МЕРЯЕМСЯ ТРАВМАМИ

МЕРЯЕМСЯ ТРАВМАМИКак психологические травмы детства влияют на отношения с партнером

В консультировании и терапии супружеских пар мне иногда приходится сталкиваться с тем, что партнёры конкурируют между собой за то, кто из них более несчастен, у  кого было более несчастное детство, у кого травмы больше и серьёзней. Оба партнёра находятся в жертвенной позиции и ожидают от партнёра, что он их «спасёт», возлагая таким образом на него ответственность за своё спасение, самооправдывая свою бездеятельность и пассивность.  Если всмотреться в такую позицию, то в принципе, претензии к партнёру – это претензии к своим родителям, которые в силу разных причин не смогли быть идеальными, не смогли в полной мере обеспечить значимые потребности.

Одной из функций семьи в современное время является психотерапевтическая. И да, в хороших отношениях действительно можно «подлечиться». Но этот процесс возможен лишь тогда, когда принимаешь решение выйти за пределы своего жертвенного  мировоззрения, выйти за пределы своей травмы  в активную, деятельную позицию и попробовать заметить потребности Другого.

Когда-то, на просторах интернета,  мне встретилась прекрасная рекомендация, которую я озвучиваю   своим клиентам. Спросите своего партнёра: «Что я могу сделать для тебя, чтобы твой день был лучше?»*.

Некоторые клиенты такой рекомендации сопротивляются: « А почему я должен (должна) первый (первая)?».  Я спрашиваю: « А кто первый из Вас заметил Другого? Проявил инициативу при знакомстве?,  «Пригласил на свидание?».  Неужели для Вас большее значение имеет ответ на вопрос: «Кто первый должен?»,  чем ответ на вопрос: «Как быть?».

Может, имеет смысл кому-то прекратить эту бессмысленную войну за корону большей жертвы?

«Как мне сделать твой день лучше»? История про спасенный брак

Американский писатель Ричард Пол Эванс рассказывает, как простая фраза помогла спасти его брак. Обязательно к прочтению.

Моя старшая дочь Дженна недавно сказала мне: «Когда я была маленькой, я больше всего боялась, что вы с мамой разведетесь. Но когда мне исполнилось 12, я решила, что, может, оно и к лучшему — вы же постоянно ругались!» Улыбнувшись, она добавила: «Я рада, что вы, ребята, все-таки поладили».

Многие годы мы с женой Кери вели ожесточенные бои. Оглядываясь назад, я не очень понимаю, как мы вообще умудрились пожениться, — наши характеры мало подходили друг другу. И чем дольше мы жили в браке, тем сильнее проявлялись противоречия. Богатство и слава не сделали нашу жизнь легче. Наоборот, проблемы только усилились. Напряжение между нами достигло такого накала, что предстоящее турне в поддержку моей новой книги виделось мне избавлением, пусть и временным.

Мы ссорились так часто, что было уже трудно представить мирную жизнь вместе. Мы то и дело огрызались друг на друга и оба старательно прятали боль за каменными крепостями, которые воздвигли вокруг себя. Мы оказались на грани развода и обсуждали его не единожды.

Я был в турне, когда плотину прорвало. Мы только что в очередной раз отчаянно поругались по телефону, и Кери бросила трубку. Я чувствовал ярость, бессилие и глубокое одиночество. Я понял, что достиг предела — больше мне не выдержать.

Тогда я обратился к Богу. Или обрушился на Бога. Я не знаю, можно ли назвать молитвой то, что я в ярости кричал в те минуты, но они отпечатались в моей памяти навсегда. Я стоял под душем в отеле города Атланта и кричал Богу, что этот брак — ошибка, и больше я так жить не могу.

Да, идея развода мне ненавистна, но боль от совместной жизни измучила меня. Кроме ярости я испытывал растерянность. Я не мог понять, почему нам с Кери так трудно вместе. В глубине души я знал, что жена хороший человек. И я хороший человек. Так почему же у нас не получается наладить отношения? Почему я женился на женщине, чей характер так не подходит моему? Почему она не хочет меняться?

В конце концов, охрипший и разбитый, я сел на пол прямо в душе и разрыдался. Из темноты отчаяния пришло озарение. Ты не можешь изменить ее, Рик. Ты можешь изменить только себя. И я стал молиться. Если я не могу изменить ее, Господи, тогда измени меня.

Я молился глубоко за полночь. Я молился на следующий день во время полета домой. Я молился на пороге дома, где меня ждала холодная жена, которая, скорее всего, не удостоит меня и взглядом при встрече. В ту ночь, когда мы лежали в нашей кровати так близко друг от друга и одновременно так далеко, я понял, что мне нужно делать.

На следующее утро, еще в кровати, я повернулся к Кери и спросил: «Как мне сделать твой день лучше?»

Кери посмотрела на меня сердито: «Что?»

«Как мне сделать твой день лучше»?

«Никак, — отрезала она. — Почему ты спрашиваешь?»

«Потому что я серьезно, — сказал я. — Я просто хочу знать, как мне сделать твой день лучше».

