы это было произнесено вслух, то изменения затронули бы эту семью. В нас одновременно живет стремление к стабильности (стагнации и сохранению того, что есть) и к развитию (изменению), именно этот механизм лежит в основе неврозов, связанных с ожирением. Очень хочется новой жизни — и так страшно потерять то, что есть. Нет уверенности, что, уйдя в другую жизнь, можно будет вернуться и мама примет, поймет и будет рада его начинаниям, а не станет осуждать.

Ресурс лежит на поверхности — это способность долго находиться в отношениях. Разных. И не сбегать при первой возможности. Это тот ресурс, который поможет Леониду построить отношения с женщиной.

Что говорит жир

«Я хочу уйти, повзрослеть и жить своей жизнью, но я боюсь тебя обидеть, а еще больше боюсь, что ты не примешь меня обратно, когда мне это будет нужно».

Проблема

Созависимые отношения с матерью, инфантильность, регресс, недостаточная социализация в подростковом возрасте.

Социальный аспект

Мы не знаем, что делать с нашими детьми. Они слишком сильно от нас отличаются, мы слишком заняты, мир меняется слишком быстро. Раньше одной из форм общения было обучение (в том числе профессиональное): отец кузнец — сын подмастерье, мать рукодельница — дочь делает первые стежки. Но в современном мире подросток бывает более компетентен в техническом и профессиональном смысле, чем его «отсталый» родитель.

Что делать? Как проявить заботу? Как поддержать и сохранить авторитет, остаться матерью (отцом)? Самое очевидное и вечное — накормить.

Второй аспект: наши родители растили нас в условиях дефицита, а в пору своего детства и вовсе испытали настоящий голод. Поэтому накормить — даже когда еда сверхдоступна — это еще и защитить и спасти. Интересно, что даже в самых интеллигентных и продвинутых семьях пообщаться с ребенком — это в том числе сходить с ним в «Макдоналдс».

 

История 4. О семейном счастье и кулинарной книге

Валентина была женщиной серьезной и монументальной. За ней, как за каменной стеной, жил ее муж Коля. Хотя он и сам был не из щуплых, казалось, она вполне могла приподнять его за шкирку одной рукой и отправить спать. Что время от времени и случалось, когда он неумеренно выпивал (работники горводоканала частенько неумеренно выпивают: работа грязная, холодная, мокрая).

Валя такой крупной, фактически квадратной, была всегда, и женихи обходили ее стороной. Бабушки вздыхали: девка видная, квартира своя, хозяйка, а пропадает зря. Тут Коля и пригрелся. В гостях познакомились. Валентина разошлась от вина и положила ему, малознакомому мужчине, на тарелку кусок своей недоеденной курицы. Он безропотно доел. Тут она его и полюбила.

Вернувшись домой — она после длинного дня, заполненного таблицами и отчетами, он из канализационного люка, — супруги вместе отправлялись в супермаркет и с упоением покупали продукты. Продуктовая тележка была их настоящим местом встречи: соус чили и кусок свинины, майонез и зеленый горошек, слоеное тесто и копченая колбаса, пельмени и домашний фарш, эклеры и мороженое на десерт. «Дорогая, не забудь бутылку вина. И мне что-нибудь покрепче!»

У гастрономического свидания, как и у обычного, есть несколько стадий, супермаркет только увертюра. Дома — совместное приготовление ужина, и наконец кульминация — сам ужин. По накалу как бурный секс. Правда, на ужин, как и на его приготовление, часто приглашались гости. Но они всегда были только зрителями.

Валя все больше расширялась, за ней подтягивался Коля. Детей у них не было, собак и кошек они не любили, индивидуальных увлечений и общих тем не прослеживалось. Собственно, и гости на ежедневных трапезах нужны были для «вербального сопровождения», так как общие темы у супругов заканчивались через четыре фразы.

Что говорит психолог

— Еда многофункциональна. В данном случае проявляется ее социализирующая функция, точнее, объединяющая. Совместная еда — тот клей, который удерживает эту пару. Чаще у людей, которым не о чем поговорить, у которых нет общих интересов, эту функцию выполняет секс или общий ребенок. Но ребенок вырастает, и выясняется, что супруги — чужие друг другу люди.

Похоже, совместное приготовление и потребление еды для этой пары и символ, и содержание семейной жизни, поэтому любые попытки пересмотреть отношение к еде, чтобы похудеть, могут привести к кризису в их отношениях. К тому же Валентина, судя по всему, играет роль главной в этом гастрономическом союзе, то есть она, по сути, кормящая мать.

Страх одиночества и страх осознать, что рядом живет чужой человек… В этом и есть некоторая трагичность этого союза. Мы знаем, что каждому человеку нужен рядом кто-то близкий, но забываем, что настоящая близость с настоящим предъявлением себя и принятием другого — это труд и риск. Ведь могут не принять, могут отвергнуть или осудить.

Ресурс у этой семьи есть — достаточно пофантазировать, что бы они еще могли делать вместе с таким же упоением, как готовят еду, о чем бы могли говорить с таким же наслаждением. Пока еда — единственная безопасная форма предъявления себя, но они совершенно точно умеют это делать.

Что говорит жир

«Мы вместе, пока мы вместе едим».

Проблема

Страх близости и предъявления себя.

Социальный аспект

Большинство граждан при нормальном «продовольственном обеспечении», оказывается, не удовлетворены жизнью. Нелюбимая работа «за зарплату», не оставляющая времени и сил на то, чтобы развиваться, заниматься любимым делом. Низкая социальная активность. Неразвитое общение — даже на уровне соседей. Ничем не заполненная жизнь как у мужа, так и у жены. Обмениваться нечем.

Еда же как традиционное, социально одобряемое действие становится символом семейной жизни и фокусом общения. Внешнее благополучие — и свинину можно купить, и креветки — обнаруживает внутреннюю пустоту, которая заполнятся таким примитивным образом. Но формула «все сыты, а значит, довольны» не работает, потому что удовлетворение разных потребностей заменяется одной — универсальной.

 

История 5. О пищевых загулах и покаянных постах

В шкафу у Марины вещи от 54-го до 42-го размера. Это ее диапазон: несколько недель в году она бывает 42-го размера, но потом вес неуклонно начинает расти, и когда ненависть к себе и размер достигают предела, снова садится на диету. Она знает все диеты, вкалывала иглу, голодала, «чистилась» в санатории и снова сидела на диете.

Выбор диеты как принятие новой веры. Привычки, режим, убеждения — все меняется, и часто радикально. Марина становится адептом то Поля Брега, то Дюкана, безоглядно верит в автора очередного метода, читает на ночь его книги, как Евангелие, все остальные методы объявляет ересью.

В некоторых методах она потом разочаровывается, некоторые теряют свою эффективность от многократного использования. Дома под запретом то белки, то углеводы. Ну и, понятное дело, жиры. Марина сутками может обсуждать способы очистки кишечника и радикальные ванны для похудения, после которых можно потерять сразу полтора килограмма.

Первый раз на диету она села в 15 лет. И с тех пор уже 30 лет борется с лишним весом. Для нее самое сладкое в диете — это ее окончание. Достигнув 42-го размера, она закатывает пиры, словно торопится съесть как можно больше до того, как ее снова настигнет лишний вес. Так алкоголик, которому на год вшили капсулу, ждет, когда закончится ее действие и можно будет «развязать».

Семья Марины измучена ее борьбой, дети едят быстро и испуганно, муж ловит себя на том, что невольно считает калории в пиве. Они хотели бы с ней погулять. Но она где-то прочла, что вечерние прогулки приводят к отекам, и поэтому гулять с ними не может.

Что говорит психолог

— Борьба с лишним весом — тот образ жизни, который позволяет Марине не жить настоящей жизнью, не сталкиваться со своими настоящими чувствами, не обнаруживать пустоту. Ее жизнь устроена как жизнь запойного алкоголика — от срыва до срыва. Она не в контакте ни со своими собственными желаниями, ни с близкими.

Если диагностировать тип пищевого поведения, это периоды строгой диеты и резкий выход с приступами переедания. А самое главное — это замкнутый круг, который создает иллюзию похудения и важного дела. Секрет постоянно худеющих женщин в том, что процесс для них цель, а это провальная стратегия. Процесс снижения веса только тогда будет конечным, когда желанная стройность рассматривается как средство для достижения чего-то большего.

Есть еще один важный аспект — чувство вины, стыда. Чтобы их не переживать, можно наказать себя строгой диетой или спортом. Иллюзия: съел — отработал.

Еще один вопрос: как образ жизни Марины встраивается в ее систему отношений с мужем и детьми? Демонстрация своей недоступности и отдельности от них создает ощущение большой дистанции. И здесь снова встает вопрос о близости и способности устанавливать близкие отношения. Для Марины это угроза ее границам и личности. Возможно, «страх поглощения» удерживает ее от того, чтобы быть с ними вместе.

Надо заметить, что Марина помимо самобичеваний точно стремится получать удовольствие, она это делает, когда позволяет себе объедаться. Но можно ведь разнообразить способы получения удовольствия. Желательно вместе с семьей.

Что говорит жир

«Я занята очень важным делом… Вы можете быть рядом, но не близко».

Проблема

Пищевая зависимость, обсессивно-компульсивное поведение, страх близости.

Социальный аспект

Оставаться молодой и красивой — тренд современного общества. Худеть — модный способ жизни, самоидентификация через принадлежность к элитной группе (что объединяет Дженнифер Лопес и Клаву из Бибирева? И та и другая худеют по Дюкану). Активная деятельность, заменяющая смысл жизни. Борьба — победа — поражение. По кругу. Социально одобряемый тип активной женщины, которая следит за собой и периодически удивляет окружающих результатами.

Наличие социальной группы единомышленников — худеющих легион, и с ними автоматически находится общая тема. Комьюнити, правила жизни худеющих,  форумы и сетевой дневник… Вечно худеющий человек отлично встраивается и в социальные, и в коммерческие схемы: он носитель идеологии стройности и потребитель бесконечных услуг и товаров, связанных с похудением.

Если Вы хотите  похудеть , то очень  полезно не только уделять внимание физическим упражнениям и правильному питанию, но и разобраться в психологических причинах лишнего веса, ведь только исцелив их ваше тело   перестанет сопротивляться вашим усилиям сделать его стройным.

  Запись на консультацию

Жизнь Замечательных Людей

Жизнь Замечательных Людей 

Егор Миронов
Сегодня – не о конкретном человеке, а об одном и том же типе ситуаций – про «рак мозга». В предыдущем посте – описание принципов происходящего (теория), в этом –  (гипотетическая) практика. Всякие совпадения с реальностью прошу считать случайностью.
.
Гипотетическая ситуация 1
.
Живёт в одном крупном российском городе молодая женщина. Ну, пусть будет по профессии певица, хотя не принципиально абсолютно. Симпатична, умна, в профессии состоявшаяся, средства к существованию самостоятельно зарабатывающая. Всё бы хорошо, да вот одного нет – семьи и детей. Толпы людей вокруг есть, а семьи – нет. Женщина – абсолютно нормальная, и абсолютно нормально и её желание иметь любимого и любящего мужчину рядом, детей и дом, счастьем наполненный…
.
Но вот постоянно попадаются ей особи мужского пола, которые только обещают, но не женятся. Приезжают, но … не остаются. Да и работа у неё такая, что постоянно гастроли, выступления – не до личной жизни большую часть времени.
.
А тело… а телу всё равно до денег, карьеры, сцен и софитов. Тело хочет детей и любви. А если телу долго отказывать в чём-то, то оно… забывает как это — исполнять конкретное желание. Годы идут, мужчины сменяют друг друга, а того, что тело хочет на биологическом уровне – всё нет и нет…
.
И вот – появляется «на сцене» принц. Нет, Настоящий Принц. И детей Принц с этой женщиной тоже хочет (по крайней мере  — говорит про это, хотя официально замуж не зовёт). И всё вроде хорошо, а тело «забыло» как это всё по нормальному должно быть. Приходится делать ЭКО.  И не один раз делают – несколько… да всё безуспешно. А время идёт, внутри головы «часики тикают», ведь к сорока годам уже дело идёт…
.
И вдруг – неожиданно-радостное известие: «я беременна!». Чудо ли, ЭКО ли так сработало – не суть, важен факт. Всю беременность одновременно с радостью внутри «скребётся» сомнение – «а выношу ли, а рожу ли?..»  Родила! Ребёнок – золотой, долгожданный. А всё равно первое время (ну, скажем, первые пару лет) внутри «скребётся» нечто – «а смогу ли стать хорошей матерью, ведь это в первый раз?..» Смогла, убедилась, всё получается! И, когда все сомнения уже ушли, наступает полное разрешение конфликта или сразу нескольких конфликтов (например, конфликта самообесценивания для вопроса «а смогу ли я?»,  (женского) конфликта сексуальной фрустрации для вопроса «почему у меня нет нормального мужчины?» и т.д. и т.п.).
.

.
Но при этом Принц уже вроде как и не Принц… Вроде «технически» всё в порядке — живёт вместе, заботится о семье, помогает… во только прикасаться перестал, в глаза не смотрит, уезжает всё чаще один… конфликт брошенности во всей своей красе…
И стали появляться головные боли, всё сильнее и сильнее – и пошла женщина к врачам. Ну и нашли – «рак мозга»…
.
.
Иногда конфликт разрешается сразу после родов, если страх женщины остаться без детей —  основной. И даже если самый лучший в мире Принц находится рядом и реально любит – весь предыдущий период жизни нахождения в активном конфликте (поиск Принца, многочисленные ошибки и «проходимцы», сильный страх никогда не иметь детей и много чего ещё) может накопить такую силу, что разрешение этого конфликта при рождении ребёнка сразу загоняет женщину в очень сильную по проявлениям фазу восстановления. А уж официальные «диагносты» и «пугатели» сделают свою работу, ведь их так научили…
.
.Гипотетическая ситуация 2
.
Для разнообразия — теперь пусть будет мужчина, и город пусть будет хоть и крупный (тоже столица), но не российский, а туманами укрытый. Профессию уж оставим, пусть тоже певец будет, хотя тоже не принципиально абсолютно. Харизматичен, умён, в профессии состоявшийся, средства к существованию самостоятельно зарабатывающий. Всё бы хорошо, да вот вдруг – нарушение координации движений, головокружения, проблемы с речью… Пошёл сдаваться в клинику – получил такой же диагноз: «у вас рак мозга, добро пожаловать на облучение и химиотерапию». И опять «пугатели» делают свою работу: «ваша тётя 20 лет назад умерла от рака, поэтому вы в группе риска!».
.

.
Внезапные нарушения координации — признаки разрешённого двигательного конфликта либо конфликта для внутреннего уха (головокружения)- конфликт падения (в любых его интерпретациях).  В этом случае история (пока) – с открытым концом, даже в гипотетических ситуациях нужно надеяться на хороший исход.

*****
.
Все дети, читая сказки, искренне хотят, чтобы Главный Герой – победил. Не детям (т.е. взрослым) в трудной ситуации говорят: «Борись! Ты сильный!» Но бороться с чем-то опасным нужно в реальной ситуации. Когда ситуацию хотят показать опасной (не важно, с какой целью) – Умный Главный Герой может ответить на это: «Я умный. Я даже не возьмусь.»
.
Борьба с придуманными чудовищами тратит вполне реальные человеческие силы. А они не безграничны. Избавьте себя от ненужной борьбы.

********************************************************************************
.

Если Вы обращаетесь  ко мне   с проблемами здоровья, психосоматическими  проблемами  или повторяющимися ситуациями  в своей жизни , то практически всегда   я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета РЕНО.  Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно

 Запись на консультацию

Почему панические атаки не приводят к сумасшествию.

Почему панические атаки не приводят к сумасшествию.

Ермаков А.А.

Наиболее распространенные страхи переживаемые во время панических атак — это страх смерти, страх утраты самоконтроля и страх сумасшествия. Пациенты часто уверены, что у них в организме или психике происходит какая-либо катастрофа: инфаркт миокарда, инсульт, шизофрения. В действительности содержание мыслей во время панической атаки строго субъективно и подчиняется законам эмоциональной логики, т.е. склонность к катастрофизации. Этим кстати и объясняется то что между паническими атаками пациент полностью разумно рассуждает, понимает, что от панических атак никто не умер и не сошел с ума, что паническая атака — это подобие тренировки для организма, но во время тревожного приступа все эти защищающие утверждения куда-то улетучиваются.

Так почему же от панических атак не сходят с ума? Для того чтобы понять это для начала нужно объяснить, что же такое панические атаки. Клинически паническая атака (ПА) проявляется следующими симптомами (не менее 4-х):

1. Тахикардия.

2. Потливость.

3. Дрожание или сотрясания тела.

4. Ощущение нехватки воздуха.

5. Удушье.

6. Боль или дискомфорт за грудиной.

7. Тошнота или желудочный дискомфорт.

8. Головокружение, неустойчивость или слабость.

9. Дереализация (ощущение нереальности окружающего мира и происходящего) или деперсонализация (ощущение отчуждения собственного тела или непохожести собственных ощущений).

10. Жар или озноб.

11. Парестезии (ощущение покалывания, онемения или «ползания мурашек»).

12. Страх умереть.

13. Страх потерять над собой контроль или сойти с ума.

Приступы могут повторяться, быть непредсказуемы и не ограничиваться какой- либо определенной ситуацией (в отличие от например: от социофобии — приступы в социальных ситуациях, или от агорафобии — приступы в ситуациях в которых сложно получить помощь или выбраться из них). Паническая атака редко может продолжаться более 30 минут. Средняя продолжительность 5-10 минут. Вторично формируется избегание какой-либо ситуации, в которой паническая атака возникла впервые, например: остаться одному, людных мест, повторения панических атак — так называемая тревога предвосхищения атаки.

Важно упомянуть, что паническое расстройство возникает при обстоятельствах, не связанных с объективной угрозой, т.е. ПА обусловлена внутрипсихическим (интрасубъективным) бессознательным конфликтом. Из каких звеньев состоит этот конфликт?
Паническая атака является классическим проявлением тревожного невроза. Личность человека, предрасположенного к паническому расстройству характеризуется интегрированным, но ригидным (закостенелые, негибкие установки и правила) Супер-Эго, инструментом которого является генерализованное чувство вины. В результате в ответ на неприемлемые потребности в зависимости и любви, а также на появляющиеся гнев и враждебность к окружающим, включается бессознательная тревога, трансформирующаяся в сомато-вегетативный симптом — паническую атаку.

Таким образом ПА является не сигналом о надвигающейся смерти или сумасшествии, а результатом самонаказания за неприемлемый (аморальный — с позиций детской морали самонаказывающего контролёра Супер-Эго) импульс. На рисунке показан механизм формирования ПА:

Почему панические атаки не приводят к сумасшествию

Оtto Kernberg (1975) выделил 3 структурных организации личности: невротическую, пограничную и психотическую. Панические атаки — это прерогатива невротического характера, при котором развитие психоза, например: шизофрении или паранойи не возможно.

Чем отличается невротическая личность от психотической?

Для невротической организации личности характерен «спаянный» Сэлф — четкая граница между Я- и представлениями о других (между своими мыслями и чувствами и фантациями о других). Целостная идентичность, при которой противоречивые образы Я и других интегрированы в целостную картину. Что не допускает потери связи с реальностью, даже при значимых стрессах. Кроме того на страже границ Сэлфа — сильное Эго с продуктивными, более зрелыми психологическими защитами: рационализация, вытеснение, реактивное образование, изоляция, уничтожение, интеллектуализация. Способность к тестированию реальности — способность различать Я и не Я, внутрипсихическое и факторы внешней среды сохранена.

Так почему же психотическая личность уязвима перед развитием шизофрении?

1. Для психотической организации личности (при которой развитие психоза возможно и подчиняется концепции стресс-диатеза, т.е. повышенная «ранимость» к стрессам) характерна неоднозначная, но всё же наследственная предрасположенность.

2. Психотическая личность характеризуется слабостью Эго, которое не справляется с тревогой, не контролирует импульсы и обладает лишь примитивными психологическими защитами, не способно к сублимации.

3. При психотической организации личности страдает тестирование реальности. Его можно определить как способность различать Я и не-Я, отличать внутрипсихическое от внешнего источника восприятия и стимуляции, а также как способность оценивать свои аффекты, поведение и мысли с точки зрения социальных норм обычного человека. При клиническом исследовании о способности тестировать реальность нам говорят следующие признаки: (1) отсутствие галлюцинаций и бреда; (2) отсутствие явно неадекватных или причудливых форм аффектов, мышления и поведения; (3) если окружающие замечают неадекватность или странность аффектов, мышления и поведения пациента с точки зрения социальных норм обычного человека, пациент способен испытывать эмпатию к переживаниям других и участвовать в их прояснении. Тестирование реальности надо отличать от искажений субъективного восприятия реальности, которое может появиться у любого пациента во время психологических трудностей, а также от искажения отношения к реальности, которое встречается всегда как при расстройствах характера, так и при более регрессивных психотических состояниях.

4. Кроме того при психотической организации личности характерна «диффузная идентичность» (самовосприятие и самопонимание). Клинически «диффузная идентичность» представлена плохой интеграцией между представлениями о Я (self) и значимых других. Постоянное чувство пустоты, противоречия в восприятии самого себя, непоследовательность поведения, которую невозможно интегрировать эмоционально осмысленным образом, и бледное, плоское, скудное восприятие других – все это проявления диффузной идентичности. Психотическая структурная организация, предполагает регрессивный отказ от границы между Я и другими или нечеткость этой границы. В психической организации пограничной личности существует достаточно четкий барьер между Я и другим.

При психотической организации личности могут быть приступы аннигиляционной (витальной) тревоги, но в отличие от панических атак они характеризуются своеобразием и стадийностью:

1-я стадия психоза — бредовое настроение. Когда человек растерян и тревожен.

2-я стадия — бредовое восприятие, когда изменяется осознание и восприятие окружающего, всё происходящее осознается имеющим какое-либо отношение к больному.

3-я стадия — особого значения. Всё воспринимается больным в соответствии с каким-то особым смыслом и значениями предметов и явлений.

Наблюдаемые у пограничных пациентов симптомы похожи на симптомы обычных неврозов или патологии характера, но сочетание некоторых черт характерно именно для случаев пограничной патологии. Особенно важны следующие симптомы:

1. Тревога. Пограничным пациентам свойственна хроническая, все пропитывающая, “свободно плавающая” тревога.

2. Полисимптоматический невроз. У многих пациентов встречается тот или иной набор невротических симптомов, но тут имеется в виду только те случаи, когда у пациента присутствует сочетание не менее двух из перечисленных ниже признаков:

а. Множественные фобии, особенно такие, которые значительно ограничивают активность пациента в повседневной жизни.

б. Симптомы навязчивости, которые вторично стали Эго-синтонными (приемлемыми для Я) и приобрели качество “сверхценных” мыслей и действий.

в. Множественные сложные или причудливые конверсионные симптомы, особенно хронические.

г. Реакции диссоциации, особенно истерические сумеречные состояния и фуги, а также амнезия, сопровождаемая нарушениями сознания.

д. Ипохондрии.

е. Параноидные и ипохондрические тенденции в сочетании с любыми другими симптоматическими неврозами (типичное сочетание, заставляющее думать о диагнозе пограничной организации личности).

3. Полиморфные перверсные сексуальные тенденции. Здесь имеются в виду пациенты с выраженными сексуальными отклонениями, при которых сосуществуют несколько разных перверсных наклонностей. Чем хаотичней и множественней перверсные фантазии и действия пациента и чем нестабильнее объектные отношения, развивающиеся вокруг такой сексуальности, тем больше оснований заподозрить пограничную организацию личности.

4. “Классическая” препсихотическая структура личности, включающая в себя следующие черты:

а. Параноидная личность (параноидные черты проявляются в такой степени, что выступают на первое место в описательном диагнозе).

б. Шизоидная личность.

в. Гипоманиакальная личность и циклотимическая организация личности с выраженными гипоманиакальными тенденциями.

5. Импульсивный невроз и зависимости. Под этим подразумеваются такие формы тяжелой патологии характера, которые в поведении проявляются “прорывом импульса” к удовлетворению инстинктивных нужд, причем такие импульсивные эпизоды Эго-дистонны (чужды для Я) при воспоминании о них, но Эго-синтонны (приемлемы для Я) и приносят большое удовольствие в самый момент их исполнения. Алкоголизм и наркомания, некоторые формы психогенного ожирения или клептомания являются тому типичными примерами.

6. Нарушения характера “низшего уровня”. Сюда можно включить некоторые формы тяжелой патологии характера, типичными примерами которых являются хаотичный и импульсивный характеры.

Используемая литература:

Kernberg O. F. Borderline conditions and pathological narcissism. – New York: Jason Aronson. – 1975. – P. 125-164.

****************************************************************************

  Запись на индивидуальные сессии

Ой, а виновата ли я?..

Ой, а виновата ли я?..

Егор Миронов

Всячески избегайте приписывать себе статус жертвы… Каким бы отвратительным ни было ваше положение, старайтесь не винить в этом внешние силы: историю, государство, начальство, расу, родителей, фазу луны, детство, несвоевременную высадку на горшок и т.д. В момент, когда вы возлагаете вину на что-то, вы подрываете собственную решимость что-нибудь изменить.   (И.Бродский)

В общественном сознании сложились несколько теорий о «раковой личности», т.е. о комплексе каких-либо психологических черт, генетических параметров и т.п., которые делают своего «носителя» более склонным к возникновению тех или иных (опухолевых) заболеваний. Оставим в стороне генетику и чистую физиологию (про это уже были посты в этом журнале), посмотрим только на психологическую составляющую данного «портрЭта».
.
Поводом к написанию этого поста послужил увиденный в Одном Онкосообществе (с) пост и комментарии к нему как раз на эту тему. Если кратко, то выводом автора и большинства комментариев было то, что нет влияния психики на тело, что болячки возникают сами по себе (гены, карма, ветром надуло…), а сам человек – ни при чём.
.
Человек не хочет быть жертвой, это нормально. Но ещё больший страх вызывает возможность быть виноватой жертвой. Единственным способом снять с себя вину за что-либо, происходящее в моём теле, является «отключиться» от своего тела, отодвинуть свою личность, своё сознание от всей этой биохимии и физиологии, спрятаться «в домике», в котором стены выстроены из мыслей, а не из чувств. И если кто-то пытается пусть не указать, а просто показать вариант посмотреть на человека как на единое_нечто, то включается один из механизмов защиты – агрессия.
.
Итак, цитаты из того поста под названием «Роль личности в онкологии»:

(…) Среди претендентов на черты [«раковой личности»] назывались: депрессия, подавление эмоций, хроническая тревожность, эмоциональная нестабильность, недоверчивость к своим чувствам или эмоциональная холодность,  интроверсия/экстраверсия, враждебность, сдерживание/несдерживание гнева, психотизм (склонность к психозам), «циничная недоверчивость», честность/нечестность, уступчивость, умение справляться с трудностями, добросовестность (совестливость), открытость новому опыту (интеллект), пассивность, скромность и т.д.

Черты «раковой личности» описывались либо в негативном ключе, либо как положительные, но с оговорками («слишком скромный»). Взгляд со стороны общества на онкологического пациента как на виновника собственной болезни усугубляет его и без того нелёгкое психологическое состояние. (…)
.
В первых же строчках – «автобиографическое» определение – «виновник собственной болезни», от которого человек с онко (или любым другим сравнительно тяжёлым) диагнозом будет прятаться, убегать или открещиваться со всех сил. Ибо вина – давит, а это больно. Поэтому и  мерещатся  все эти определения вокруг — во взглядах, высказанных и невысказанных словах других людей, в собственных мыслях…  Разумеется, человек в таком случае находится именно что в «нелёгком психологическом состоянии», иначе и быть не может, ведь мы видим снаружи только то, что есть в нас. Если мы «видим», что другие нас обвиняют, то внутри нас уже есть вина, именно за неё и «цепляются» наши мысли при оценке и интерпретации того, что мы видим в других или вокруг себя.
.
Но вот какой парадокс – чувства вины нет. Чувства живут в теле, но если вы попытаетесь определить, где же в теле живёт «чувство вины» — вы его там не найдёте. Оно может «обнаружиться» только… в голове. В мыслях.  «Виноват» — это мысль, интерпретация, идея, в которую человек верит, и она становится его реальностью. Т.е. как такого «чувства вины» не существует. Есть идея о том, что «я виноват». И когда вы  входите в ситуацию, где испытываете «чувство вины», и начинаете внимательно наблюдать за своими реакциями, то обнаруживаете страх и все сопутствующие ему ощущения. И не «чувство вины» всплывает снова и снова, а страх. И, кстати, техниками прощения от него не освободиться, поэтому техника «возлюби болезнь свою и прости себя» — страх никак не уберёт.
.
Однако, как только уходит страх, вместе с ним уходит и это придуманное «чувство вины», прекращается внутренняя война, и легко и тихо уходит сама болезнь. Показательны комментарии к тому посту, вот некоторые из них (на итоговый вывод, что, мол, «роль личности в онкологии сильно преувеличена» и что нет никакой связи психики и тела:(…) — Слава богу есть бумага, надо распечатать и под нос совать некоторым идиотам. 
—  Достали уже все эти верящие в психологическую природу рака. 
— Наконец-то! Так хотелось послать по определенному адресу всех, несущих сию чушь.
— Когда я начиталась бреда в книжках, я тоже пыталась проанализировать и попытаться изменить(ся), но как можно изменить взрослого человека? потом я просто себя отпустила и быть собой — это самое правильное и комфортное состояние!  (…)
.
Не надо быть психологом, чтобы увидеть, что за этими словами скрывается страх. За агрессией всегда скрывается страх. Только в данном случае агрессия – это «броня», которая закрывает человека от возможности посмотреть на ситуацию по-другому («… но как можно изменить взрослого человека?»).
.
Не надо менять человека. Можно поменять способ действий и образ мыслей. А это иногда самое страшное, ведь многолетняя привычка «быть как все, не быть собой» — сильна.
.
И вот тут на свет появляется та самая Ответственность. Страшно – брать на себя ответственность на самом деле. Ответственность за свою собственную жизнь. Поэтому за фразой «я просто себя отпустила и быть собой – самое правильное и комфортное состояние» стоит не «комфортное состояние живого человека, слышащего себя, свои ощущения, чувства и желания», а «комфортное состояние НЕ делать что-либо, чтобы поменять свою жизнь, пусть другие за меня что-то сделают».
.
Страх «повесить на себя вину» — сковывает, не даёт идти вперёд. А идти надо, иначе…
.
Вам ведь не придёт в голову обвинять первоклассника в том, что он не умеет решать квадратное уравнение? Ему просто не по возрасту! А теперь представьте, что родители этого первоклассника знают, что в школе надо учиться 11 лет, но, поскольку они сами учились только в первом классе (потом им было не до учёбы – война, разруха, переезды, работа и т.п. – выжили, и хорошо), теперь уже своего ребёнка каждый год они, снова и снова, приводят в первый класс. И в 17 лет молодой человек тоже не умеет решать квадратное уравнение. Да, это «патология», но есть ли вина этого молодого человека? Нет. Есть ли вина родителей? Тоже вряд ли, если они не знали, что 11 классов в школе – разные. Но как только вы узнали, что это так – у вас есть ответственность исправить ситуацию. И у родителей, и у ребёнка появляется ответственность, особенно когда ребёнку – лет 30 или 40, и он вдруг понял, что родители его всё детство водили в первый класс.
.
Сказать себе «я чего-то не знал столько лет, но вот теперь узнал и могу исправить» — на это нужны силы, тогда человек берёт ответственность за свою жизнь на себя. Не только за жизнь, но и за качество своей жизни. Да, если тебе больше 18 лет, то валить вину (отдавать ответственность) на кого-то другого уже нельзя. Сам, только сам теперь можешь строить свою жизнь…
Но некоторые предпочитают «распечатать и показывать идиотам», говорить другим «достали» и «посылать их по определённому адресу», оставаться в своём «комфортном и правильном» состоянии… Это проще – укрыться за исследованиями учёных:(…) Исследование, проведённое на основе данных о более чем 42 000 человек выявило, что черты характера никак не связаны с вероятностью возникновения онкологических заболеваний. Такие черты как экстраверсия, эмоциональная устойчивость, доброжелательность, добросовестность, интеллект никак не были связаны с возникновением или смертностью от шести видов самых распространённых видов рака: лёгких, кишечника, простаты, груди, кожи, крови.
Наблюдение над 15 000 японских женщин в течение 17 лет не выявило закономерности между возникновением РМЖ и баллами по шкале 4 личностных характеристик (экстраверсия, эмоциональная устойчивость, психотизм, лживость).
Исходя из этих и других исследований ученые склонны сделать вывод, что черты личности пренебрежимо мало влияют на вероятность возникновения рака и прогноз. Можно сказать, совсем не влияют. (…)
.
Разумеется, никакой связи и не может быть выявлено, если … смотреть не туда, куда стоило бы посмотреть. Описывать телесную симптоматику и черты личности сами по себе, без привязки к контексту жизни человека и его реакции на этот контекст – нет никакого смысла.
.
Например, возьмём рак лёгких. Согласно Системе Биологических Законов у индивида развивается рак лёгких, когда он испытывает страх смерти (экзистенциальная угроза). Страх смерти может испытать человек с любым набором личностных черт!! Экстраверт может испытать страх смерти, когда он с группой других людей попадает в аварию, интроверт может испытать страх смерти, когда находится один в своём доме и ему мерещатся зомби за дверью; патологический лжец может испытать страх смерти, когда его обман неожиданно раскрывают, а патологически честный человек – когда его честность вдруг угрожает его жизни; психотик может испытать страх смерти в своём психозе,  а эмоционально устойчивый человек в какой-либо незнакомой и опасной ситуации. В каждом из этих возможных случаях будет проявляться один и тот же симптом – начинают разрастаться клетки альвеол лёгких (диагноз – альвеолярный рак лёгких), но учёные будут опрашивать этих людей на предмет их личностных качеств, а не сходного контекста ситуации, вызвавшего один и тот же телесный отклик.
.
Возраст, пол, социальный статус и т.п. – действительно почти не влияет на попадание в «раковую личность». Взрослый человек может уметь почти всё – зарабатывать деньги, строить дома, сажать деревья и растить детей, но если он вдруг попадает в эмоционально тяжёлую и (обязательно!) незнакомую ситуацию – тело будет реагировать. Если человек в первый раз лет в сорок проходит через эмоционально тяжёлый развод – эта ситуация незнакомая, на уровне всего своего существа человек не знает, что делать, он раньше никогда не сталкивался с подобной по типу ситуацией – вот в этом случае будет реакция на уровне тела (тканей, органов). Если же через ситуацию «развода» он проходил уже не один раз (развод родителей в детстве, который он пережил, «развод» с друзьями в школе из-за постоянных переездов из города в город, разводился с партнёрами (партнёршами) он уже пару-тройку раз (и тоже выжил) – то даже если «эмоциональная яма» будет глубокой, он знает, что и на этот раз он выживет, он знает, как именно действовать в этой ситуации, куда идти и что делать. И реакции тела в этом случае – не будет, или она будет очень минимальной, недостаточной для постановки «серьёзного диагноза».
.
Нельзя быть виноватым за незнание. Но очень трудно человеку, «адаптированному» к нашему социуму, разрешить себе сказать «я не знаю» или «я тогда не знал, моей вины в этом нет». Ещё труднее взять на себя ответственность за свою жизнь. Но это можно сделать только на эту свою жизнь – посмотрев. Честно посмотрев.
.
Исправить можно все.Но придется это делать самому.
.
.

*********************************************************************************Я завершила полное обучение у Жильбера Рено и  являюсь клиническим психологом со специализацией Рикол Хилинг( Исцеление воспоминанием)  , а также  окончила полный курс  Биологики  у Роберто Барнаи и базовый курс   в Школе Психосоматики PSY2.0, 

Все эти школы имеют одним из своих источников  ГНМ(Германскую Новую Медицину-GNM)

Если Вы обращаетесь  ко мне   с проблемами здоровья, психосоматическими  проблемами  или повторяющимися ситуациями  в своей жизни , то практически всегда   я прошу Вас заранее заполнить и отправить мне клиентскую анкету, С ней вы можете ознакомиться здесь: моя анкета .  Само по себе заполнение анкеты бывает весьма терапевтично и полезно

 Запись на консультацию

Пятничная перекличка: над чем вы сейчас работаете в вашей терапии?

Пятничная перекличка: над чем вы сейчас работаете в вашей терапии?

(transurfer

За последние две недели на основе опыта сильной и хронической физической боли я многое смогла сформулировать для себя по поводу душевной боли, потому что у них много общего. Если не ошибаюсь, за физическую боль и за душевную отвечает один и тот же участок мозга.1. Боль организует всю жизнь человека вокруг себя. Сознательно или бессознательно, единственным смыслом жизни человека становится уменьшение или избегание боли. Именно это ложится в основу планирования каждого дня, месяца, года. Все остальные источники мотивации отходят на другой план.


2. Боль забирает очень много внутренних ресурсов, и в человеке остается очень мало сил на доброту, эмпатию и внимание к нуждам других людей.
3. За исключением тех людей, на которых возлагается надежда на избавление от боли. К ногам этих людей бросают все, что есть, включая себя целиком, и слепо верят им во всем, независимо от красных флажков, флагов и транспарантов с предупреждениями, что это токсичный шарлатан/жабстер/нарцисс и юзер.

4. Есть медикаменты, которые снижают остроту боли. В идеале человек, принимающий эти медикаменты, должен использовать ситуацию, когда боли стало значительно меньше, для ее исцеления и профилактики. Если речь о физической боли, то это процедуры, упражнения, изменение образа жизни. Если о душевной — то это терапия и проработка причин боли в обстановке, когда, наконец-то, можно начать с ней разбираться, а не только бессильно орать от нее. Но многие люди, получив медикаментозное избавление от боли, предпочитают забыть о ней и всем, что с ней связано. И через какое-то время доза обезболивающего перестает работать, и боль возвращается с новой силой, и человек просит новую дозу. С душевной болью — все тоже самое: если все свои силы тратить на ее избегание, она будет возвращаться с утроенной силой.

5. Самый первый острый приступ боли запоминается надолго, потому что он оглушает, обезоруживает и пугает. Память об этом шоке сохраняется даже тогда, когда у человека появились ресурсы от этой боли не разрушаться, и поэтому даже будучи способным боль встретить и пережить, человек будет панически бояться как ее, так и все, что с ней связано. И таким образом, к сожалению, только способствует ее усилению.

6. Боль делает мировоззрение и угол взгляда на мир очень узким, и доступные способы избавления от боли просто выпадают из поля зрения. Человек может каждый день ходить мимо возможности избавиться от боли, и не видеть ее в упор. Также человек не имеет возмжоности спокойно прислушаться к себе, чтобы понять, от чего болит больше, а от чего меньше.


7. Самый надежный способ работы с болью — это идти к ней, а не от нее.
Что у вас на этой неделе происходило интересного в терапии?

***************************************************************************

Запись на индивидуальные сессии  и консультации