Она посмотрела на меня цинично. «Ты хочешь что-то сделать? Отлично, тогда вымой кухню».

Похоже, жена думала, что я взорвусь от злости. Я кивнул: «Хорошо».

Я встал и вымыл кухню.

На следующий день я спросил то же самое: «Как мне сделать твой день лучше»?

«Уберись в гараже».

Я сделал глубокий вдох. У меня в тот день дел было по горло, и я понимал, что жена сказала это нарочно, чтоб позлить меня. Так и подмывало вспылить в ответ.

Вместо этого я сказал: «Хорошо». Я встал и следующие два часа чистил и приводил в порядок гараж. Кери не знала, что и думать. Настало следующее утро.

«Как мне сделать твой день лучше?»

«Ничего! — сказала она. — Ты ничего не можешь сделать. Пожалуйста, прекрати это». Я ответил, что не могу, потому что дал себе слово. «Как мне сделать твой день лучше?» — «Зачем ты это делаешь?» — «Потому что ты дорога мне. И наш брак мне тоже дорог».

На следующее утро я спросил снова. И на следующее. И на следующее. Потом, в середине второй недели, случилось чудо. При моем вопросе глаза Кери наполнились слезами и она начала плакать. Успокоившись, жена сказала: «Пожалуйста, перестань задавать мне этот вопрос. Проблема не в тебе, а во мне. Я знаю, со мной тяжело. Не понимаю, почему ты до сих пор остаешься со мной».

Я мягко взял ее за подбородок, чтобы посмотреть прямо в глаза. «Потому что я люблю тебя, — сказал я. — Как мне сделать твой день лучше?» «Это я должна тебя спрашивать». «Должна, но не сейчас. Сейчас я хочу измениться. Ты должна знать, как много ты для меня значишь». Жена положила голову мне на грудь.

«Прости, что я вела себя так ужасно». «Я люблю тебя», — сказал я. «И я люблю тебя, — ответила она. — Как мне сделать твой день лучше?» Кери посмотрела на меня ласково: «Может, мы побудем вдвоем какое-то время? Только ты и я». Я улыбнулся: «Я бы очень этого хотел!» Я продолжал спрашивать больше месяца. И отношения изменились. Прекратились ссоры. Потом жена стала спрашивать: «Что бы ты хотел, чтобы я сделала? Как мне стать лучшей женой для тебя?»

Стена между нами рухнула. Мы начали разговаривать — открыто, вдумчиво — о том, что мы хотим от жизни и как нам сделать друг друга счастливее. Нет, мы не решили разом все свои проблемы. Я даже не могу сказать, что мы больше никогда не ссорились. Но природа наших ссор изменилась. Они стали случаться все реже и реже, им как будто не хватало злой энергии, которая была раньше. Мы лишили их кислорода. Ни один из нас больше не хотел ранить другого.

Вот уже тридцать лет, как мы с Кери женаты. Я не только люблю свою жену, мне она нравится. Мне нравится быть с ней. Она нужна мне, я хочу ее. Многие различия стали нашими общими сильными сторонами, а оставшиеся, как показало время, не стоили наших нервов. Мы научились лучше заботиться друг о друге, и, что важнее, у нас появилась в этом потребность.

Брак требует усилий. Но так же требует усилий роль родителя, писательство, работа над своим телом, чтобы поддерживать хорошую физическую форму, и все остальное, что важно и ценно для меня в жизни.

Идти по жизни с любимым человеком — чудесный дар. Еще я осознал, что семья помогает излечиться от ран, которые наносят самые непривлекательные стороны нашей личности. У всех есть такие неприятные стороны, которые мы сами в себе не любим.

Со временем я понял, что наша история был иллюстрацией гораздо более важного урока о браке. Этот вопрос стоит задать каждому, кто находится в отношениях. Это и есть настоящая любовь. Романы о любви (а я сам написал несколько) обычно сводятся к любовному томлению и «они жили долго и счастливо», но долго и счастливо не рождается из жажды обладать и принадлежать любимому человеку.

В реальной жизни любовь не в том, чтобы испытывать желание к кому-то, но искренно и глубоко желать ему счастья — иногда даже в ущерб нашему собственному. Настоящая любовь не в том, чтобы сделать другого человека своей копией. Она в том, чтобы расширить собственные возможности — проявлять терпение и заботу ради благополучия любимого человека. Все остальное — просто глупый спектакль эгоизма.

Я не хочу сказать, что наш с Кери опыт сработает для каждой пары. Я даже не уверен, что всем парам на грани развода непременно стоит спасать свой брак. Но я бесконечно благодарен за вдохновение, которое пришло ко мне в тот день в виде простого вопроса. Я благодарен, что у меня по-прежнему есть семья и жена (мой лучший друг) просыпается рядом со мной в кровати каждое утро.

И я счастлив, что даже теперь, десятилетия спустя, время от времени один из нас поворачивается к другому и спрашивает: «Как мне сделать твой день лучше?» Ради этого стоит просыпаться по утрам.
Источник: Huffington Post

*********************************************************************************

 Запись на консультацию

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *